Любовник под прицелом (СИ)

– Я не умею читать мысли, Эльза, – мягко сказал Джей, – но вижу, что тебе не нравятся ни мои слова, ни ваши перспективы.
– Нет, почему же, – ехидно отозвалась Эльза. – Наши с тобой перспективы мне нравятся. А вот перспективы Фила мне не очень понятны. Ты же сам говорил о том, что он нужен живым как свидетель тех времен, на случай попыток реставрации. А если кто-то попробует?
– Если кто-то попробует, то тихо убрать Фила уже не получится, если вы последуете моему совету и официально... хм... обнародуете настоящее имя Филиппа. Если все знают, у кого джокер, игра теряет смысл.
Эльза тряхнула головой.
– Значит, я больше не буду охранять Фила?
– Да! Тебе придется заняться другой работой, – жестко ответил Джей, – или разорвать контракт. Но другая работа не подразумевает, что тебе придется порвать с Филиппом. Ваши личные отношения – это ваши личные отношения. Они меня не касаются. Я был удивлен, когда узнал о ваших отношениях, но меня они в самом деле не касаются. Другие наши сотрудники тоже как-то совмещают семью и работу. Так что ничего невозможного в этом нет. Партнеры некоторых даже не знают, кем на самом деле работают их супруги. Тебе еще повезло, что Филипп в курсе твоей профессии и даже, кажется, не осуждает тебя.
У Карла замерло сердце, а потом заколотилось. Он запрещал себе думать дальше того события, которое Джей и Эльза называли операцией. Он понимал, что Эльза останется с ним. Но семья?! Семья! Это было что-то из разряда не то, чтобы фантастики, а мыслей, которые никогда не приходили ему в голову. Это все равно что думать... как будет жить человечество, когда погаснет Солнце. И Джей произнес это вслух – семья, супруги.
Вдруг Карл понял, что они уже молчат и смотрят на него.
– Что? – спросил он. – Я прослушал, прошу прощения.
– Джей спросил, не осуждаешь ли ты мою работу, – серьезно спросила Эльза.
Карл хотел сказать, что он не может никого осуждать, он не в том положении, будучи сыном человека, который убивал как дышал. Но это был бы неправильный ответ.
– Конечно, я не осуждаю твою работу. Я восхищаюсь ей, – признался Карл и поймал взгляд Эльзы. – Даже когда ты отказываешься с нее уходить. Как ты правильно сказала: все равно кто-то будет лежать на крыше и смотреть в прицел. Я рад, что на крыше моего дома будешь лежать ты.
– Насколько я помню, – с улыбкой сказал Джей, – на крыше должно быть как минимум четыре снайпера. Ты навосхищаешься нами на много лет вперед.
– Да, – серьезно сказал Карл. – Конечно. Если у меня будут эти года.
– Будут, – сказал Джей. – Даже не сомневайся.
 Глава 8. Речь Яна 
Они пришли через три дня после рассчитанной даты. Или правильнее сказать – на четвертую ночь? Эльза говорила, что так и будет. Не раньше, во всяком случае. Эльза эти три ночи проводила не с Карлом, а в комнате, которую она оборудовала под штаб. Вместе с еще какими-то людьми, чьи имена Эльза Карлу назвала, но он все равно называл их про себя аналитиками.
Снайперы, само собой, тоже все это время находились в доме. Пригодились все гостиные и гостевые спальни. Кажется, впервые в этом доме жило столько людей, на сколько он был рассчитан. И Карл постоянно мимоходом отмечал, до чего же удобно спланирован дом. И насколько идет этому дому быть непустым. Когда все закончится, думал Карл, ему долго придется привыкать к тишине.
Эльза предлагала Карлу, когда все начнется, спуститься к ним и оттуда разговаривать с «гостями». Это было бы удобнее по многим причинам. Например, Карл бы видел на экранах всех нападающих, знал, где они расположены. И его самого легче было бы «держать под охраной», замявшись, сказала Эльза. Но самому Карлу этот вариант не нравился. Он бы вообще предпочел выйти на крыльцо, но это уже было бы чистым самоубийством, он понимал. Снайперы есть не только у них. Поэтому под его личный штаб они переделали гардеробную. Карл не видел из этой комнаты почти ничего, а ночью – тем более, но он не мог разговаривать со стеной или мониторами. И, обращаясь к тем, кто пришел за ним, он должен обращаться только к ним. Сидящая рядом с ним Эльза и ее группа только мешали бы ему сосредоточиться, вести разговор. Он рассчитывал бы и на Эльзу, как на слушателя, хотя она плохо понимала илирийский, как и ее аналитики. Но ведь понимали же! А значит, он стал бы говорить проще, следить за их реакцией, а это было совсем не нужно. Он должен разговаривать с другими людьми.
 
Датчики движения сработали через час после полуночи. Карл не спал, только собирался заснуть. Но от тонкого мелодичного звука, похожего на звонок будильника, он мгновенно растерял весь сон. Через две минуты он уже сидел в своей комнате, с наушником в ухе, с двумя микрофонами – для Эльзы и для внешних уличных динамиков – и ждал, пока Эльза даст сигнал. Она сказала, что как только нападающие займут свои позиции, он должен начинать говорить. Не ждать, не собираться с мыслями, а сказать что угодно. Хоть «привет, котятки» – главное, дать понять, что их ждут, их видят, и не дать им начать.
– Поехали, – наконец, раздался в тишине голос Эльзы.
И Карл заговорил.
– У вас есть два выхода: войти в мой двор и умереть под пулями снайперов или остаться на своих местах и для начала поговорить. – Карл сделал паузу, чтобы до них дошли его слова. – Слева и справа от ворот на земле лежат мегафоны.
Карл предлагал рации, но Эльза настаивала на мегафонах: тогда все участники будут слышать все переговоры. И меньше шансов, что кто-то чего-то не расслышит. «К тому же, – добавила Эльза, – мегафон меньше искажает твой прекрасный бархатный голос».
– У вас есть пять минут поднять их и что-нибудь сказать. Или мы начнем стрелять в первых, кто сдвинется с места. Вы все под прицелом.
Этот момент плана казался Карлу самым тонким местом. А если они настолько фанатично преданы идее кровной мести до седьмого колена, что не захотят переговоров? «У меня есть план Б, – ответила на его возражения Эльза, – мы начнем стрелять. Они или остановятся, или умрут». Идея с кучей трупов вокруг дома не казалась Карлу таким уж удачным планом Б, но здесь ему оставалось только поверить Эльзе.
Карл честно запустил таймер. В темноте ночи он не видел из окна гардеробной почти ничего, кроме смутных теней. Но он знал, что инфракрасные визоры там, внизу, на мониторах слежения показывают расположение всех нападающих. А снайперов сверху достаточно, чтобы держать под прицелом каждого.
– Их всего двенадцать, – услышал Карл в наушнике голос Эльзы. – Мы справимся в любом случае.
– Да, – сказал Карл. Ему отчаянно не хотелось, чтобы пришлось справляться.
И все-таки, за две минуты до того, как время истекло, он услышал два сухих выстрела.
– Обездвижен, но не убит, – сказала Эльза. – Я прислушалась к твоим просьбам, плохой парень.
– Я по-прежнему предлагаю переговоры, – сказал Карл в мегафон. – Я против смертей и убийств.
– Ты такой же, как твой отец, – раздался голос слева.
Карл усмехнулся про себя. Значит, они не хотят умирать. Не настолько хотят.
– Ваш человек жив, но пока не может двигаться. А что касается меня, то вы не знаете обо мне ровным счетом ничего. Зачем вы хотите меня убить?
– Твой отец убил наших отцов и братьев. Наших друзей. Наших родственников.
– Я никого не убивал, – мягко возразил Карл. – Почему вы хотите убить меня? Если бы с моей смертью воскресли ваши родные, я бы согласился, не задумываясь. Но этого не случится. Ваши отцы и братья останутся лежать в земле. Что изменится? Что вам даст моя смерть?
– Ты получишь по заслугам.
– Тот, кто виноват в смерти ваших близких уже получил по заслугам. Я был ребенком. Я не участвовал в расстрелах и репрессиях. Скажите мне, в чем я виноват? За что вы мне собираетесь мстить? Чем я заслужил смерть? Покажите мне решение суда, список моих преступлений, покажите мне мои жертвы и я выйду к вам. Сам. – Карл помолчал. – А если у вас нет ни суда, ни законных причин убивать меня, то чем вы лучше Алекса Хаджи, который убивал без суда и следствия, только потому, что ему кто-то не понравился, кто-то думал не так, как он, или смел с ним спорить? Вы хотите меня убить, потому что я ношу фамилию, которая вам не нравится, так же как и мне? А всех остальных однофамильцев Алекса Хаджи, которые живут в Илирии, вы уже убили? И теперь стали искать тех, кто живет за границей? Так как? Покажете мне постановление суда?