И пришел Лесник! 4 (СИ)

— Это чёрный кластер? — спросил я Кобру.
— Не кластер, чернота разделяющая их. Но на неё нельзя даже ступить, сразу пойдёшь на глубину, по сути, это трясина. В остальном все свойства те же, как и у привычных нам чёрных кластеров. И ещё она движется, как бы омывая нормальные кластеры.
— Что же получается? — возмутился Кац. — Чтобы попасть на соседний кластер надо искать портал?
— Ага, только на соседний ты попадёшь или куда-то ещё неизвестно. Нам во всяком случае. Найдём людей, спросим, как здесь ориентироваться.
— В этом есть плюсы, — сказала Лиана. — Не надо долго ходить, раз и на месте.
— И минусы, — добавила Наташа. — Раз и ты в ловушке на той стороне.
— В какой?
— Например в аномалии, — ответила Кобра. — Или окажешься на стабе у врага.
— Врага? Извергов что ли? Всегда можно назад в портал слинять, — не согласилась Лиана.
— Жид предупреждал, что здесь и людей полно опасных.
— Жид, жид, жид. Довольно обидно это слышать, милочка, — не выдержал папаша Кац.
— Это прозвище, не кипишуй, старичок. Конкретно тебя никто не имеет. А следовало бы! — засмеялась своей шутке Лиана.
— Ты, быдло и засранка. Как только встречу твою мать, так сразу и расскажу о твоём поведении.
— Напугал тоже. Она ничем не лучше. Ну что, Жень, заходим?
— Я, как всегда, первый, вы сразу за мной и не тормозите, — опять слегка заложило уши от перепада давления. Тепло, даже жарко. Как заказывал! Вторая часть нашего портала стояла в густом лиственном лесу. Высокая трава достигала пояса, чуть дальше росли папоротники. В них при желании можно было спрятаться. Высокие деревья давали хорошую тень, но даже в тени по моим ощущениям было ближе к тридцати градусам. Вокруг стояла тишина. По привычке я присел в густой траве прислушиваясь. За моей спиной из зева портала появилась Кобра, следом за ней Лиана с автоматом и в накидке, скрывающей её почти всю, кроме лица, выдающейся груди и стройных ножек. Через секунду появился знахарь и врезался в Лиану, не увидев её перед собой. Ещё через мгновение показалась Наташа и тут же присела в высокой траве. Посидев там пару минут, мы поняли, что засады на нас нет.
— За мной. След в след, — скомандовал я. Кобра замыкала строй. Пройдя несколько сотен метров мы набрели на просёлочную дорогу. Широкая тропинка со множеством отпечатков сапог, берцев и просто кроссовок. От нашего портала ничего подобного нет было, значит от другого, пользующегося спросом. Я заметил ещё одну особенность. Следы уходящие вперёд были более вдавленные в почву, как будто что-то тащили на себе. В обратную же сторону шли видимо налегке. Значит прямо, догоним добытчиков. Я ускорил шаг. Так мы прошли ещё с километр, как Кац вскрикнул. Я совсем забыл, что он всю дорогу пялился в «сферу» болтаясь в хвосте.
— Лесник, смотри, — «сфера» чётко показывала две быстро перемещающиеся фигуры жёлтого цвета справа налево, аккурат у нас перед носом. Они уже были близко, и мы их не видели благодаря высокой траве, они нас тоже кстати. Если это заражённые, то они нас не учуют. Ветер дул нам в лицо. Я показал ладонью, чтобы пригнулись. Лиана исчезла под накидкой. Остальные присели. Жёлтые фигуры забирали правее и вскоре будут почти рядом с нами. Прошло не больше десяти секунд и возле дороги показались два лотерейщика. Одни? Обычно они с топтунами бегают. Один из них принюхался, второй стал осматриваться и заметил нас. Радостно заворчал, привлекая внимание коллеги. Здрасьте! Ну вас это я разберу, даже без кинжалов и дара. На кулаках. Я поднялся во весь рост и тихо свистнул. Они обрадовались мне и побежали навстречу. Будем играть, я дал сигнал отойти от меня. Наташа и папаша Кац попятились, Кобра тоже отошла, но осталась на подстраховке. За что я ей обязан жизнью. Мы здесь каждый день спасаем жизни друг другу. Сегодня мне. Первый лотерейщик прыгнул на меня и покрыл за раз десять метров, отчего мои брови поползли на лоб. Охренеть!
Ещё секунда и он стоял уже возле меня. Я вижу, как он размахивается, скорость, конечно, не та, что у его разожравшихся приятелей, но всё же быстрее среднего человека. Подныриваю под лапу в надежде достать кулаком до груди. Кастетом я рассчитывал его пробить насквозь, но в результате даже не сломал ему ничего. Просто лотерейщик отлетел на три метра оставшись на ногах. Ещё больше расстроившись, он открыл уже нечеловеческую пасть и громко утробно зарычал. Через мгновение они кинулись на меня оба вместе со своим приятелем. Коготки только-только начали расти, половины зубов не было, но физически каждый из них был сильнее меня. Что-то неправильное в их поведении. Обычный лотерейщик должен уже лежать в кювете и радоваться, что я не Кобра и не сожрал их. Два-три спорана, что засели у него в башке мне тоже не нужны. У нас их и так целый чемодан. Может фляжку найдём, тогда вообще забудем, как за вами гоняться.
 
Но эти настырные, кинулись сразу оба. Да ну, ваш бокс к чертям собачьим. Я активировал лезвия и заодно алмазную кожу. Первый, несмотря на то, что я отрубил ему лапу, сбил меня с ног. Второй прыгнул своей тушей сверху грозя нанести сильный удар. Мне что дар клокстоппера включать на лотерейщиков? Говорю же, неправильные они какие-то. Удар! Вот это удар. Он почти пробил мою алмазную кожу. Как такое может быть? Я его убил, пронзив мешок, но откуда у него такая прыть скажите мне, пожалуйста. Второй, увидев смерть своего бойфренда кинулся ко мне и снова сбил меня с ног не давая подняться. Неизвестно чем бы это кончилось если не Кобра. Надо мной со свистом мелькнул меч, и лотерейщик залил меня своей кровью.
— Спасибо.
— Я нечаянно, — Кобра показала на кровь.
— Я не про это. Этот «лотерейщик» силён как рубер. Ну почти. Если они все здесь такие, то у меня для вас плохие новости, — сказал я отряхиваясь. Рядом появилась Лиана.
— Жень, прости, но они были так близко, я побоялась стрелять.
— И я, Жень, — сказала Наташа.
— Вот именно эти слова выбьете мне на надгробной плите. «Мы побоялись стрелять, а он сдох».
— Ну вот не надо. Сам то хотел их одними кулаками забить и обделался. Я тоже не ожидала от них.
— Я же говорила, здесь всё на порядок круче, — напомнила Кобра.
— Лесник, ещё, — папаша Кац подошёл ко мне показывая «сферу». Совсем рядом с нами слева от дороги притаилась бледно-розовая иконка. Ну и цвет, это ещё кто?
— Там только одно дерево. Оно сидит на нём, — не поворачивая головы прошептал папаша Кац.
— Лиана, проверь дерево. Влево пятьдесят.
— Я быстрее, — сказала Кобра и с места телепортировалась к стволу. Ого! Пятьдесят метров за раз. Через минуту кто-то с диким воем пролетел вниз, сшибая ветки и листья. Только в Улье можно было упасть с такой высоты и остаться в живых. Я как-то красил стену на высоте второго этажа и подо мной сломалась деревянная лестница. Упав на мягкую землю, я умудрился сломать левое запястье. Это же тело, пролетев добрых пятнадцать метров, сшибая ветки, как я когда-то, воткнулось в землю башкой. Полежав немного, мужичок встал на ноги и пошатываясь и отряхиваясь направился к нам. Чуть погодя с дерева спрыгнула Кобра. Я заметил, что она прыгала по ветвям как обезьяна, её ловкости могла позавидовать любая кошка. Догнав мужичка, она подвела его к нам.
— Не стесняйся, расскажи кто ты. Зачем шпионил за нами? — ласково сказала Кобра клацнув акульими зубами над ухом несчастного.
— Я Маразм, — представился ещё не совсем старый мужичок. Лиане удалось сдержать нервный смешок, а Наташа всё же улыбнулась. Папаша Кац недоверчиво посмотрел на него.
— И как же это вас наградили такой погремухой, молодой человек? — вежливо спросил физик-теоретик. Для него всё, кому не было шестидесяти были молодыми людьми.
— Я попал сюда абсолютно случайно и при перемещении сильно ударился головой. Когда меня нашли, я даже не смог вспомнить как меня зовут. Вот и получил соответствующее прозвище.
— Э… позвольте. Что значит «переместился». Вы разве не порталом прошли во внутренние кластеры?
— Мы их называем просто «Сектора». Нет. Порталом вообще сюда единицы попадают. Вы никогда не задумывались над тем, как человек вдруг бесследно пропадал из Улья. Сегодня ещё был, а завтра фьють и испарился. Тогда обычно говорят: «ну, дело рук нолдов или муры утащили». Если в рейде, то конечно же заражённые сожрали. А он просто пропадает точно также, как до этого пропал из своего родного мира. Как например я попал из Саратова в Улей. Не хотел, но попал. Спустя две недели я всё вспомнил, но ко мне уже приклеилась кличка Маразм. Я махнул рукой, пусть так. Я даже счёл это удобным. Знаете, здесь помню, а здесь не помню, — мужика просто прорвало. Видимо давно один на дереве сидит, поболтать не с кем.