Фальтерия. Ветер севера (СИ)

Солнце поднималось на небосклон, освещая лес. Элемин прислушалась, надеясь уловить пение птиц, но вместо этого до ее слуха донесся шорох листвы и треск веток. Кто-то приближался к орочьему лагерю, не таясь. Девушка бросилась обратно к своему спутнику:
– Они возвращаются! Нужно уходить!
Но было уже поздно: их заметили. На поляну высыпал отряд орков, и, обнаружив тела поверженных товарищей, они тут же бросились в атаку.
Противников оказалось не слишком много, не больше семи, и Элемин сочла, что они вполне могут победить. Девушка подпустила орка поближе, уклонилась, и распорола ему горло кинжалом, как показывал ей Фарлан. Парировала удар второго, уворачиваясь от его грубого топора. В тот же момент раздался громкий радостный вопль, и краем глаза девушка заметила, что стрела пронзила ногу Фарлана чуть повыше колена. Эльф побледнел и на пару мгновений потерял концентрацию, так что подскочившие к нему орки выбили меч из его руки и повалили на землю. Он попытался дотянуться до магического клинка, который все еще оставался у него на поясе, но к его горлу уже было прижато лезвие кривого меча.
– Ты сдаешься или вы сразу умрете, – орк обратился к девушке на всеобщем, наступая на грудь Фарлану.
Элемин огляделась. Спасенная девочка убежала, и полуэльфийка почувствовала досаду, ведь они попали в эту передрягу из-за нее. Из семи орков двое были убиты, один ранен Фарланом, а оставшиеся окружили девушку и эльфа. Двое сжимали в руках луки, и на Элемин были направлены стрелы, готовые вот-вот сорваться с тетивы. Понимая, что иного выхода нет, под тяжелым взглядом Фарлана девушка бросила оружие.
Их связали и отобрали оружие, из раны эльфа вытащили стрелу и грубо перетянули ее обрывком его же плаща. А затем их куда-то повели. Элемин не понимала, почему орки не убили их сразу, но раз так, то еще оставался шанс сбежать.
Путь занял весь день, и лучница видела, как тяжело приходится Фарлану: ткань повязки насквозь пропиталась кровью. Мечник почти не хромал, и девушка предположила, что он воспользовался заклинанием иллюзорной магии, желая заглушить боль. Однако это не могло убрать слабость, накатывавшую на него из-за потери крови.
К вечеру их привели в большой лагерь, состоящий из десятка хижин, покрытых шкурами диких животных. Собралась огромная толпа, чтобы поглазеть на возвращение охотников, и Элемин насчитала не меньше тридцати орков, среди которых были даже женщины и дети. Гомон орков то и дело заглушал звук бегущей воды. Судя по всему, рядом находилась бурная река или даже водопад.
Пленникам освободили руки и их посадили в клетку, подобную той, что они видели в охотничьем лагере. Рядом оставили трех вооруженных охранников.
Чрезвычайно бледный Фарлан тяжело опустился на землю и, прислонившись спиной к прутьям, закрыл глаза. Элемин очень хотелось поговорить с ним и ободрить его, но она не находила подходящих слов. В конце концов она просто села рядом с ним, прикоснувшись к его руке, чтобы поддержать.
– Достань у меня из-за пазухи кристалл и спрячь к себе, – тихо прошептал Фарлан. – Нам повезло, что они не нашли его.
– Они же увидят… – девушка с опаской покосилась на нескольких орков, что стояли неподалеку, изредка посматривая на пленников.
– Нет, я подержу иллюзию, поэтому они не заметят. Но меня не хватит надолго, так что просто сделай это поскорее.
Не заставляя эльфа просить дважды, она вытащила камень и убрала его в потайной карман своих штанов.
– Хорошо, – все еще не открывая глаз, эльф с облегчением шевельнул пальцами, снимая иллюзию. – Теперь слушай. Они не убили нас сразу, значит, вероятнее всего, решили преподнести в качестве дара для своего вождя. Когда он появится, я потребую от него поединок. У орков существует традиция, согласно которой любой может вызвать на бой вождя один на один, чтобы проверить свои силы.
– Это безумие! Если он не согласится, то что тогда?
– Для них право на поединок священно, не думаю, что он откажется. Тем более, вождь будет думать, что победить меня ему не составит труда, – Фарлан вымученно улыбнулся.
 
– А это не так? Ты едва на ногах держишься! Уж лучше я сражусь с ним вместо тебя.
– Нет, – эльф внимательно посмотрел на нее, – твоя задача – выжить. Независимо от того, что произойдет, ты должна сохранить осколок кристалла, поняла? Если со мной что-то случится, то ты должна добраться до Алатора и найти там Мириэля, он тебе поможет.
Элемин совсем не нравился ход его мыслей и миссия, которую он так легко поручил ей, но она все-таки кивнула.
Вождь соизволил явиться к ним лишь через час. Он оказался огромным орком с большими клыками, на которое были надеты золотые кольца. На его голове лежала шкура медведя, плавно перетекая в подобие плаща, а к поясу привязан боевой топор. Вождь приблизился к клетке и впился в пленников злыми глазами.
– Гаркур рассказал мне, что вы сделали с нашими охотниками. Вас ждет наказание. Казнь перед всем племенем.
Фарлан шагнул к нему, прижимаясь к прутьям клетки:
– Я требую поединка, – громко объявил он так, чтобы все столпившиеся вокруг слышали.
– Поединка?! – вождь был поражен. – Да я размажу тебя одним ударом, ты и так едва стоишь на ногах. Не будет тебе поединка.
– Ты настолько не дорожишь традициями своего племени? Или, может, боишься меня?
Расчет Фарлана оказался верным, и взгляд орка запылал яростью:
– Не смей оскорблять Трогга, великого вождя северного племени! Я никого не боюсь! Ладно, будет поединок. Но не сейчас, а завтра на рассвете. Приготовься к своей смерти, а потом я заберу твою женщину, – орк окинул Элемин многозначительным взглядом и удалился.
– Чудесно. Завтра ты умрешь, а я получу заманчивое предложение явиться в палатку вождя на ночь, – с сарказмом пробормотала полуэльфийка.
– Я постараюсь, чтобы ты этого избежала.
Фыркнув, Элемин заново перевязала рану на ноге эльфа, воспользовавшись куском своего плаща. Она в очередной раз пожалела, что все лекарства остались в сумке: рану требовалось срочно промыть и намазать лечебной мазью, но орки отобрали у них все вещи.
Вскоре Фарлан погрузился в беспокойный сон, а девушке так и не удалось задремать до самого утра.
Их разбудили, когда на горизонте забрезжил рассвет. Шестеро вооруженных орков отвели связанных пленников на утес, где уже столпилось все племя. Элемин наконец увидела реку и огромный водопад, срывавшийся вниз совсем рядом. У нее в животе громко урчало – орки не думали о том, чтобы покормить своих пленников – но сейчас она слишком волновалась за эльфа, чтобы придавать этому большое значение.
Фарлана вытолкнули на середину полукруга, образованного толпой, а позади него гремел бурлящий поток, вода в котором бурлила и пенилась. Один из орков-конвоиров перерезал веревку на запястьях эльфа и кинул к его ногам меч. Элемин едва сдержала горестный вздох: это был меч Фарлана, но не тот, что позволял ему обладать демонической силой.
Вождь вышел из толпы, поигрывая мускулами и перекидывая увесистый топор из руки в руку.
– Пускай начнется бой! – провозгласил он и первым бросился на Фарлана.
Для раненного эльф сражался очень достойно. Однако лучница понимала, что бой продлится ровно до тех пор, пока у Фарлана не кончатся силы, позволяющие ему поддерживать заклинание. Рана все еще беспокоила его, а ночной сон не принес большого облегчения, так что это был лишь вопрос времени.
Фарлан уклонялся и парировал тяжелые удары орка. Эльф все еще был ловок и быстр, но Элемин опытным взглядом замечала, насколько сейчас он ослаб. Орк сделал широкий замах топором, целясь мечнику в голову, и тому пришлось отскочить назад, потому что отразить столь сильный удар было невозможно. Еще несколько ударов громилы, и Фарлан стал заметно отступать. Элемин хотела предупредить спутника, что до обрыва, где бушевала вода, оставалось всего пара шагов, но этого ей не дали сделать орки, громко вопящие вокруг. Они предвидели скорую победу своего вождя.