Поцелуй смерти (ЛП)

Мерил Сойер
Поцелуй смерти
Мерил Сойер «Поцелуй смерти», 2013
Meryl Sawyer “Kiss Of Dead”, 2007
Перевод: Karmenn
Редактирование: Sig ra Elena
Перевод осуществлен на сайте http://lady.webnice.ru
Принять участие в работе Лиги переводчиков http://lady.webnice.ru/forum/viewtopic.php?t=5151
Аннотация
В уединенном флигеле обширного калифорнийского поместья Уитни Маршалл наконец обрела убежище. Место, где можно исцелиться от болезненного окончания своего брака. Пока уединение ее новоприобретенного убежища не было нарушено появлением волнующе привлекательного наследника собственности, Адама Хантера, и Уитни не вовлекли в смертельную игру опасности и страсти.
Адаму нужна помощь Уитни, чтобы доказать, что настоящий владелец поместья, его дядя, был убит. Но когда эта парочка начинает копать темное прошлое Кэлвина Хантера, собственная жизнь Уитни ставится на кон. Потому что кто–то, похоже, думает, что она слишком много знает…
Эта книга посвящается моим «девочкам»:
Дебби
Марси
Сьюзен
И нашему талисману, Редду
Лучший способ полюбить что–то – осознать, что можешь это потерять.
— Г.К. Честертон
ПРОЛОГ
Адам Хпнтер, ты мертвец.
Адам понял, что он на пороге смерти, и ему скрутило все нутро. За какую–то долю секунды он осознал, что жизнь его прошла.
Закончена.
Остальные парни не чуяли опасности, понятия не имели, что они на волосок от гибели. Адам же увидел сразу – даже дыхание замерло в груди – но был не в силах вымолвить хоть слово.
Казалось, его тело ему не принадлежало. Словно он смотрел фильм со стороны, будто это должно было случиться с кем–то другим, только не с ним. Он не думал, что умрет – только не сейчас и не здесь.
Какой–то отдаленный уголок его разума все еще функционировал, предостерегая. По венам бежала кровь, и реальность пронзала Адама наподобие электрического разряда, подстегивая к действиям. Пошевеливайся! Беги! Но времени бежать не осталось: бежать некуда – спрятаться негде.
Из горла вырвался сдавленный хрип. Пригнись! И в мгновение ока мир Адама взорвался всепоглощающей болью и промозглой темнотой преисподней.
Обрывки кровавых образов растворились в настоящем. Шофер дяди, Кэлвина Хантера, вез Адама на греческую виллу. Все еще накрытый приливом воспоминаний, Адам с трудом замечал, как лимузин несется по узкой дороге. Чувство паники пойманного в ловушку человека вернулось, с отчетливой реальностью прокатилось по телу и схлынуло, когда он осознал, что опасность миновала. Благодаря какому–то странному чуду Адам выжил.
Он обманул смерть.
Другим не столь повезло. Полтонны окружавшей их стали и семь фунтов армированного бронежилета на человека жизнь им не спасли.
С тех пор, как избежал смерти, Адам не мог спокойно спать по ночам. Он думал, что если бы мог вернуться домой, то наконец обрел бы покой. Адам стремился преклонить голову на собственной подушке и растянуться на собственной постели – наконец–то в безопасности.
Дома.
Только мечты. Дома у него просто–напросто не было. Все так называемые мирские владения Адама пылились в каком–то арендованном хранилище.
Сам же он все еще был жив и волочился по раю. И проделал долгий путь от адской дыры в Ираке, где находился в шаге от смерти. А благодаря непредсказуемому повороту судьбы, сейчас Адам появился на вилле дяди на Греческих островах. Дядя послал в Турцию, где Адам поправлял здоровье на военно–воздушной базе США, свой личный самолет.
Кэлвин Хантер приветствовал племянника улыбкой, которую кто–нибудь непосвященный мог бы по ошибке принять за настоящую:
– Как прошел полет, Адам?
Тот небрежно пожал плечами. Он понял, что вопрос, скорее, риторический. Черт возьми, Кэлвин прекрасно знал, насколько захватывающим был полет на его самолете в Сирос–Айленд. И дядя ожидал, что на Адама полет произведет должное впечатление, но когда ты смотрел в глаза смерти, тебя уже трудно удивить. Черт, да что там говорить, почти невозможно.
 
– Как ты себя чувствуешь? Сейчас нормально? – спросил дядя, коснувшись руки племянника, что должно было продемонстрировать участие. Адам сомневался, что дядя беспокоится о нем. Пожалуй, с виду Кэлвин малость нервничал. Он постоянно оглядывался, словно кого–то ждал.
– Лучше не бывает.
Откровенная ложь, но Адам не так хорошо знал дядю, чтобы обсуждать с ним свое самочувствие. Возможно, будь здесь Тайлер, Адам смог бы рассказать лучшему другу, как на самом деле чувствует себя, но Тайлер находился за тридевять земель в Калифорнии на другом конце света.
– Славное местечко, – произнес Адам, поскольку чувствовал, что этого от него и ждали. «Славное» – явное преуменьшение, как если бы Версаль назвать славным. На передних воротах маячили охранники, обходя обнесенное стеной поместье по периметру. Доставивший Адама лимузин был оснащен пуленепробиваемыми стеклами и сделан из бронированной стали. Человек, ехавший на переднем сиденье с шофером, был вооружен.
На мгновение дядя уставился пронзительным взглядом на Адама. Тот попытался оценить, что думает старик, но на самом деле племяннику было глубоко наплевать.
– Позволь показать тебе… – Кэлвин сделал жест сильной рукой, на мизинце которой сверкнуло кольцо с бриллиантом желто–канареечного цвета, – …твои покои.
Адам глянул на холл, по которому мог бы проехать на «хаммере» – таким просторным было помещение. Вилла на Сиросе явно непомерна, в точности как и самолет «Сайтешн». Дядя всегда жил с размахом и был, в общем–то, загадкой.
Безо всякой охоты Адам тащился за дядей, все еще удивляясь, зачем Кэлвин послал сейчас за племянником. Дядя всегда держался в стороне от их маленькой семьи. Основная резиденция Кэлвина Хантера находилась в Сан–Диего, но он не соизволил приехать туда, когда четыре года назад умер его сводный брат. Адаму пришлось самому распоряжаться похоронами отца. Разумеется, помогли отцовские друзья, но с его стороны не присутствовало ни одного родственника. Адам все еще злился на дядю. Кэлвин послал цветы и телеграмму с соболезнованиями. Тем и ограничился.
Видимо, каким–то образом внимание дяди привлекло то, что племянник обманул смерть. Должно быть, по этой причине Кэлвин вернулся в жизнь Адама и послал за ним самолет.
Кэлвину Хантеру было чуть больше пятидесяти, но выглядел он на десять лет моложе. У него сохранилась походка военного с тех лет, когда он служит во флоте как специалист по вооружению в военно–морской разведке. И больше всего бесило, что Кэлвин был как две капли воды похож на отца Адама. Адам не был способен что–то чувствовать после «того случая» в прошлом месяце. До сих пор. Пока не увидел дядю. И заново всплыла память об отце. И Адам ненавидел Кэлвина за то, что воскресло это прошлое со всей его печалью.
– Вот, – произнес дядя, жестом показывая на распахнутую дверь в комнату с прекрасным видом на бухту.
Без намека на какой–либо энтузиазм, Адам проворчал:
– Отличный обзор для снайпера–убийцы.
Кэлвин внимательно вгляделся в него холодными голубыми глазами, словно Адам был твердым орешком, который дяде не удавалось раскусить.
– Почему бы тебе не переодеться и не присоединиться ко мне на веранде за выпивкой? – И, не ожидая ответа, развернулся и пошагал прочь.
Адам прошелся по комнате, бросив потертую спортивную сумку на кровать, застеленную парчовым покрывалом. Переодеться? Ага, надо бы.
Он снова прошелся по мраморному полу и вышел на балкон. Вниманием Адама завладел грандиозный простор океана и гряда холмов вдалеке. Вечность Греции и ее древняя история вызывали благоговение. Адам являлся центром собственной вселенной, но пребывание здесь напоминало ему, что планета Земля куда больше одного человека.