В блеске огней (ЛП)

Кто-то рядом занял свободный стул, который стоял рядом со мной и сквозь ресницы я заметила высоко парня с темными, почти черными волосами. Его плечи были очень широкими, что делало его еще внушительнее и больше.
Цвет его кожи заставил меня задуматься о пляже и о солнце, а не о Лоутоне, штат Алабама. Он повернулся ко мне, а я быстро перевела взгляд в свою тетрадь на столе.
— Ты должно быть, Уилла Эймс, — сказал он глубоким голосом, возвращая моё внимание к себе.
— Да, — ответила я, пытаясь вспомнить кто это. Я изучала его лицо, может быть я могла даже знать его. За шесть лет все сильно изменились и у меня было слишком сложное время, чтобы помнить их всех.
— Ты же не помнишь меня, не так ли? Тогда был на семь дюймов ниже и у меня было поменьше мускулов или их не было вообще, когда мы с тобой в последний виделись.
Я улыбнулась через силу. Я чувствовал себя неловко, потому что не могла вспомнить кто это, но вот он прекрасно знал кто я, и что новую девушку в школе звали именно Уилла Эймс? Я не стала издеваться надо собой по этому поводу.
Хоть я и ходила в школу с большинством этих детей, но я никогда не была ни в чьем круге общения. Моими друзьями были Гуннер и Брэди. Меня не приглашали на вечеринки по случаю дня рождения, как ребенка, или на какие-либо другие вечеринки по случаю неважно чего. Я была внучкой помощницы Лоутонов, которую произвела на белый свет распутная мать-подросток.
Он улыбнулся и у него на щеках появились ямочки. Не ожидала такого от парня его размеров.
— Эйса... Гриффит, — сказал он, добавив фамилию, после короткого молчания. Так вот как выглядел это парень имя, которого я уже слышала. Покопавшись в своей памяти, я попыталась вспомнить лицо мальчика, который выглядел намного младше парня нынешнего.
Часто ли он играл с Гуннером в детстве? Я не могла вспомнить всех друзей Гуннера.
На этот раз он усмехнулся.
— Не угадаешь, в тот день я произвел на тебя впечатление, но тогда ты была вся в Гуннере. После того, как Нэш как-то раз назвал тебя «секси», мы не часто видели тебя. Гуннер был в бешенстве и тогда был последний раз, когда мы все с тобой играли.
Поразительные воспоминания.
— Вы все с тех времен изменились, — все, что я смогла ему ответить.
Ямочки на его щеках стали глубже, и это уже было похоже на флирт.
— Также, как и ты.
Я не стала пытаться расшифровать, что значили его слова. Просто улыбнулась, повернулась и снова уставилась в свою тетрадь.
— Ты придешь на вечеринку по поводу моего дня рождения в эту субботу? Я уже буду взрослым, мне стукнет восемнадцать.
Было ли это приглашением? Я снова посмотрела на него.
—Я не знала, что меня пригласили.
Он продолжал ухмыляться.
— Я официально тебя приглашаю. Просто я подумал, что Гуннер и Брэди уже приглашены.
Должна ли я была согласиться? Последний раз я тусовалась... Я даже сейчас не хочу об этом вспоминать. Было это совсем по-другому. Все в той ночи было по-другому. А это был день рождения с футболистами. Я могла бы пойти туда и не чувствовать себя виноватой. Смогу ли я?
— Этот хмурый взгляд предназначен мне. Я не плохой парень. Обещаю, — дополнил Эйса, когда я поняла, что он смотрит на меня и я не отвечаю на его приглашение. Что конечно было невежливо с моей стороны.
— Прости. Я просто задумалась о своем расписании. И да, я с удовольствием приду. Спасибо, что пригласил меня, — произнесла я слишком официально. Стараясь, не наморщится от своего серьезного ответа я снова уставилась в свою тетрадь.
— Мне кажется я заставляю тебя нервничать, Уилла Эймс. Мне это нравится, — это забавляло его, и я уже не смотрела на него.
— Гуннер провожает тебя до следующего урока, как он это сделал сейчас, или мне представится такая честь? — передразнил он мой официальный тон, и я подавила улыбку. Я думаю, что Эйса Грифиит мне нравится.
— Я бы не отказалась, — ответила я, позволяя улыбке все-таки коснуться моих губ. Мне было хорошо, когда я снова улыбалась. Я делала это все чаще и чаще с момента, когда вернулась в Лоутон. Несколько месяцев назад я думала, что я вообще забуду, как улыбаться.
 
Но с этими мыслями, реальность того, что я видела, что я сделала, и все, что я потеряла вернулось ко мне. Темнота, которую я носила в себе, словно кирпичи на спине, топила меня, тянула вниз и моя улыбка вновь исчезла.
Преподаватель начал урок и завладел моим вниманием, если прошлое ворвется в мои мысли и напомнит мне, почему по-настоящему я никогда не стану нормальной.
Эйса пытался поговорить со мной за урок еще несколько раз, и каждый раз, когда я не знала, что ответить, я пыталась улыбаться ему. В груди у меня была тяжесть, но я снова хотела чувствовать себя нормальной, пускай даже и на мгновение. Было ли это слишком эгоистично?
Должна ли я себя нормально чувствовать?
Когда прозвенел звонок, оповещая, что мой урок закончен, и, а я даже не запомнила, что нам рассказывал учитель, — я собрала книги в охапку и встала.
— Какой у тебя следующий урок? — спросил Эйса, когда шел со мной до двери. Думаю, что он был серьезен, когда говорил, что проводит меня до следующего кабинета.
— Литература, — ответила я.
— Я буду по соседству от тебя, на Испанском. Еще, я сегодня видел тебя в грузовике Гуннера. С Кимми еще проблем не было?
Я даже не понимала, что он имеет ввиду. Кимми, одна из девушек, которых я встретила вчера в туалете и одна из тех, что атаковали сегодня Гуннера, когда мы приехали. Я знала ее, но какие могли возникнуть проблемы, я даже переставить не могла. Она не обращала на меня внимание.
— Нет, — ответила я.
Он кивнул.
— Значит будут. Она ничего не сделает тебе при всех.
Если он имел ввиду, что она приревновала меня к Гуннеру, тогда она была глупой. Гуннер не относился к ней или к кому-то другому серьезно. Девочки, которые были пустым место для мальчиков подростков, которые не заботились о них, выглядели досадно.
Они думали, что романы из сериалов — это реальность. Но это не так. Это не сериал «Холм Одного Дерева». Это была реальная жизнь.
— Сегодня он сделал меня своим напарником. Ей не о чем беспокоиться. Ей нужно беспокоиться о тех девушках, которые достаточно глупы, чтобы думать, что у них есть шанс на отношения с ним. Она к ним тоже относится.
Эйса рассмеялся.
— Проклятье, ты мне нравишься.
— Спасибо, — я хотела сказать больше, но мои глаза встретились с глазами Гуннера, который смотрел на меня в упор и пробирался ко мне.
— А вот и он, — сказал Эйса, в очередной раз его снова что-то позабавило.
Гуннер смотрел то на меня, то на Эйсу, таким взглядом, будто его что-то раздражает. Я не очень поняла, что именно, и, если его что-то раздражало, я должна была узнать у него это прямо сейчас. Но этому не суждено было случиться, потому что к нам подошла Кимми и встала перед ним. Что снова рассмешило Эйсу.
— Однажды он поймет, что халтурить с Кимми, вообще не вариант.
— Он с ней так и до этого делал? — спросила я, наблюдая за ним, как они пошли по коридору, а он положил обе свои руки ей на плечи. Его угрюмый вид меня удивил. Я никогда не видела его в таком состоянии.
— С девятого класса. Сначала она легко к этому относилась, а потом вцепилась в него. У всех у нас был подобный опыт, но Гуннер не смог от нее избавиться.
Интересно, что в ней было такого, что заставляло его возвращаться.
— А Брэди с Айви. За исключением Брэди, он не вкладывает особо смысла в действия Айви, как она. Он позволяет этому происходить, потому что она сексуальна. Я думаю, что в голове Айви он представляет собой предмет. Брэди же не считает происходящее исключительным. Но никто из парней все еще не попытался подкатить к ней.
Я была далека от школьной драмы, имея дело с реальным миром вещей, поэтому на данный момент для меня это было бессмысленным. Однажды я встречалась с парнем, полагая, что он любит меня.
Не зная, что на самом деле происходило вокруг. Не зная о правде, пока она не оказалась у меня под носом. То, что я нашла, разбило мне сердце, даже не подозревая о том, что значит по-настоящему быть разбитой.