Наваждение (СИ)
«А Вы как думаете, Ксения?»
Да никак, никак она не думает! Пусть катится ко всем чертям, злилась девушка, ворочаясь в постели битый час, пусть идет лесом со своей амнезией и своим целибатом! Ее не покидало ощущение, что где-то здесь прямо сейчас проворачивается грандиозный на*б, и ей в нём отведена главная роль, что он над ней просто-напросто глумится. При этом еще и хочет, чтобы она его Юрой называла! Обойдется! Если у тебя настолько большие проблемы с памятью, что ты не помнишь этого сумасшествия, минут этой близости, и этим настолько унижаешь, о каком «Юре» может идти речь? Хотя… Может, Юлька и права и надо молиться, чтобы не вспомнил… А то ж она со стыда сгорит – фактически замужняя девушка и так откровенно на него вешалась, еще и будучи под градусом. Ксюша до сих пор не определилась, что лично для нее было бы предпочтительнее – признание в том, что те мгновения свежи в памяти, или же вот этот самый паралич мозга. Не определилась и от того бесилась. Но в любом случае, Юра – это если бы она ему доверяла, Юра – это что-то дружеское, это если бы она была к нему расположена. Юрий Сергеевич и никак иначе!
Но за минувший день этот Юрий Сергеевич успел заставить её все принятые на свой счет решения, о которых сам был ни сном ни духом, пересмотреть. Начать с того, что вправил мозги Ваньке – Боже, как же неудобно-то вышло! — начать с того, что позволил ей в дороге побыть один на один с мыслями и в душу не лез, попридержал свой острый язык за зубами, и заканчивая… Черт, весь этот день, если попытаться отстраненно, отбросив претензии и обиды, взглянуть, весь этот день с самого начала и до самого «Всего доброго, Ксения. Хорошего дня» в лобби был одной сплошной о ней заботой, от которой она, признаться, уже успела отвыкнуть. Конфликт с её парнем, еле слышная музыка в поездке, чтобы не мешать ей «спать», яблоко… а она-то все гадала, что у него в пакете этом. Спокойное принятие ее исчезновения без предупреждения и телефона, ни ругани, ни угроз, ни прессинга, помощь в выборе кроссовок и наушников, помощь в их настройке, часовой выгул в парке, а потом мирное возвращение домой: Ксюша пересела на переднее сидение, полпути болтала с Юлькой в мессенджере, а полпути задавала врачу осторожные вопросы про жизнь и карьеру, на которые он довольно открыто отвечал. В руки ошалевшего от трансформации дочери папы врач ее передал в состоянии полнейшего умиротворения и пофигизма. Девушка кинулась к отцу, обвила руками его шею, поцеловала его в щеку и счастливая упорхала к себе.
«Какого же черта ты свалился мне на голову? Какого чёрта оказался не только такой притягательный, но и такой чуткий!?»
Чуткость. Забота. Да. Но искренние ли? Папа-то ему за ее душевное равновесие баснословные деньги платит, это его работа. Осознание данного факта заставляло нутро неприятно сжиматься. А еще неприятно сжиматься нутро заставляло понимание, что за несколько часов прошедшего дня она про Ваньку ни разу толком и не вспомнила, настолько захватило ее происходящее вокруг. Ну, может, пару раз. Понимание, что ровно три дня ее мысли заняты совершенно посторонним человеком – с какой стати? Понимание, что врач действительно ничегошеньки не помнит: настолько как ни в чем не бывало, настолько непринужденно всё это проведенное вдвоем время он себя вел. Надо сказать, что когда Ксюша осознала, что Юрий Сергеевич не помнит не то, что её, а даже сам факт того, что вообще был в том клубе, всё вдруг стало казаться очень логичным, очень объяснимым. Разве что фраза эта, пошатнувшая появившуюся было уже уверенность в том, что воспоминания надежно смыты алкоголем: «Хоть что-то хорошее должно у Вас в памяти обо мне остаться»…
Но и тут врач умудрился выкрутиться, дав вполне понятные пояснения.
«Ох, не о том ты думаешь, Завгородняя, не о том…»
23:30 Кому: Юлька: Как выкинуть из головы посторонние мысли и заставить себя заняться делом?
23:32 От кого: Юлька: Дай угадаю. Это ты про поездку свою?
23:33 Кому: Юлька: Угу
23:35 От кого: Юлька: Тогда шепотом: «Никаааак… С любовью, твой незавершенный гештальт». Пока не закроешь, и не мечтай. злобный закадровый смех )))
23:37 Кому: Юлька: Спасибо за поддержку, блин ((
23:39 От кого: Юлька: Не, ну а че ты хотела? Кто тебе еще на правду глаза откроет?
08 июля
Последние четыре дня Ксюша посвятила подготовке к свадебному торжеству: бороться с навязчивыми мыслями она решила именно так. Время шло, до мероприятия оставалось меньше месяца, а у нее еще конь в буквальном смысле и не валялся, только платье в шкафу висело, и то – оно уже успело ей разонравиться. Именно этим аргументом про коня Ксения оперировала перед отцом, объясняя свое отсутствие в отеле с самого утра и до поздней ночи. На его недоумение и предложение поручить подготовку какому-нибудь раскрученному свадебному агентству отрицательно мотала головой, заявляя, что раз уж ее тут в отеле все равно на пушечный выстрел ни к чему не подпускают, свои организаторские способности она будет оттачивать на подготовке к собственному празднику.
Ваню, правда, на один день хватило – уже на второй он благополучно отморозился. Пятого июня съездил с ней за костюмом, обувью и бабочкой в цвет основных цветов свадьбы, а выбор фотографов, видеографов, декораторов, флористов, ведущих, музыкального сопровождения, составление программы – всё это оставил своей будущей жене на откуп. Хорошо, хоть ранее список гостей вместе согласовали и приглашения разослали.
В принципе, примерно такого поведения от своего суженого Ксюша и ожидала. Чтобы мужчина в здравом уме с энтузиазмом погружался во все эти процессы… Нет. Скорее уж она встретит в лифте радужного единорога. Ксения старалась не концентрироваться на Ванином желании в «мутоту эту» не влезать и пыталась больше думать о том, что вся эта подготовка, по сути, отличная проверка на вшивость ей – будущей владелице собственного отеля. Определенно, если она сможет справиться со всем самостоятельно, папа посмотрит на ее организаторские способности другим взглядом, да и собственной уверенности прибавится. А если провалится – что ж… Значит, отец прав и ее и правда нельзя подпускать к этому бизнесу на километр.
Первые три дня прошли в разъездах с личным водителем по офисам всевозможных подрядчиков: девушке непременно было нужно прочувствовать этот движ во всей его насыщенности и полноте. Можно было бы пригласить их с буклетами в отель, но тогда пришлось бы и самой в нем торчать, а в Ксюшины планы пересекаться с объектом своих лишних мыслей не входило. Чай, не обидится «после всего, что между ними было» три дня назад: у нее неотложные дела, должен войти в положение! Надо сказать, поставленной задачи девушка достигла: голова буквально лопалась от увиденного и предложенного подрядчиками, у нее было не больше недели, чтобы обдумать все детали, все мелочи и дать ответ каждому. Честно говоря, мало кто берется за работу, когда до мероприятия меньше месяца, но пообещай заплатить двойную цену, и люди становятся гораздо сговорчивее… Гораздо!
Абсолютно точно девушка была уверена только в одном: основные цвета свадьбы – летние: «слоновая кость» и «персиковый». Ненужные мысли забились ворохом новых. То, что доктор прописал…
На четвертый день сумасшедшей гонки по городу Ксюша вернулась в отель пораньше – к обеду. Виски раскалывались от головной боли, она хотела только одного: добраться до постели, уронить себя в пуховое одеяло и забыться до вечера. Как она не старалась, но не злиться на Ваню не получалось. «Дорогая, выбери сама». «Милая, ну у тебя же такой хороший вкус, я ничего не понимаю в этих пионовидных розах, смилуйся, умоляю». «Солнышко мое, я работаю, мне сейчас некогда думать о каких-то арках. Не обижайся». «Смотри, как у тебя хорошо получается, я всегда знал, что ты у меня гений организации».
«Мне что, одной все это нужно!?»
Впрочем, с другой-то стороны, на что жаловаться? Ксения хотела прочувствовать движ – и ей это в полной мере удалось. Хотела занять себя, свою голову – и блестяще справилась с поставленной целью, и Ваня помог ей, сам того не ведая. Чего только не было в этом ворохе всевозможных эмоций… Главного – радости предвкушения, счастья от осознания, что скоро будешь женой любимого человека. Всё спланировано, все слова произнесены и обещания даны, гости приглашены, родные счастливы и уже вовсю готовятся няньчить внуков, Ваня понастроил кучу планов, мечта фактически в кармане. И вдруг немного неожиданно для себя самой ты обнаруживаешь себя стоящей на перепутье, меж тем, как минуты неумолимо бегут, приближая момент, который разделит жизнь на до и после… Какая уж тут радость предвкушения? Она еле справлялась с охватывающей её паникой. «Может, дело вовсе и не в Ване, а в том, что я в принципе боюсь новой жизни и новых обязательств? Может, я ищу причины и лазейки?» — вот до каких мыслей доходило.