Поцелуй смерти (ЛП)

Грей закончил свои дела и поскреб лапами траву. Уитни повела таксу к задним дворам: более серьезные дела песику, наверно, еще предстоят. Она оставила сумку в квартире, поэтому дважды проверила карманы – не забыла ли пластиковые пакеты.
Подходя к задней площадке, Уитни замедлила шаг. Для безопасности жилой комплекс был освещен, но отойди на пару метров – и не видно ни зги. Уитни посмотрела вверх: на небе ни звездочки.
Грей устремился вперед. Очевидно, пес бывал здесь неоднократно и знал дорогу. Уитни кольнуло какое–то дурное предчувствие. Боже, какая она запуганная! У нее просто разыгрались нервы после пожара.
Когда Уитни уезжала из дома, то все высматривала машину, которую Адам видел несколькими минутами раньше, но та исчезла. По какой–то причине это беспокоило, хотя почему – неизвестно. Люди ведь всё время приезжают и уезжают. По дороге Уитни то и дело смотрела в зеркало заднего вида. Отметила для себя несколько машин, но ни одна не последовала за ней.
Пуганая ворона куста боится, решила Уитни. Вот Адам замкнулся в себе после того, как его чуть не убили. И оттаивает только сейчас. Неудивительно, что у нее нервы сдают. Кто–то хотел смерти Миранды, и этот человек где–то еще существует.
– Грей, как ты, мальчик?
Из темноты появился высокий мужчина.
Уитни чуть не подпрыгнула на месте, но постаралась успокоиться. Это же просто пожилой человек прогуливает свою собаку.
– Где Бетти? – спросил он.
Сосед вывел погулять золотистого ретривера, которого несведущие люди могли бы перепутать с Лекси. Но за этой собакой не очень хорошо ухаживали. Между подушечек лап торчали пучки шерсти. А это табу для владельцев голденов. Шерсть собирала грязь, которая потом неслась в дом.
– Бетти скоро вернется, – сказала мужчине Уитни, хотя понятия не имела, когда собирается вернуться хозяйка Грея. Миранда предупреждала, что не надо делиться никакой информацией с посторонними людьми. Владельцам собак не нравится, когда кто–то знает, что они уезжают. Район не криминальный, но осторожность не повредит.
– Ладно. – Хозяин ретривера глянул на Уитни. – Вы не Миранда. Хотя на секунду я вас за нее принял.
– Я ее кузина, Уитни Маршал. Клиенты Миранды перешли ко мне.
– Правда? Я только вот видел ее неделю назад. Мы побеседовали, как обычно. Она не говорила, что оставляет бизнес.
«Вы и половины всего не знаете», – хотелось закричать Уитни.
– Да, все вышло неожиданно.
– Ну, будьте осторожны вон там. – Он указал на темный участок позади них. – Там меняют плитку в бассейне. Какой–то рабочий повредил электролинию. Темно, хоть глаз выколи.
– Спасибо. У меня с собой фонарик. – Уитни вытащила его из кармана. – Спокойной ночи.
Собеседник пожелал ей спокойной ночи и в сопровождении ретривера не спеша пошел в противоположном направлении. Уитни зажгла фонарик, осветивший землю узким лучом. Позади здания тянулся ряд парковочных мест с надписью «Для гостей». Сама Уитни припарковалась на улице, поэтому место парковки взяла на заметку на будущее. Поведя лучом фонарика, она осветила огороженный бассейн и примыкавшую полосу зеленых насаждений.
Грей рванул в кусты. Явно песик бывало здесь часто, чтобы знать, куда ему нужно. Он тащил Уитни по асфальтовой дороге к газону.
Неожиданно зажглись фары дальнего света, ослепив ее. Водитель дал газу, и машина рванула вперед, взорвав тишину ревом мотора. Прямо на Уитни. Ей оставалось только мгновение на раздумья. Она кинулась в сторону, дернув поводок и потащив за собой Грея.
Оказавшись после тротуара на мягкой земле, Уитни потеряла равновесие. Она заскользила на влажной траве, споткнулась, качнулась в сторону, уронила фонарик, потом оглянулась назад. Света хватало только, чтобы разглядеть еле различимую в темноте громадину. Водитель бросил машину в сторону, завизжали шины. Уитни услышала собственный крик, осознав, что преследователь сменил направление и мчится прямо на нее.
Если бы она не неслась как ветер, то машина сбила бы ее в одно мгновение. Впереди и справа ровный газон, где Уитни полностью уязвима. Справа от нее большой бассейн, окруженный кованым забором.
 
В ушах отдавался бешеный пульс. Уитни поняла, что у нее отличные шансы стать сбитым на дороге оленем. На грани полнейшей паники мириады вариантов в долю секунды пронеслись в голове. Путь для спасения только один: добраться до забора, что шел вокруг бассейна, до того, как машина собьет ее. Уитни принялась молиться.
Осталось только уповать на Господа.
Таща за собой собаку, она рванула вперед, работая руками и ногами быстрее поршневого механизма. Ночной воздух огласили визги Грея, которому было больно. Уитни попыталась отпустить поводок, чтобы освободить таксу, но ремень был намотан на ладонь и затянулся.
Главное – добраться до забора. Давай–давай–давай.
Позади слышался рев мотора: машина почти наезжала на пятки. Уитни не успевала забраться на забор, но бросилась к нему, понимая, что это ее единственный шанс. Она заехала коленом в железный прут. Ногу пронзила боль, и Уитни закричала. Схватившись за прутья, она умудрилась повиснуть на высоте нескольких футов над землей. Так, упираясь теннисными туфлями, и карабкалась.
Она схватилась за верхнюю перекладину, хотя ей выворачивало запястья. Бедняжка Грей повис на поводке, лишним весом оттягивая руку и выворачивая плечо Уитни. Ужасный визг песика говорил ей, что шея у него не зажата. Уитни пока была жива, но мучилась от боли и ничем не могла помочь собачке. Сердце колотилось в груди, как пойманная в клетку птица.
Не отпускай. Не отпускай.
Позади горели фары машины и освещали сухой бассейн с собранной в стопки по краям плиткой. Сердце колотилось. Уитни думала, сколько она еще продержится на заборе, пока не выдержат мышцы. И попыталась посмотреть через плечо.
Ее ослепил свет фар, но она догадывалась, что машина не двигалась. С каждым вздохом уходили силы. Пальцы уже онемели. Уитни закрыла глаза и силой воли приказывала себе держаться, представляя, что случится, если она упадет на землю.
– Что происходит? – закричал близко какой–то мужчина.
– Помогите! – откликнулась Уитни. – Помогите!
Машина перевалила через тротуар и с ревом, выпуская дым из выхлопной трубы, на скорости пересекла зеленые насаждения. В темноте задние огни казались двумя дьявольскими глазами, напомнившими Уитни злобное око на картине Владимира. Глаза мигнули в темноте и исчезли через несколько секунд.
Уитни отпустила забор и свалилась на землю.
Завернув за угол кондоминиума, Адам тут же наткнулся на полицейскую машину с включенными мигалками.
Только он подошел к двери и прочел записку Уитни, как зазвонил телефон. Какой–то пожилой, судя по голосу, человек сказал, что произошел несчастный случай, но Уитни серьезно не пострадала. Лишь только Адам услышал это, как все раздражение, что она посмела покинуть виллу, забылось.
Он оставил машину на первом попавшемся свободном месте и помчался к группе людей, стоявших у полицейской машины и «скорой помощи». Уитни сидела на краю тротуара, прижимая к себе таксу, словно вместе с собакой держала и себя. Врач обрабатывал царапину на коленке пострадавшей. Травма не выглядела серьезной.
Адам повернулся к незнакомому ему полицейскому:
– Что случилось?
Уитни посмотрела на Адама с пустым выражением на лице, словно они совсем не знакомы. Наконец, она открыла было рот, но не смогла произнести ни слова. И отвела взгляд. Адам сел рядом с ней на тротуар, осторожно обнял за плечи.
– С тобой все хорошо?
Она медленно кивнула и посмотрела ему в глаза. Когда он оставил Уитни, она искрилась от счастья, сейчас же не могла связать двух слов.
Адаму ответил пожилой человек с ретривером на поводке:
– Кто–то пытался напугать ее. Ее преследовали на машине. Чья–то хулиганская выходка.
У Адама кровь вскипела в жилах. Он не поверил такому объяснению. И спросил полицейского:
– С чего вы решили, что это простое хулиганство?