Мистер Уэст (ЛП)

— Тогда в чем же дело?
Проходит несколько секунд. Он смотрит на меня, ожидая. Я смотрю в ответ, подыскивая слова.
— Я хочу продать компанию, — ловлю себя на том, что говорю.
— Что? Почему? — спрашивает он, сбитый с толку. У него не было никакого зуда. Он счастлив остаться. Они всегда так чертовски счастливы оставаться. — Мы все еще поднимаемся, Эйдан.
— Мы сделали все, что должны были сделать, Стивен. Я хочу заняться чем-нибудь другим.
— Например?
— Я еще не знаю. Мне нужно это выяснить.
Он кивает, выглядя так, будто наконец понимает, пока не начинает говорить:
— Думаю, ты переживаешь кризис, Эйдан. Это эпизод. Это нереально, Эйдан. Что бы с тобой ни происходило, ты это переживешь. Это всего лишь этап.
Я раздраженно качаю головой.
— Стивен, компания стала публичной год назад. Мы потеряли весь наш контроль. Какой смысл сидеть в совете директоров, если ты не имеешь право голоса? Акционеры должны править шоу. Я устал от этого. Я не смотрю на доллары и центы. У нас есть возможность продать и перейти к более важным вещам.
— Вот почему ты продолжаешь прогуливать, не так ли? Все эти поездки, которые ты продолжаешь совершать. Ты смотришь другие предприятия. — Когда я не отвечаю, он вздыхает. — Так, значит, это все? Ты собираешься оставить меня здесь делать все в одиночку?
— Сделай это со мной.
— Нет, я не могу. Я нашел кое-что стабильное, Эйдан. А Дженне нужна стабильность. Мы хотим создать семью.
— Выведи деньги, и у вас будет для этого все время в мире.
Стивен молчит. Я могу сказать, что тот думает об этом. Но он воюет с неизвестным. В конце концов, мы годами трудились ради этого успеха, и теперь, когда успех у нас есть, он не собирается его упускать.
— Мы добились успеха только потому, что наша платформа отличается от всех остальных, и мы добились этого раньше, чем все остальные, — тихо говорит он, печально глядя на меня. — Это была удача. Как нам сделать это снова? Мы потерпим неудачу.
— Неудачу, неудачу и еще раз неудачу, — искренне признаю я. — В этом-то и прелесть, Стивен. Мы должны идти на риск и надеяться, что он окупится.
— Это игра с нашими деньгами, и я хочу оставить что-то большее для своей семьи, когда меня не станет. Сколько успешных предпринимателей, которых мы видели, потеряли все, открывая бизнес и инвестируя в заурядные предприятия? В одну секунду они на коне, а в следующую резко падают, потому что в основном это мусор одной недели. Эти компании выгорают. Популярные в одну секунду, пустые в следующую. — Он разочарованно качает головой. — Эйдан, я не такой, как ты. Я не отношусь к жизни как к мимолетному приключению. Я не могу быть жестоким с людьми и трахать девушку так, будто это ничего не значит. То, за чем ты продолжаешь гоняться, длится недолго. Меня ждет долгий путь. Не думаю, что ты способен понять это, пока…
Я смотрю в его задумчивое выражение лица, требуя:
— Пока что?
Он смотрит на меня, его взгляд становится жестким.
— Пока тебе не будет что терять.
Ах, вот оно что.
Я не отвечаю на это.
Я отворачиваюсь от него и делаю вид, что смотрю на часы.
— Эйдан… — спокойно говорит он, — тебе нужно найти в этой жизни то, чем будешь увлечен, и это не работа.
Я устал это слушать.
— Не будь импульсивным.
— Мне не нужны твои гребаные советы, — парирую я. — Хватит.
— Отлично. — Похоже, он расстроен. Я вернул себя… прежнего. Мудака. Замкнулся, отгородился стенами, погрузился в себя. Я знаю, что видит мир. Стивен тоже это видит. Я даже не буду бороться с этим сегодня.
Собравшись с духом, я говорю властным голосом:
— Тогда давай перенесем этот день, хорошо?
***
Я провожу слишком много времени, пялясь на ее фотографию. Это унизительно, что я держу свой телефон с ее фотографией, смотрящей на меня. Я смотрю на нее, пока работаю в своем офисе, пока ем, пока снимаю галстук и начинаю готовиться ко сну в своей тихой квартире. Она идеальна. Все в ней… совершенно.
 
Я расхаживаю, думая о ней.
Принимаю душ, обхватив рукой свой член, думая о ней, когда кончаю, желая кончить в нее. Каково было бы чувствовать ее киску вокруг своего члена? Какие звуки я смог бы извлечь из этого грешного рта?
В основном я один. Единственная компания, которая у меня есть, — мысли о ней.
Я представляю, как она извивается подо мной, умоляя меня своим вульгарным маленьким ротиком: «Трахните меня, сэр. Пожалуйста».
Я представляю, какая она на вкус.
Задаюсь вопросом, как ощущаются ее губы.
Думаю, позволила бы она мне обнимать ее всю ночь.
Если быть до конца честным, я расхаживаю, потому что не знаю, что она сейчас делает. Не знаю, трахают ли ее, целуют ли, держат ли в руках. Это приводит в бешенство. Это сводит меня с ума. Это заставляет меня хотеть вырвать сердце из своей груди — оно виновато в этих чувствах, не так ли? — и уничтожить его.
Я уже поддался искушению. Такое странное чувство. Оно похоже на такое странное давление, которое нарастает внутри меня. Я искал информацию о ней. Мне просто нужно было знать… узнать о ней больше. На моем столе лежит папка с ее именем. Я ее не читал. Знаю только, где она работает и как долго живет в этой квартире. Все остальное — все личные подробности — под замком. Это сделано для будущего. Какое-то время я буду отчаянно нуждаться в исправлении. Это так чертовски невероятно, что я уже знаю — это время придет.
Неужели в своей жизни я был настолько ужасен, что меня наказывают тоской по женщине, которую я не могу иметь? Даже если бы она не была с этим гребаным идиотом, захотела бы она чего-то большего, чем просто мой член? И я серьезно задаюсь этим вопросом?
— Если у меня будешь ты, Айви Монткальм, я уже не буду прежним, — шепчу ее фотографии. — У тебя есть сила уничтожить меня…
Айви
Прошло несколько недель, а я не видела его. Он даже не упоминает об этом.
Мы выжидаем своего часа. Он не хочет торопить события, а я… я не доверяю себе.
Готовлюсь к вступительным экзаменам по вечерам в кафе за углом. На прошлой неделе я проконсультировалась с адвокатом по бракоразводным процессам и узнала, каким будет этот процесс. Колеса были приведены в движение. Надеюсь, Дерек подпишет бумаги, когда придет время.
Ана: Я так горжусь тобой, Айви. Ты сделала это <3 Дерек, в конце концов, смирится с расставанием. У него нет другого выбора. Он слишком долго отрицал это. Думаю, документы донесли это до него.
Я провожу дни, постоянно заглядывая в телефон и ожидая сообщений от Эйдана. Когда прихожу домой после долгой смены на работе и устраиваюсь на диване, сообщения Эйдана — лучшая часть моего дня.
Мы разговариваем. Боже, мы просто разговариваем. Обо всем и ни о чем, и иногда это самые увлекательные разговоры, которые вы когда-либо видели, но я знаю, что он так же жаждет всего, как и я.
Большую часть времени, разговоры невинны. Иногда… иногда он роняет фразы, от которых мое сердце чаще бьется, а тело дрожит. Обычно это происходит посреди ночи, когда я крепко прижимаю телефон к груди, лежа на диване. Он посылает их, когда знает, что я одна. Когда знает, что Дерек пьет, а я ловлю каждое его слово.
Эйдан меняет тон своих сообщений, и он говорит не стесняясь.
Э.У.: Я в постели и думаю о тебе. Думаю о том, что обещал тебе. О том, что сделаю с тобой. Я думаю о твоих красных прядях в моих пальцах. О твоих красивых пухлых губах. О том, как ты слизывала мороженое со своей нижней губы. Мне хотелось прикусить эту губу. Я хотел прижать тебя к стене твоего многоквартирного дома, скользнуть рукой по твоим крошечным шортикам. Я хотел заставить тебя стонать. Медленно трахать тебя своими пальцами. Я хотел завладеть твоими криками, а потом погрузиться в тебя. Представь это со мной прямо сейчас, когда ты лежишь в постели.