Ответная месть

— Это моя матушка связала его для меня, — ухмыльнулся Ривера.
Тос тоже ухмыльнулся:
— Хорошая работа.
Страйкер глянул поверх головы партнера:
— Как дела, Майк? Что-нибудь раздобыл для нас?
— Может быть. Пока ничего определенного, но я понял кое-что насчет этого места. Некоторые из этих людишек не так уж плохи, как выглядят, понимаешь? Их грязь не проникает глубже, чем у меня. Думаю, это место для чего-то используется, но пока не знаю точно. Нужно поработать. Я — новое лицо, и они осторожничают: нужны еще день-два. Может, и неделя: они стерегут его. Понимаешь? Дело времени.
— Оставляем это для тебя, — сказал Страйкер. — Но если что — сообщи нам без промедления, понял? В особенности если выяснишь что-то, связанное со структурой, называемой «Неугасимый свет».
— Да, заметано. — Майк был нетерпелив. — Я работаю над этим. — Он посмотрел вглубь бульвара и внезапно упал на капот машины. — Эй, что за черт! Оставь меня!
Страйкер посмотрел в зеркало:
— Приятели… давай быстро.
В мгновение ока Тоскарелли распахнул дверцу и схватил Майка за полы грязного пальто. Он тряс его, как собака трясет пойманную крысу.
— Грязный вонючий мерзавец! — кричал он. — В следующий раз будешь смотреть, кому что говорить! Понял?! Понял?!!
— Отвали! Отвали!
На бульваре к первому присоединились еще несколько человек. Они остановились взглянуть на занятное зрелище, по всей видимости, узнав Риверу.
— Я проучу тебя, кусок дерьма! — орал Тос.
— Отвали, ты, придурок! — верещал Ривера. — Я ничего не сделал, я ничего не хотел …твою мать, отвали!
— Мразь! — И Тос одним махом уложил Риверу на мусорный бак, притворно ударив ладонью по шее. Послышался удар тела о металл. Тос отряхнул руки. — Тебе место в канализации! — Он посмотрел на «приятелей» Риверы: — У кого-то еще есть замечания по поводу моей матери? — Он сделал шаг в их направлении, и они рассыпались по бульвару. — Олухи! — Он вернулся и полез в машину, но не торопясь. — Ты там как, Ривера? — спросил он вполголоса.
Из-под мусорного бака послышался сдавленный голос Риверы:
— Все в порядке. Пошел.
Тос щелкнул языком и нырнул в машину. Страйкер завел мотор. Они промчались по бульвару и повернули из этого квартала к другому, более приятному.
— Как Майку удастся выведать что-нибудь? — спросил Тос. — Никто не знает деталей. И как удалось его сюда заслать?
— Мы не особо и засылали, — ответил Страйкер. — Мы просто добавили кое-что к его имиджу. Он здесь притирался с полгода, нарабатывал авторитет. Новый подход к делу, он приходит, уходит, к нему привыкают — и раскалываются. Этот метод результативнее, чем пользоваться шпиками и доносами: он знает, как с ними говорить, как спросить. И он всех слушает. Опыт длиною в год. В настоящий момент он ловит рыбку в «Коте».
— Но его семейная жизнь должна полететь к черту, — высказал предположение Тос.
— Мне известно, что у него ее просто нет. После убийства их сына жена развелась с ним. Не знаю, обвиняла она его — или департамент — или что, она ведь тоже была копом… Она знала, как делаются такие дела. Майк справился с горем — она нет. С работы она ушла, а он остался. Думаю, она ему это не простила. Во всяком случае, с тех пор Ривера весь ушел в работу. Настоящее сокровище для нашего дела. Его потеря — наше приобретение.
— Вроде Меррили Трэск, — сказал Тос. — Кроме избиения задерживаемых, я надеюсь.
— Даже наоборот, если судить по его виду, — отвечал Страйкер. — Надеюсь, он находит в этом утешение.
— А ты бы смог так? — спросил Тос.
Страйкер обдумал вопрос.
— Не знаю. Я не так предан делу.
— С тех пор, как в жизни появилась Кейт, ты имеешь в виду? — лукаво спросил Тос.
— Полагаю, так.
Они ехали молча. Тос иногда поглядывал на своего друга и партнера, затем заговорил вновь.
— Эта Дэйна — ничего штучка, правда?
— И ты, Тос?
— А почему нет? Я — мужик, я нормален, и пока еще тоже ничего.
— Я думал, что у тебя с Лиз Олсен что-то сладилось.
— То сладится, то не сладится, — но я не давал обязательств и не дарил колец и все такое. Я — не ты.
 
Страйкер внимательно следил за дорогой, притормозил на знак, затем поехал вновь.
— Что ты имеешь в виду?
Тос небрежно пожал плечами:
— То, что у каждого в жизни случаются искушения.
— Но не каждый поддается им.
— Конечно. И не каждый придает этому так много значения.
Страйкер сжал челюсти:
— Наблюдательная ты бестия…
— Я — профессиональный детектив с многолетним стажем, — самодовольно заявил Тос. — К тому же знаю тебя как брата. У вас с Кейт проблемы, правда? Поэтому ты не поехал с ней в Англию?
— Она не желает выходить замуж за копа.
— А кто желает?
— Другие копы, и то не часто.
— И что хорошего: у Риверы жена была копом, да? Не сработало. Батерфилд женился на копе, Шустер женился на копе, и все браки распались. Важна не работа, а то, какой ты человек. Или не какой…
— Мне больше нравится, когда ты мне советуешь, что нужно съесть на завтрак, — съязвил Страйкер. — Когда ты женишься или создашь с кем-то свой дом, вот тогда я выслушаю твои совета на предмет любви.
— У меня также достаточная квалификация для советов по поводу внутренней отделки квартир, путешествий, вложений финансов и удаления бородавок, — посмеиваясь, заявил Тос.
— Мне хочется кофе, — сказал Страйкер. — Давай устроим перерыв — идет? Как насчет «Робин Гуда» на Гринфилд-роад?
— О'кей, мне нравятся у них булочки из отрубей. Они туда кладут огромного размера изюм, — сказал Тос, берясь за радио, чтобы сообщить диспетчерской свое местонахождение.
Булочки из отрубей были что надо: Тос съел четыре, морщась при виде Страйкера, с трудом одолевавшего пирог с коричным желе. Однако вслух он ничего не сказал. Они вообще говорили мало и избегали взгляда друг друга, оба поглощенные собственными мыслями. Обоим нужна была пауза.
Когда они вышли на парковочную площадку, слегка похолодало, подул ветерок, и с севера начали наползать облака. Похоже было, что весна в этом году коротка. Тоскарелли подошел со стороны пассажирского сиденья и сел в машину, а Страйкер все еще стоял и смотрел на него.
Первый выстрел — прицел был взят слишком низко.
Пуля попала ему в левое предплечье, отбросила его к дверце. Металлический лязг замка утонул в крике боли.
— Что за черт, Джек?! — спросил Тос изнутри машины, потому что ничего не услышал и только увидел, как Страйкер потерял равновесие.
Затем он увидел кровь.
— Иисус! — Он протянул руку к радиотелефону. Вторая пуля влетела в машину, срикошетила — и угодила прямо в голову Тоса.
Страйкер, который сползал на пол и держался за плечо, увидел летящие куски кости и брызги крови. Он воскликнул «Нет!», и ярость охватила его, когда он увидел, как дернулся Тос — и упал на сиденье. Лицо его сразу стало неузнаваемым из-за хлынувшей крови.
Выстрелов больше не было.
— Тос… Тос… — звал Страйкер, но откликаться уже было некому. Он поднялся с пола и потянулся к сиденью, работая неповрежденной рукой и чувствуя, как по раненой руке бежит кровь. Он слегка коснулся Тоса, затем нащупал радио, нажал пластиковую кнопку.
— Код девять — убит офицер! «Робин Гуд» гриль, Гринфилд-роад, возле Телеграфа. Код девять. Код девять, — повторял он.
Послышался щелчок, и затем заговорил еле слышный голос, задававший вопросы. Страйкер находился между шоком и болью, между злобой и отчаянием, и ему трудно было отвечать на вопросы. Он вдохнул, превозмогая боль, и заорал в микрофон:
— Офицер убит!
Кто-то задыхался, кто-то рыдал, он надеялся, что не он, но похоже было, что он — теперь он не мог хорошо видеть Тоса. Все происходило так, будто он смотрит телевизор, а картинка плохая, с помехами, и грозит исчезнуть совсем. Огромного роста человек лежал ничком, и кровь лилась по его лицу и капала с носа и подбородка — на полу автомобиля была уже большая лужа крови.