Убийство на станции (СИ)
— Шеф, что такое?!
— Как же я раньше не догадался! Они держат связь с Землёй через антенну спасательного аппарата. И в одном из них, наверняка, кто-то постоянно находится. Это усложняет нашу задачу. И серьёзно усложняет.
— План меняется? — осторожно спросил Стажёр.
— Похоже, что да. Они и этот ход просчитали. Сколько же их тогда?..
Плотников всё же сдвинулся с места и направился в каюту. Теперь ему стало понятно, почему на Земле не проявляют беспокойства. Со станции на Землю шли сигналы, что всё в порядке. Возможно, даже кто-то отчитался за Плотникова перед директором СК, не включая видеозапись.
Войдя в свою каюту, Николай Иванович понял, что он в полнейшем тупике. И представление «маски-шоу» медленно накрылось медным тазом. Следователь усмехнулся этому выражению — Сервантес с его «Дон Кихотом» был всё ещё актуален.
— Кеша, подключайся к компьютеру и выведи голограмму план-схемы станции. И не забудь про кофебенди.
— Слушаюсь, шеф, — буркнул Стажёр, воткнув манипулятор с разъёмом в компьютер. — Кофебенди будет позже.
Николай Иванович сел на стул, и чуть склонился на бок, кусая полусогнутый палец.
Голографическое изображение космической станции «Союз-73М» повисло над столом компьютера, и следователь стал внимательно рассматривать конструкцию, запоминая нужные детали.
В первую очередь его интересовало расположение кают-компании. На схеме под таким названием было обозначено довольно большое помещение с подведёнными коммуникациями для жизнедеятельности. Интеллект внутри помещения не был подсоединён к Прометею — это следователь увидел, уменьшив масштаб рассматриваемого места, но один из серверов был связан с командным пунктом станции. Скорее всего, это была сеть видео- и аудио-связи. Как-то же должен дежурный офицер оповещать сотрудников в кают-компании. Были и четыре точки с видеокамерами по углам. Изображение с них тоже выходило на КП. Причём, монитор, на который выходил сигнал с видеокамер, не входил в контроль системы базового интеллекта, и даже, не был под контролем интеллекта КП.
— Ох, обманул меня полковник, — вздохнул Плотников.
Судя по всему, сотрудники станции были собраны в кают-компании, потому что кому-то мешали, или, чтобы не смогли поговорить с прибывающим на станцию следователем. Хромов мог запросто объявить сбор в кают-компании для какого-нибудь важного сообщения, и потом закрыл экипаж. Но для того, чтобы закрыть, надо разорвать связь интеллекта помещения с системой открывания двери. И саму дверь опустить вручную. А так можно сделать только снаружи кают-компании.
— Кеша, поищи блок ручного управления дверью кают-компании, — попросил следователь.
— Это здесь, — Стажёр увеличил изображение нужного участка план-схемы на голографическом экране. Потом отдельно показал блок управления. — Ничего особенного.
Плотников понял, что заблокировать дверь можно только с помощью отключения питания блока управления.
— В экипаже станции есть же классные специалисты, — недоумевал следователь. — Почему они не смогли разобраться в том, как подключить интеллект к замку двери?
— Похоже, что интеллект кают-компании тоже выведен из строя, — предположил Кеша.
— Значит, это сделали намеренно.
— Мы сможем открыть кают-компанию, — уверенно сообщил Стажёр. — Моей энергии хватит, чтобы запитать блок управления дверью.
— Ты уверен?
— Не вижу проблем.
Плотников одобрительно кивнул и ещё раз взглянул на схему. Сложность заключалось в том, что проход к кают-компании был совсем рядом с командным пунктом станции. Это если идти свободным коридором. С закрытого коридора проход был невидим с КП, но возиться с бронедверью параллельного коридора следователь не хотел.
— Так, теперь давай подумаем, какой из спасательных шаттлов контролируется. Я почти уверен, что связь с Землёй осуществляется с какого-то из них.
Кеша покрутил схему, выводя позиции спасательных аппаратов на станции и переходы к ним внутри станции. Выходило, что к аппарату, пристыкованому к верхней части шара станции вело два коридора из жилого сектора и один — из рабочего. К «нижнему» шаттлу можно было добраться только из рабочей зоны, но один коридор к нему начинался сразу за бронедверью — в данный момент закрытой. Плотников прикинул, что расстояние между проходами к шаттлам было практически одинаковое.
— Связь с Землёй отсюда, — решительно ткнул пальцем следователь на «верхний» спасательный аппарат.
— С чего ты так решил? — засомневался Кеша. — Логичнее предположить, что с другого.
— Два входа на «нижний» шаттл идут из закрытой зоны эксперимента. И только один — из рабочей зоны близ жилой. А один вход на «верхний» шаттл как раз возле каюты командира корабля. Вопрос — как они смогли открыть его? Возможно, у командира Хромова есть непосредственный доступ к проходу на спасательный аппарат…
— Догадался, всё-таки…
Плотников резко обернулся на неожиданно раздавшийся голос за его спиной. В проёме входа в каюту стоял полковник Хромов, поигрывая компактным высоковольтным разрядником. Николай Иванович прищурился — такой разрядник бил на десяток метров.
— Не зря говорили, что послали лучшего, — командир станции осторожно шагнул в каюту, наводя разрядник на следователя.
— Ярослав Игоревич, какими судьбами? — постарался быть спокойным Плотников.
Хромов покосился на Кешу, но Стажёр стоял, не мигая.
— Я решил вас проведать, а то что-то долго вы отдыхаете. Постоял тут, послушал ваши рассуждения…
Николай Иванович усмехнулся.
— И как?
— Впечатляет, — уважительно покивал полковник. — Только зря. Мы были готовы ко всему.
— Мы?! — наигранно удивился следователь.
— Конечно. Наташа, пока Прометей ещё мог соображать, с его помощью просчитала всё возможное развитие ситуации.
Плотников зашёлся смехом. Командир станции выглядел достаточно комично — напуганный, с трясущимися руками, но при этом пытался выставить себя бравым воякой, способным всадить разряд без колебаний. Это и было плохо — выстрелить он мог, испугавшись любого шороха, а Николаю Ивановичу очень не хотелось получить в своё тело весьма неприятный разряд электрического тока.
— Не понимаю вашего смеха, подполковник, — удивлённо признался Хромов, поглядывая на бездвижного Стажёра. Следователь сделал незаметный шаг в сторону командира станции.
— А я не понимаю, Ярослав Игоревич, кто придумал вас допустить до командования космическим объектом. Скорее всего, генерал Фролов тупо уступил просьбам своей дочери. Ведь он знал, что доктор имела с вами близкую связь ещё на Земле. Впрочем, мне это неинтересно… Что вы собираетесь делать, полковник?
Плотников сделал ещё один незаметный шаг к явно растерявшемуся Хромову. Он рассчитывал разговором отвлечь его и попробовать обезоружить. И не сомневался, что Кеша ему поможет. Несмотря на свои колёса и габариты, Стажёр был юрок и быстр, когда этого требовала ситуация.
— Собственно, немного, — поднял разрядник Хромов. — Я выстрелю, вы упадёте, а мы с вашим помощником уйдём отсюда, закрыв дверь каюты.
Разговор с Хромовым
— Ярослав, зачем же так спешить? — Плотников медленно приближался к ничего не подозревающему Хромову. — И с чего вдруг вы решили, что Кеша пойдёт с вами?
— Этого я вам не скажу, Николай Иванович, — полковник испуганно моргнул. — Да, вам и знать незачем.
— Погодите, погодите, — следователь поднял руки, словно собрался сдаваться. На самом деле сведущий в рукопашной схватке человек, знал бы, что поднятые руки всегда дают преимущество. Хромов не только не насторожился, но и расценил сей жест Плотникова, как боязнь перед оружием. Полковник даже слегка опустил разрядник.
— Ну, что ещё? — он снисходительно скривил губы.
— Так не честно, Ярослав. Вы сейчас выстрелите, уйдёте, закроете дверь, а меня потом будет мучать вопрос в полном одиночестве.
— И какой?
— Что же, всё-таки, произошло на этой станции такое, что полковник ВКС готов пожертвовать не только мной, но и своим экипажем? Зачем такой грех на душу брать?! Ведь на станции нет никакого маньяка… А, вдруг, я уже успел наведаться в спасательный шаттл, и поговорить с тем молодым человеком?