И пришел Лесник! 4 (СИ)

— Так было же восемьдесят. Счётчик грозился поднять до восьмидесяти пяти, — похлопал его по спине Ганс и Сектор чуть не свалился в обморок.
— Вот жеж, сука, — поползло по рядам горожан. Ропот быстро распространился по набежавшим аборигенам и грозился перерасти в бунт с последующим распятием Грелки. Ведь она-то точно знала о настоящем проценте и судьбе пропавших сокровищ.
— Замечательно, мальчики, — «обрадовалась» Грелка. — Давайте я вас согрею? Как в старые добрые времена! — Она схватила обоих под локти и потащила с глаз долой.
— Вот это пердимонокль! — спохватился папаша Кац. — Есть ли кто, кого она не грела?
— Ешть. Я, — покачал своей тыквой Зомби.
— Ну ёпто… — не выдержала Лиана, но поборов себя замолчала.
— Самое время валить отсюда, возражения есть? — я оглядел своё воинство. — Возражений нет. Вперёд!
Мы пропустили выходящих на нашу сторону из портала, а потом зашли в Караван-Сарай. Никаких спецэффектов, только заложило уши. Портал находился в огромном шатре, вернее даже не шатре. По окружности были врыты толстые столбы, к ним крепилась плотная цветастая материя, накрывающая довольно солидную площадь над порталом. Рядом с ним был вбит в землю самый большой столб, образующий вершину всей конструкции. По бокам проходы были свободны. Под навесом толпились люди, человек десять охотников, какие-то торговцы и охранники. К нам сразу подошёл один из последних.
— Добрый вечер уважаемые, в нашем городе объявлен траур по случаю внезапной кончины Татарина, — объяснил постовой. — Поэтому всех прибывающих мы размещаем в гостинице. Завтра в полдень траур будет закончен и ограничение на передвижения сняты.
— Понятно, — делать нечего. Потом свой шатёр раскинем. — Проводишь?
— Конечно, — он повернулся и повёл по одной из улиц лучами, расходившихся от портала. В Караван-Сарае не было капитальных построек, везде стояли шатры. Большие, маленькие и просто огромные. Внутри они наверняка делились на комнаты. Все шатры имели окраску снаружи и по ней было легко догадаться кто в нём живёт и чем занимается. По случаю траура флаги, развевающиеся на верхушках шатров, были приспущены.
— У вас здесь уже вечер, а в Погремушкино только обед. Чем это объясните? — спросила Наташа.
— Расстоянием, — просто ответил наш провожатый. — Часовые пояса.
— И какое же расстояние между стабами? — спросила Кобра.
— Кто бы знал. Никому не известно, а мы и не паримся. Живём себе.
— Логично, — согласилась Наташа.
— Вот гостиница номер шесть, здесь вы переночуете. Здесь же вас накормят и здесь вас примет ментат. Завтра, если захотите осесть у нас, можете подать заявку ментату. Он дальше сам уже разберётся, где вам выделить землю. Которой у нас всё меньше. Не знаю почему, но за последний год поток, попавших сюда увеличился втрое. Мы заметили одну закономерность, чем больше людей Улей перемещает из первичного мира, тем злее становятся аномалии и заражённые. Раньше мы в жёлтый портал ходили в двадцать, ну может тридцать человек, то теперь не меньше пятидесяти. А про красный и говорить нечего, туда целая армия собирается.
— Спасибо за информацию. Всего хорошего, — на этом распрощались и прошли в гостиницу откинув матерчатую дверь. Изнутри это смотрелось ещё более грандиозно. Высокий потолок, массивные столбы и перекладины. Размеры с хороший стадион, я повертел головой вокруг ничего не понимая. Дальше шла натурально целая улица, по обеим сторонам которой располагались входы в отдельные жилища. У входа нас ожидал ментат, обычный дядька с пронзительными глазами-рентгенами. Оказывается, он даже знал Беса прежде, чем попасть сюда. Его гибель он принял с тяжёлым сердцем. Наскоро проверив нас, для проформы он показал нам наше временное пристанище. Две небольших комнаты с тремя кроватями в каждой. Мальчики в одну, девочки в другую. Уснули быстро, я лично вообще без задних ног.
Мне даже приснился сон, как я пробираюсь по разрушенному в мелкий щебень городу. В руках у меня верный ТТ, револьвер за ремнём позади. Я захожу на первый этаж здания и оказываюсь в просторном холле. В стенах по обеим сторонам холла по три больших окна или даже витрины. Все без стёкол, некоторые проёмы выщерблены взрывами, внутри холла всё перевёрнуто. На ногах у меня кеды, я сам удивился необычной обувке. В кедах в городских условиях много не навоюешь. Можно поранить ноги, проколоть о гвозди, арматуру. Но это же сон. Я за кем-то охочусь, кто-то очень быстрый и ловкий скрывается среди полуразрушенных зданий. Вот в проёме окна мелькнула тень, я даже не успел прицелиться, как она оказалась в трёх метрах передо мной. Выстрел, уход вправо. Вторая рука уже держит револьвер системы Наган. Ухает ствол, влево. Отчётливо вижу, что попал, но пули расплющившись попав в длинный кожаный плащ загадочной фигуры и падают на пол. Обидно. Ещё раз с двух рук и ещё. ТТ пуст, Наган тоже. Фигура стоит как ни в чём не бывало. Бред. Сон? Сон!
 
Фигура выпростала из-под плаща неестественно длинные руки с крючковатыми когтями и тянет их к моей шее. Одна секунда и фигура в плаще уже зависла надо мной, а я не могу даже пошевелиться. Она душит меня. Я задыхаюсь… и просыпаюсь. Я по-прежнему в комнате. Зомби спит как младенец, папаша Кац чуть похрапывает, а надо мной стоит та же самая фигура из моего кошмарного сна. Как это? Она вскидывает руки, и плащ падает на пол. Я вижу перед собой голую Грелку. Пытаюсь проморгаться и сесть на кровати, но не могу и пошевелить даже пальцем. Меня пробил холодный пот, всё как в той деревне. Грелка, мерцая в темноте красными глазами раскрыла пасть и из неё показалась маленькая змейка. Симбионт, вспыхнуло в моём мозгу! Она изверг! Сука, вот это попадалово. По всей вероятности, она хочет меня обратить в свою веру. Нет! Ещё несколько змеек показались отовсюду и через мгновение уже ползли по мне. Я напрягся изо всех сил и смог активировать алмазную кожу. Вот, пусть теперь попробуют. Змейки поползли по моей руке все выше и так до самого рта. Какая же мерзость, я их не чувствовал, но видел, как эти пиявки подбираются к моему лицу. Вскоре они собрались на моих губах, но проникнуть дальше не смогли. Грелка удивилась, видимо это было в первый раз, когда у неё не получилось и тогда она решила убить меня. Или с нами, или против нас. Это я понимаю.
С меня спала окоченение. Я тут же смахнул этих мерзких слизней и вскочил на ноги. И когда Грелка вновь накинула плащ и показала свои прелестные острые зубки я уже был готов. Помня силу извергов, я не стал с ней церемониться. Благо мои кастеты всегда были рядом со мной. Я молниеносно нанёс удар ей в челюсть вкладывая всю силу. Она не человек и пробить её намного труднее. Грелка, не ожидавшая такой прыти от меня, отлетела в стену шатра. Стена с пружинила, вернув мне изверга назад как мячик. Теперь получи с левой, паскуда! В этот раз девушка-изверг полетела прямиком в койку к папаше Кацу. Не обращая внимания на учёного ядерщика, она поднялась на ноги и шипя прыгнула на меня. Широко раскрыв свою кошмарную пасть и растопырив свои лапы, она как белка-летяга плавно полетела ко мне. Я понял, что нокаутировать её мне не удастся и поймал её на выскочивший из правого кастета клинок. Длинное лезвие из живого металла пронзило изверга в районе груди и Грелка безвольно повисла, соскользнув с клинка на пол. Я подскочил к ней, как был в одних трусах и завёл руки за спину. Плащ с Грелки отлетел в сторону во время спарринга и теперь она лежала на животе, отсвечивая своей круглой аппетитной попкой. Где-то здесь были мои штаны, а в них пластиковые стяжки для близких встреч. И тут ткань, загораживающая проход в комнату, распахнулась и в проёме я увидел своих амазонок в нижнем белье. У Лианы было белое, а Наташа красовалась в красном. Ух, ты!
— Ты посмотри на него! — воскликнула Лиана. — Стоит только оставить одного, он уже какую-то шлюху к себе притащил.
— Так это же Грелка! — изумилась Наташа. — Вот потаскуха. Женя, как тебе не стыдно от живой жены по девкам таскаться? — Вроде, как и порицание, и в то же время толстый намёк на наши с ней бывшие отношения.