Начала

«Только воистину могучий и искусный маг может сотворить голема, – всплыли в памяти Амина поучения своего старого учителя Кустуса. – Мало обладать знанием природы Стихий и уметь повелевать ими. Чтобы собрать их воедино, придать им цельную форму и создать голема, вы должны добыть Дух. Вам следует призвать одного из обитателей миров Астрала, а затем привязать его к нашему миру, Аркану, и тем самым вдохнуть жизнь в бездушные силы Стихий – будь то Огонь, Воздух, Вода или Земля».
«Мне необходимо попытаться разорвать связь между плотью голема и заключенным в нем Духом», – понял Амин. Единственное заклятие, подходящее для этого, называлось Лезвие Духа. Оно должно было рассечь связи, соединяющие каменное тело Аркана и призванное Магами Гильдии из Астрала создание – Дух. Амин принялся творить свое заклинание, глядя, как голем медленно поднимается на подобные колоннам ноги. Постепенно маг начал ощущать, что тело его противника состоит не из одних лишь валунов. Прикрыв глаза, юноша внутренним взором увидел, что на том месте, где находилась каменная плоть, бился язык темного пламени. Это и был Дух, стремящийся разорвать узы, удерживающие его в ненавистном для бестелесного существа плотном мире Аркана.
До чудовищного создания оставалось не более пяти шагов, когда Амин произнес последние слова, вложив в них всю свою магическую силу – заклятие должно было помочь Духу вырваться из его темницы и вернуться в родной мир. Однако узы, удерживающие астральную сущность, оказались слишком крепки, а времени на повторное заклинание Лезвия Духа у Амина уже не оставалось. Неумолимо приближалась серая громадина, и отступать на этот раз было некуда. Вновь каменной башней навис голем над магом, вновь замерли трибуны – не то в ужасе, не то в предвкушении кровавой расправы.
Уже не надеясь на спасение, Амин выкрикнул единственное, что пришло ему на ум в это ужасное мгновение – заклятие Шипов Земли. Именно его собирался вчера использовать маг во время схватки с иллюзорными тварями у городских ворот. Правда, на этот раз он совсем не надеялся на то, что Шипы Земли хоть немного помогут ему. И все-таки именно в это заклинание юноша вложил остатки своих магических сил…
Арена под великаном буквально вскипела, и из-под песка сталагмитами стремительно взметнулись иззубренные обломки черных камней. Устремляясь ввысь, эти острые пики пронзили голема насквозь. Чудовище замерло, не в состоянии сдвинуться с места. Оно несколько раз неуклюже дернулось, а затем вдруг раздался оглушительный грохот, и каменный монстр, покрывшись сетью крупных трещин, начал медленно разваливаться на части.
– Да! Да!!! ДА!!! Ему это удалось!!! – Восхищенный крик комментатора разнесся над рукоплещущими трибунами, оглушив Амина даже сквозь защитный барьер.
Юноша попытался поклониться зрителям, но едва лишь он склонил голову, как все поплыло у него перед глазами. Чтобы не упасть, Амину пришлось опуститься на песок. В висках у него бешено стучало – и этот же стук отдавался в груди – там, где был вытатуирован конь. Казалось, изображение не могло поверить в то, что схватка окончена. С трудом верил в это и сам молодой волшебник – доселе ни один магический поединок не был таким тяжелым. Амин чувствовал себя полностью опустошенным – и в то же время в глубине души его начала просыпаться гордость. Это им восхищались сейчас тысячи человек, это он только что без помощи магов-наставников одолел ужасную тварь, созданную лучшими колдунами Гильдии.
С трудом поднявшись на ноги, Амин приветственно вскинул руки, слегка подрагивающие от перенесенного нервного напряжения. Его все еще пошатывало, но он постарался выпрямиться. И тут же почувствовал, что что-то идет не так – крики и топот на трибунах внезапно сменились мертвой тишиной.
– Сзади! – чуть слышно раздался одинокий смутно знакомый голос.
Оглянувшись, Амин сквозь переливы защитного купола краем глаза смог различить Элениэль. Девушка стояла у входа в палатку Целителей, опираясь на плечи сестры и отца.
А прямо за молодым магом – там, где грудой булыжников темнел развалившийся на части голем – продолжало клубиться пыльное облако. Однако вместо того, чтобы осесть, оно начало приобретать смутные очертания. Песчинки и мелкий щебень медленно складывались в фигуру еще более отвратительную, нежели поверженное чудовище. И в самом центре каменного вихря билось ставшее теперь ясно видимым простому глазу черное пламя…
  
Глава шестая
– Что это такое? – дрожащим голосом спросила Зелина.
Вместе с отцом она вывела из палатки Элениэль, как только над Ареной прозвучало имя Амина. К этому времени та уже достаточно пришла в себя, чтобы пойти наперекор не только воле Целителей, но и отца. Впрочем, Альвадес прекрасно знал характер своей старшей дочери – для ее же блага лучше было позволить ей наблюдать за выступлением друга. Да и сам эльф, и его младшая дочь, тоже хотели увидеть, как сразится Амин.
– Это Голодный Дух, – чуть слышно прошептала Элениэль.
Возглас, которым девушка перед этим смогла предупредить Амина о новой опасности, отобрал у нее все силы, и теперь она едва стояла, поддерживаемая с двух сторон отцом и сестрой. Один из младших Целителей, заметив это, поспешил вынести из палатки стул. Вслед за ним выскочил наружу и магистр Нортикс, однако при виде происходившего на Арене застыл, не сказав ни слова.
По-видимому, то, что сейчас там творилось, никак не входило в запланированную устроителями программу. По крайней мере комментатор, сбиваясь и путая слова, старался успокоить зрителей, которые успели заподозрить неладное – кое-кто из них теперь пытался пробраться поближе к выходу.
– Среди духов Астрала существуют такие, для которых самой лакомой пищей являются жизненные силы обитателей нашего мира. Если им удается пробраться в Аркан, они вселяются в людей, эльфов, гномов, даже в различных животных, и опустошают их, а затем ищут новую жертву – до тех пор, пока не находятся могучие маги, способные уничтожить духа или вернуть в Астрал, – произнес Альвадес, заметив непонимающий взгляд младшей дочери. – Но это невозможно – кому могло прийти в голову вызвать Голодного Духа для того, чтобы оживить голема во время состязаний?!
Тем временем Дух на Арене, создав себе временное пристанище из пыли и щебня, потянулся к крошечной человеческой фигурке. В самый последний момент Амин едва успел отскочить в сторону. Если бы не предупреждение Элениэль, то, быть может, все уже было бы кончено. Однако юноша успел собраться с мыслями и выкрикнул какое-то заклинание. Плотное облако вспыхнуло мириадами крошечных искр – словно кто-то изо всех сил пнул головешки огромного костра. Но Дух не исчез – почти тут же искры погасли, а по Арене закружился, разрастаясь, самый настоящий смерч, стремительно заполняя собой все пространство под защитным куполом.
– Смотрите, что они делают! – Зелина указала на магов, стоявших перед сферами, которые создавали предохранительный барьер.
Те приблизили к налившимся темно-багряным огнем сферам руки и, судя по одинаково шевелившимся губам, хором читали какое-то заклинание. Купол медленно стал сокращаться, причем пылевой вихрь внутри становился все плотнее, время от времени ударяя по барьеру так, что по радужной поверхности, которая теперь была куда заметнее, чем раньше, переливались волны.
– Амин должен что-то сделать, чтобы уничтожить этого Духа, иначе он будет заключен в сферу вместе с ним, – в ужасе прошептала Элениэль.
Девушка прекрасно знала, что во время состязаний бывают случаи, когда магические силы выходят из-под контроля, и тогда специально поставленные для защиты колдуны-охранители, создавшие и поддерживавшие барьер, обязаны сжать его в крошечную сферу. Куда она потом девается – переносится в другую реальность или же исчезает совсем, – не знал никто. Самой Элениэль до сих пор ни разу не приходилось видеть, как это происходит, и она даже не могла представить, что в этой сфере окажется ее друг, которому она сама помогла выйти на Арену.