Мистер Уэст (ЛП)

— Эйдан, — шепчу я, потирая большим пальцем его щеку, умоляя ответить.
Он отстраняется, мельком взглянув на мой рот. Голод растет. Его веки тяжелеют, рукой сжимает мое бедро. Поцелуй меня, мистер Уэст, поцелуй меня до потери дыхания.
Затем, очень медленно, он отпускает меня. Я скольжу вниз по его телу, чувствуя, как каждый мой сантиметр трется о его длину. Эйдан ставит меня на ноги и отступает назад.
Мне сразу становится холодно. Холодно от непогоды. И еще холоднее от его отказа. И все же мне больно отстраняться от него. Это так странно, этот контраст. Он направляется к машине, выбираясь из-под укрытия дерева. Я следую за ним с головокружением, сбитая с толку, пытаясь успеть за внезапным изменением.
Как раз перед тем, как тот добирается до машины, он оборачивается и смотрит на меня. Я замираю от его вида. Эйдан все еще тяжело дышит. Все еще… страдает. Мои губы приоткрываются, и я не знаю, что сказать. Не знаю, что только что произошло.
Дождь льет как из ведра. Эйдан принимает на себя всю его мощь, но, похоже, его это не беспокоит. И просто смотрит на меня.
— Ты трахаешься с ним?
Его вопрос — удар в мою грудь. Я ошеломлена.
— Что? — шепчу я.
— Ты трахаешься со своим мужем, Айви? — снова спрашивает он, его тон жесткий. — Мне нужно знать. Просто нужно знать, трахаешься ли ты с ним.
— Почему ты об этом спрашиваешь? — возражаю я. Это появилось из ниоткуда.
— Мне нужно знать, трахалась ли ты с ним с тех пор, как мы начали общаться. Вот и все. Просто нужно знать, Айви. Мне надоело гадать, надоело представлять тебя с другим мужчиной. Надоело лежать ночью в постели и думать, что именно в этот момент тебя трогают. Пожалуйста… — Он выглядит измученным, его грудь тяжело опадает. — Скажи мне.
— Ты задаешь личный вопрос.
— Я знаю.
— Я не обязана отвечать.
— Не обязана.
Я колеблюсь, глядя на него. Моя грудь разрывается на части. Та лава, которую он описывал раньше, теперь течет по моим венам. Мы оба задавались одним и тем же вопросом.
Я стискиваю зубы.
— Ты трахался с кем-нибудь? — возвращаю вопрос я, сжимая руки в кулаки, чтобы они перестали дрожать.
Он медленно кивает.
— Да. — Мое лицо вытягивается, когда тот быстро добавляет: — Позволь мне объяснить.
Я смаргиваю слезы, чувствуя себя опустошенной.
— Тебе не нужно этого делать. Я уже говорила тебе, что это не мое дело…
— Это чушь собачья, — огрызается он в ответ, выражение его лица теперь суровое.
Я отвожу взгляд, и он подходит ко мне. Качаю головой.
— Нет, пожалуйста, не подходи ближе…
— Это было до того, как мы начали общаться, до того, как я написал тебе, — быстро перебивает он, в его голосе звучит отчаяние. — Я был с ней только по тому, что она была похожа на тебя. Мне нужно было, чтобы она была похожа на тебя. Она казалась деревянной и неправильной. Потом я подумал о твоем лице. Подумал о красных прядях в твоих волосах. Думал о твоих губах. Я кончил, думая о тебе. Как бы неправильно это ни было, Боже, помоги мне, но это правда.
Я позволила себе впитать его слова. И теперь смотрю на него, не уверенная, почему мне хочется плакать.
— Я был запутан, Айви, — продолжает он напряженным голосом. — Я не могу описать это чувство.
— Что ты чувствуешь?
— Мучительная тоска. — Он пристальнее смотрит на меня. — Скажи мне. Скажи мне, прикасался ли он к тебе с тех пор, как мы начали общаться.
Я качаю головой.
— Нет, Эйдан, не трогал. Мы не…
— Не спи с ним, — требует он.
— Мы не… мы даже не спим в одной постели, Эйдан. Я сказала ему, что все кончено. Я пыталась покончить с этим несколько недель назад…
— Пыталась?
— Он не позволяет мне поговорить с ним.
— Просто уходи.
— И я…
— Я хочу сделать это правильно. Я так долго ждал, Айви. Я хочу, чтобы ты ушла. Останься со мной.
Остаться с ним? Что Эйдан имеет в виду? Он не знает, что говорит. И не может быть серьезным, и я не могу этого сделать.
— Нет, Эйдан, я не могу сделать этого, — говорю я ему.
— Почему?
— Я просто не могу!
— Это гордость?
 
— Нет.
— Может, ты жалеешь, что ушла?
— Нет!
— Тогда поехали домой со мной.
— Ты не знаешь, о чем просишь…
— А если знаю?
— Эйдан, остановись.
Он отворачивается от меня и разочаровано проводит рукой по волосам. Не смотрит на меня. Я подхожу к нему сзади.
— Эйдан…
Он достает ключ из кармана и нажимает кнопку. Машина с ревом оживает. Я спешу к нему, пока он не забрался внутрь.
Я хватаю его за руку.
— Эйдан, подожди.
Он не отвечает. Просто поворачивает голову, чтобы посмотреть на меня сверху вниз, ожидая. Но я даже не знаю, что хочу сказать. Мой рот открыт, но слова не выходят. В ответ он напряженно кивает, и я отпускаю его.
Он скользит в машину и ждет меня. Обогреватель уже работает, когда я сажусь. Я вся мокрая и оставляю лужу на своем сиденье. Чувствую себя неловко, будто должна что-то сказать, но Эйдан уже начинает рулить и не смотрит на меня. Я поворачиваюсь телом в его сторону, смотря на его профиль. И умоляю взглянуть — беглый взгляд — что угодно, чтобы ослабить растущее напряжение.
Я чувствую, что облажалась. Будто это моя вина. Не следовало идти с ним. Мне вообще не следовало общаться с ним. Не тогда, когда мне нужно было разгрести беспорядок вокруг себя. Он заслуживает лучшего. Может быть, парень осознает это. Мое сердце замирает в груди.
— Не расстраивайся из-за меня, — умоляю я, и слова сами слетают с моих губ. — Пожалуйста, Эйдан. Я не могу вынести этого. Не переставай говорить со мной. Пожалуйста. Это все, что иногда помогает мне двигаться дальше.
Эйдан сразу же съезжает на обочину.
— Эй, — ласково говорит он, хватая меня за руку. И притягивает меня к себе. Я забираюсь к нему на колени, заключая его в объятия. Зарываюсь лицом в его промокшую рубашку, чтобы он не видел паники на моем лице.
— Эй, — повторяет он, проводя рукой по моему боку. — Ничего не меняется, Айви. Я жду, хорошо. Я здесь.
— Я не хочу, чтобы ты исчез, — умоляю. — Не исчезай от меня после этого…
— Зачем мне это делать?
— Потому что я облажалась.
— Это не так.
— Так. Это моя ошибка.
— Нет.
— Я ничего не могу с собой поделать, Эйдан. Ты мне тоже нравишься. Действительно нравишься.
— Ш-ш-ш.
Он дальше отодвигает сиденье, давая мне больше места, чтобы я не ударялась о руль. И крепко обнимает меня. Я чувствую облегчение. Его тепло проникает в меня. Я прижимаюсь к нему, закрывая глаза. Его запах повсюду вокруг меня. Я поворачиваю лицо так, что утыкаюсь в его шею. Оставляю поцелуй на его шее, другой — на подбородке. Эйдан напрягается, прижимая меня крепче.
— Айви… — В его голосе звучит боль.
Я отстраняюсь, чтобы посмотреть на него.
— Ты не хочешь, чтобы я целовала тебя?
Он тяжело сглатывает.
— Ты же знаешь, что хочу.
Я целомудренно целую его в губы, чуть не застонав от того, какие они мягкие.
— Ты говорил, что хочешь попробовать мои губы на вкус, — напоминаю я возле его губ, глядя ему в глаза.
Его грудь опускается, когда он смотрит на меня в ответ. Я никогда раньше не видела такого голода.
— Конечно хочу, — настойчиво шепчет он. — Я ничего не хочу больше.
Я снова целую его в губы, и он качает головой.
— Айви…
— Ты хочешь меня, Эйдан.
— Хочу. Я ужасно хочу тебя, Айви. Я хочу все, что ты… Блядь.
Его силы на исходе. Я целую его еще несколько раз, чувствуя, как он прерывисто дышит; шепчу его имя, и оно звучит как стон, вырывающийся из моего горла, а затем что-то в его глазах меняется. Эйдан запускает руки в мои волосы, крепко сжимая их, и отводит меня от своего лица. В любую секунду он может прижаться своим ртом к моему. Собирается поглотить меня своим ртом, и я буду дрожать у него на коленях, умоляя его продолжить.
Вместо этого он встряхивает меня, удерживая на расстоянии.