Граф (СИ)
— Да, ваша милость.
— Кое-что для этого уже сделано. Например, подо мной личный женский гвардейский полк. Королевские земли принадлежат сыну, и доход с них учитываются в общем бюджете. Однако личные земли принца Лагоза, моего покойного мужа, теперь стали моей вдовьей долей. К тому же положенное содержание выплачивает Казначейство. То есть с деньгами у меня всё хорошо. Знаешь, чего мне не хватает?
— Нет, ваша милость.
— У меня мало надёжных людей. Но кое-что и для этого уже предпринято. По росписи придворных чинов должность смотрителя пустого дворца бригадирская, точнее, вице-камергерская, то есть 5 класса. Твоему жениху я дала генеральский чин. Тихий — полный камергер, смотритель Зелёного дворца. Что по твоему это значит?
— Ваше величество, не могу знать точно, но думаю, что дворец не станет долго пустовать.
— И кто его займёт?
— Король, даже малолетний, обязан жить в Белом дворце. Красный дворец занят великой герцогиней Лаурой. Великая герцогиня Силестрия скоро возвращается в Клубничный павильон, ибо ей не по статусу постоянно квартировать в Королевской крепости. Остаются сестра короля и вы. Принцесса слишком мала для собственного дворца, да и девочкам в Хаоре выделяют Жёлтый. Ваш покойный муж занимал Зелёный дворец, а, следовательно, вам будет прилично туда вернуться, оставив его величеству Белый.
— Умняшка! Тебя хорошо выучили думать и просчитывать. Итак, вдовствующая королева занимает Зелёный дворец, и никто не может ей запретить иметь собственный Двор. Первый, по времени назначения, камергер Зелёного Двора граф Стах Везен, граф дю Гоуи, барон Тихий. И при нём жена, статс-дама, сейчас ещё баронесса Кондрелла. Их дети с рождения зачисляются на придворную службу, мальчик — пажом, девочка — фрейлиной.
— Очень щедрое предложение, ваша милость. Что от нас потребуется взамен?
— В первую очередь, преданность. И, конечно, служба. У мужа были единомышленники, собирались в заведении мадам Розы. Они там объединились в клуб, называющийся Изумрудные братья. Чиновники и немного военных, понятно все перспективные и в достойных чинах. Муж сам их выбирал. Стах должен перетянуть членов клуба на мою сторону. Взамен пообещает протекцию. Дальше будут и другие задания. Например, канцлер мечтает при Иностранных Дел Коллегии учредить должность специального посланника, а на неё поставить человека с высшими орденами пяти государств. Сама понимаешь, какие открываются карьерные перспективы.
— Ваша милость, мы волшебники. Нам нужно будет найти время на учёбу.
— А тебе ещё на рождение и воспитание детей, домашние дела, организации балов и прочие хлопоты. Всё устроится. Я обещаю — всё вам будет.
Глава 3
Приговор
Утром меня вызвали на доклад к королеве. Раз дело не закончилось вчера, значит стоит ждать не эмоционального, а политического решения. В малом приёмном зале собралось довольно много придворных. Я так… повод для провокации, можно было бы и не звать, но на всякий случай пригласили, вдруг чего спросить потребуется.
Граф, виновник инцидента, сидит в Крепости. Здесь ему не место, а то вновь чего учудит. Его интересы представляет старший начальник — полковник Уланского гвардейского полка. Заодно, ответит по поводу дисциплины во вверенном ему подразделении.
Далее люди занимающиеся делом по службе — следователи охранителей, шишки из дворцовой полиции и, конечно, командир дежурящего вчера караула лейб-гвардейцев Первого полка инфантерии. За допуск постороннего в Королевскую крепость первым спросят с него. Но если был в наличии оформленный пропуск, то вина упадёт на выдавшего.
Присутствуют ещё несколько высших чинов государства. Все из Регентского совета, пришли помочь принять верное решение королеве-регентше. Разве она без их мудрости сможет справиться?
Глава Совета, великая герцогиня Силестрия, не появилась. С одной стороны, никого из советников специально и не звали. С другой, дела, дела навалились. Столько хлопот, столько забот, выдохнуть некогда! С третьей стороны, по-любому будет принято суровое решение, зачем терять популярность, участвуя в его вынесении? Пусть Мариана сама выкручивается.
Вопрос королевы и разбирательство началось. Вины гвардейского караула не найдено — граф Адам де Мартен прибыл в Королевскую Крепость с официальным предписанием и по служебному делу. Все гвардейские полки по очереди дежурят при Дворе. Уланы должны принять караул на следующий месяц, а поручика, который оконфузился, послали передать в канцелярию пакет с документами именно по сему поводу.
Вины дворцовой полиции тоже нет — ведь не их забота следить за перемещениями посетителей. Охранители, они не караульные, и их вины не видно. Словом, случилось несчастливое стечение обстоятельств.
На этом терпение закончилось, один из присутствующих генералов рявкнул на докладчиков и заявил, что так не бывает — у каждого несчастного случая есть имя, фамилия и звание. Далее он подробно разъяснил, что по регламенту обязан делать дворцовый караул. После того секунд-майор, начальник караула, отправился на месяц под арест, с потерей выслуги на следующее звание. Остальным караульным Первого инфантерского объявлено высочайшее неудовольствие. Затем дежурившим дворцовым полицейским и приписанным к дворцу охранителям был объявлен выговор с вычетом из жалования штрафа в четверть месячного оклада. Их офицеров, командующих вчера дежурными сменами, потребовали удалить из Дворца. В отставку или куда угодно с понижением.
Такой суровости народ не ожидал. Знали бы заранее, повинились бы сами, назначили виновных, вынесли бы наказание… Но не такое же жестокое! Ан, уже поздно, гром громыхнул, молнии ударили. А вот не надо юлить! Оставалась последняя надежда, что государыня простит. Но прямо её не спросили, а сама она, выслушав приговор, пожала плечами, вроде «ну если так положено», затем поинтересовалась:
— А с дебоширом чего? Где он сейчас?
— В Крепости, ваше величество, — сразу отозвался готовый к докладу следователь. — Камера рядом с другим буяном из улан.
— Да? А тот откуда взялся? Я про него ничего не слышала.
— Ваше величество, он давно решения ждёт. Подрался на последнем Королевском балу. Государь велел не докладывать, пока сам не вспомнит.
— Так король же умер! То есть про драчуна забыли?
— Не докладывали, ваше величество.
— Хм… Бедный мальчик… Он, конечно, виноват. Однако уже столько просидел в неизвестности! Испереживался, наверное. Отпустите его! Только сначала непременно хорошенько отругайте. В Канцелярии пусть запишут — больше его никогда не приглашать на королевские праздники.
Мягкое решение! Это если не поминать, сколько виноватый его ожидал, и в каких условиях. Тут королева задумчиво продолжила:
— В прошлый год была какая-то грязная история с гвардейскими уланами. Поручик, кажется, убил секунд-майора и сам повесился. Драка на Королевском балу. Вчерашняя история. Столько непристойных скандалов! Я уже думаю — может это с полком что-то не так?
Присутствующие замерли, полковник Уланского гвардейского побагровел, и обильная испарина каплями выступила на его челе. А королева продолжила:
— Стах! Ты тут самый молодой. Опять же, человек прямой, хитрить вроде пока ещё не научился. Скажи, зачем вообще нам нужны уланы?
Полковник с мольбой, кое-кто с опаской, а большинство просто с интересом ждали моей реплики. Почти прямая угроза королевы расформировать полк, никого из гвардейцев не оставила равнодушной. Тем более по столь позорной причине, хуже только разгон из-за трусости в бою. Но ведь решение выглядит крайне непопулярным. Угрожать можно, расформировывать нельзя. Мариана достойна Лагоза — нашла тупого Тихого, и тот должен ей всё объяснить.
— Видите ли, ваше величество, — начинаю доклад, — можно много говорить о каждом роде войск. Рассказать, что уланы лёгкая кавалерия, вооружённая пиками. Объяснить, чем они отличаются от гусаров и кирасиров. Однако сделаю проще, приведу аналог — в женском наряде есть детали, с точки зрения мужчин совершенно непонятные и потому ненужные, однако они необходимы. Так и в армии — она единый организм, в котором нет лишних органов, потребны все.