Поцелуй смерти (ЛП)

Уитни кивнула, но не могла понять, почему эта женщина испытывает такой интерес к ее делам. Уж не потрепала ли Триш жизнь?
– Когда я посоветовала вам подать на запретительный ордер… – конец предложения повис в тягостном молчании. – В общем, я вернулась в прошлое, во времена, когда жила в Нью–Йорке. Вспоминала собственные беды.
Триш встала, рассеянно разгладила складки на бежевых льняных брюках, прошла по галерее и посмотрела в окно на проезжавшие мимо машины. Уитни молча корила себя за любопытство. Ее догадка оказалась верна. Новая знакомая волнуется о ее судьбе, потому что пережила нечто подобное.
Двухсекундное молчание.
– Мой муж жестоко со мной обращался, – повернувшись, призналась Триш.
– Мне жаль. – Избитая фраза вырвалась прежде, чем Уитни успела придумать что–нибудь получше. – Что именно произошло?
Триш вернулась на свое место, и на мгновение Уитни подумала, что она ничего не ответит. Когда та заговорила, каждое последующее слово звучало все слабее и слабее. Конец фразы она почти прошептала.
– Примерно через год после нашей свадьбы Картер ударил меня во время ссоры. Конечно же, он сразу раскаялся. Он постоянно извинялся и клялся, что любит меня больше жизни.
Уитни слышала подобные истории в интервью по телевизору, но это совершенно другое дело. Она лично знала жертву и не могла не задуматься о Райане. Их отношения совершенно другие. Теперь она вспомнила, как Райан оскорбил ее в конце второго года супружеской жизни. До вчерашнего дня он никогда не поднимал на нее руку. Ему это и не нужно, бывший муж умеет причинить ей боль одними только язвительными замечаниями.
– Прошло несколько месяцев, и вновь ссора. На этот раз Картер впечатал меня в стену. В результате – четыре сломанных ребра и синяк во всю спину.
– Боже мой! И что вы сделали?
– Ушла от него. – Затуманенные/Печальные глаза Триш повлажнели. – Я хотела вернуться домой к родителям, но гордость не позволила. Понимаете, они не хотели нашего с Картером брака, но я настояла на своем.
Уитни всем сердцем желала, чтобы ее мама осталась в живых. Ей хотелось узнать, как та отнеслась бы к ее разводу, но мама умерла. В этом мире у Уитни осталась лишь одна Миранда.
И снова ей захотелось, чтобы двоюродная сестра оказалась здесь. Теперь они могут поговорить, как взрослые люди. Когда они еще учились в школе, то вот так обсуждать дела просто не были способны. В то время они были слишком разными. Или им только так казалось. Теперь Уитни спрашивала себя, не являлось ли тогда безрассудное поведение Миранды всего лишь способом пережить неожиданную кончину родителей.
– Вот тогда он начал меня преследовать.
Уитни удивил последовавший за этим короткий, грустный смешок.
– Разумеется, Картер не считал это преследованием. Он продолжал настаивать, что всего лишь проведывает меня.
Уитни не могла представить, что Райан будет ее “проведывать”. В его жизни появилась другая женщина. С чего бы ему беспокоиться о бывшей жене?
– Картер отпугнул нескольких ухажеров и заставил меня уволиться с работы в галерее. Вот тогда я наконец обратилась в полицию. – Триш кисло добавила: – Они даже заявление приняли с большой неохотой.
– Какой ужас!
– В то время люди не воспринимали мужей–преследователей как потенциальную опасность.
Триш на минуту замолчала, лишь шум автомобильного движения на Проспект–стрит нарушал безмолвие.
– Шли недели, Картер не давал о себе знать. Я подумала, в полиции его предупредили о заявлении, и это заставило бывшего мужа держаться от меня подальше. Как же! Он все еще шпионил за мной, просто стал хитрее. Я не видела его, пока один знакомый не подвез меня домой с работы и не проводил до самого крыльца. И тут Картер выскочил из кустов и избил парня бейсбольной битой до потери сознания.
Уитни содрогнулась, представив растянувшегося на холодном бетоне окровавленного, избитого человека.
– Затем Картер набросился на меня, но сосед услышал шум и вызвал полицию – это меня и спасло. У меня оказались сломаны челюсть и рука.
– Боже мой. А что стало с вашим другом?
 
– Он выжил, но ему пришлось провести несколько месяцев в больнице и вытерпеть три пластические операции. – Триш измученно вздохнула и глубже села в кресло: – Мой отец отправил ему денег, чтобы оплатить счета.
– Вы вернулись к родителям?
– Разумеется, а вы бы как поступили? Тогда я просто хотела удрать от Картера, пока он меня не убил.
На минуту Уитни вспомнила тот вечер, когда побросала свои вещи в джип и уехала из дома, на покупке которого когда–то настоял Райан. Днем ранее она получила документы о разводе и поняла, что надежды спасти брак больше нет. Они с Лекси провели ночь в дешевом мотеле. Как было бы прекрасно забыть о гордости и вернуться к любящим родителям. Вместо этого она нашла работу на дому по объявлению в газете.
– По крайней мере, вы улизнули от него.
Триш откинула голову на спинку дивана и уставилась на вентилятор из нержавеющей стали. Он тихо вращался над ее головой и едва разгонял воздух в галерее.
– Картер поехал за мной в Майами.
– В–вы шутите, – запинаясь, пробормотала Уитни. – Разве его не посадили за нападение?
– Мой знакомый не смог его опознать. Первый удар битой пришелся по спине. Парень попросту не увидел нападавшего, не увидел его и сосед, вызвавший полицию. Картер убежал, услышав вой сирен. Мое слово против его. Прокурор был мужчиной. Он поверил в историю Картера, что я отвергнутая жена, решившая обвинить мужа в нападении. Даже мое предыдущее заявление в полицию никого не убедило.
– Поверить не могу. Какой ужас.
Триш посмотрела Уитни прямо в глаза:
– Примерно через месяц после возвращения я вышла из дома родителей в Корал–Гейблз (пригород Майами – Прим.пер.). Картер заявился и туда, стоял на улице и смотрел на наш дом.
– Уверена, вы испугались.
– Конечно. Я никак не могла себя защитить. Челюсть крепко зафиксирована проволокой, рука в гипсе.
Казалось, эти воспоминания давят на Триш, душат ее.
– Кроме того, я была потрясена: чтобы преследовать меня, Картер покинул юридическую фирму, в которой упорно работал ради партнерства. Поступок совершенно бессмысленный, и я поняла, что Картер просто сошел с ума. Я рассказала все отцу, и он наконец–то убедил полицию выдать запретительный ордер.
– Это правда помогло?
– Отец не стал рисковать. На время оформления развода он отправил меня в Италию.
Триш остановилась, но Уитни чувствовала, что у этой истории было продолжение, поэтому встала, подошла к дивану, села рядом с Триш и посмотрела в ее глаза:
– Это ведь был еще не конец?
– Нет. Я вернулась домой и узнала, что Картер переехал в Майами и нашел работу в другой юридической фирме, – тихо и измученно ответила Триш. – Шесть месяцев он не предпринимал попыток связаться со мной. Я подумала: «Ладно, пусть живет здесь. Это большой город. Забудь его. Жизнь продолжается». Однажды вечером, когда родителей не оказалось дома, я вышла в гостиную и увидела Картера, направлявшего на меня пистолет. Он сказал, что если я ему не достанусь, то не достанусь никому.
Уитни положила руку на дрожащее колено Триш и слегка его сжала:
– Что вы сделали?
На щеках Триш выступили алые пятна.
– Ничего. Я замерла. Единственной моей мыслью было, что я одна в огромном доме с маньяком. Я правда считала, что мне не жить.
– И что произошло?
Триш дважды щелкнула пальцами, и Бренди подбежал к хозяйке. Та провела длинными ногтями по мягкой шерсти на ушах пса.
– В комнату ворвался папин боксер. Он зарычал и залаял, как сумасшедший. Картер растерялся, и я успела выскочить из дома.
– Словно какой–то бесконечный кошмар.
Триш кивнула:
– Совершенно верно. К приезду полиции Картера уже и след простыл. Во время допроса выяснилось, у него есть алиби.
– Не может быть.
– Он нашел парня, который готов был поклясться, что они весь вечер играли в Техасский холдем (разновидность покера – Прим.пер.).