Дождь в твоих ладонях (СИ)
Дождь в твоих ладонях
Глава 1 "Родственнички"
— Таня, Танечка, вставай, гости едут, вставай, Таня!
Сквозь сон слышу громкие крики. Не сразу понимаю, кто кричит. Глаза не открыть, да и голос на секунду пропадает. Успеваю снова провалиться в безмятежный сон.
Снится коридор, я не боюсь хоть и темно. Просто иду шлепая босыми ступнями по сухой траве. Вдруг свет. Выхожу на прекрасную полянку. Вокруг невероятная красота: большие бархатные цветы, журчит ручей, птички поют…
— Таня! Таня, открывай!
Да что б!
Резко распахиваю глаза. Солнечный свет бьёт по зрачками. Вчера снова уснула забыв закрыть шторы.
Ворочаюсь и задеваю толстый учебник. Тот с грохотом падает на пол. Так громко, словно он обиделся, что я его скинула из теплой постели.
— Таня! Это срочное, просыпайся! Опять всю ночь экономику учила?
Сколько времени? Помнится, сегодня суббота. На работе выходной, и я, наверное, имею право поспать. Или нет?
— Таня, просыпайся!
Не имею…
Что случилось? Может, сердце прихватило? Блин, встаю! Я как ошпаренная подпрыгиваю на кровати. Хватаю халат со стула и на ходу накидываю его на плечи.
— Открыто же, я никогда не запираю, проходите, — в нервном порыве дёргаю дверь на себя.
Зоя Никитична стоит одетая в зимнее стёганое пальто и шапку из натурального меха как если бы она пошла на улицу. Выглядит она бодро и свежо как и всегда.
Фух пронесло. Бабушке ничего не угрожает. Прикипела я к ней, как к родной и сейчас действительно переживаю.
Единственное что бросается в глаза — перепуганное лицо и красные щеки от мороза.
— Таня, к нам гости. Штоп их приподняло и шлепнуло! — кричит она запыхавшись.
— Что? Какие гости? — тру глаза.
— Прям как ушат холодной воды. Решили навестить родственнички! Тысячу зим никого не было. Пошла я на рынок, иду себе иду. А тут на тебе. Звонит племянничек. Говорит: приеду с женой и отпрыском своим. В гости на Новый год! НА ВСЕ КАНИКУЛЫ!
— Ну и напугали вы меня, баб Зой. Слава богу, все в порядке, — окончательно просыпаюсь.
С ее громким голосом никакой будильник не нужен.
— Что? В порядке? — ужаснувшись ахает. — Какой хрен собачий их дёрнул приехать, Таня? За наследством, вот как! Прознали, что мне поплохело, так сразу навестить решили. А до этого ни звонка, ни весточки. Так и ждут, что я помру! Ничего им не достанется! Ни копейки! Родственники тоже мне. Бабке Лиде стыдно должно быть, что такого сына воспитала. Пусть она в гробу перевернется от стыда! — и топает ногой рассерженно.
— Баб Зой, я чайник поставлю. Успокойтесь, вы что? Вам переживать нельзя! Врач запретил. Никто не хочет, чтобы вы умерли, боже упаси!
— Таня, не хочу я их видеть, не хочу хоть глаз выколи! Что нам теперь делать, что?
Нам? А я-то тут при чем?
Зоя Никитична так страдальчески смотрит на меня, что мне ее по-настоящему становится жаль.
— Сейчас оденусь и выйду. И все расскажете, что случилось. Хорошо? И вместе подумаем.
— Таня, выходи, жду тебя на кухне. Будем разрабатывать стратегию как их не впустить в наш дом.
— Я сейчас, пять секунд.
— Таня, за что мне это?! За что?
Зоя Никитична медленно уходит, спускается на первый этаж. И ведь не лень было подниматься. Раз поднялась, значит, дело пахнет жареным.
Пол в доме характерно скрепит, указывая на то что она пошла в кухню. А я вздохнув, прикрываю дверь. Плюхаюсь на кровать.
Вот так новости. Родственники решили приехать? Очень интересно, ведь за три года, что я снимаю у нее комнату к ней ни разу никто не приезжал. Да что приезжал… и звонили-то редко.
У бабы Зои нет близких родственников и своих детей тоже. Но есть племянник — Розанов Вадим, кажется такая фамилия, если мне не изменяет память. Это я знаю из ее единственного рассказа. Когда я только въехала сюда мы здорово разговорились на кухне и старушка поведала мне немного о своей семье. Ну и все. Больше я ничего о них не знаю. Кто они? Что они?
Нет, я не против родственников, я же не отшельник и не социальный изгой. С этим слава богу все в порядке. Но… Странно все это. Иначе бы баба Зоя так не переживала.
Я несколько секунд прихожу в себя. Проверяю мобильник. Артем ещё спит, иначе бы уже написал сообщение с пожеланием доброго утра.
Будет ли оно сегодня добрым теперь у меня возникло сомнение. И вообще, что теперь делать мне самой? Собирать вещи и уезжать? Но куда?
Быстро запахиваю халат, причёсываю волосы. Убираю книги на письменный стол и надеваю тапочки.
Мои планы спокойно без суматохи провести праздники теперь висят под угрозой срыва. Вопросы только множатся, и я спешу покинуть комнату, чтобы получить хоть какие-то ответы.
***
Зоя Никитична не сняла верхнюю одежду. Она так и сидит в пальто с грустью облокотившись на кисть морщинистой руки и смотрит в окно.
Стекла расписаны узорами и практически не видно двора. Только слышно как из открытой форточки лают соседские собаки, и дети кричат. Кричат о том, что скоро каникулы.
Да, всего один экзамен и можно будет выдохнуть. Но сейчас не об этом.
— Баб Зой, — сажусь напротив нее за стол. — Я уже поняла что к нам… ой, то есть к вам приезжают родственники. А когда? И… они будут здесь жить? Чего мне-то делать?
— Завтра приезжают, — вздыхает. — Только что Вадик звонил. А мне их видеть не можется. В последний раз встречались на похоронах бабки Лиды пять лет назад. А сейчас. По кой они приедут? — и смотрит на меня так, как будто я знаю.
— Не переживайте, не расстраивайтесь. Приезжают, значит, хотят вас навестить. Это по-моему неплохо. Будет кому по хозяйству помочь. И Новый год отмечать не так скучно будет, — стараюсь утешить бабушку.
— Шооо? Нет уж, увольте! Мне такие хозяйнички и даром не нать. А Новый год я и с Николаем Дмитриевичем отлично справлю. Посмотрим телевизор, песни попоем. Справлюсь и без них.
— А сколько их будет? — спрашиваю переводя разговор в нужное мне русло. — Сколько человек? Ведь в доме всего три комнаты, здесь все не поместимся… Или… мне съезжать?
— Никаких съезжать! Я тебе дам! Ты что? А кто со мной в дурака играть будет? Пусть они куда хотят туда и заселяются. А мой дом закрыт для них, пусть так и знают. Все! Я на рынок пошла за молоком.
— Так когда они будут, хоть, чтобы знать. Во сколько?
— Ой, Таня, сказали завтра после обеда будут. Вадик отпуск взял, чтобы приехать. Ох-ох… Надеюсь, что у них произойдет землетрясение, и они не приедут.
Бросив слова через плечо, старушка уходит. А я остаюсь одна. Надо заметить, баба Зоя очень, ну просто мега эмоциональный человек. Конечно, она их примет и даже будет рада, только виду не подаст. Гордая она и к тому же ранее играла в драм театре. Что не может не отпечататься на ее поведении. Игра одним словом разыграна на отлично.
Но только вот что делать мне? Неужели придется собирать чемоданы и в срочном порядке искать новое жилье?
***
К приезду племянника с семьёй мы готовимся вместе. Порядок у нас царит всегда, но баба Зоя все равно проходится со шваброй по всему дому. Я не знаю, зачем мы это делаем, ведь ещё вчера старушка кричала на весь дом, что и на порог не пустит непрошенных гостей.
Сегодня ее слова мало чем отличаются от вчерашних, но кое что она привнесла.
— А вдруг не получится их прогнать? Мы должны быть готовы во всеоружии, — словно боевым кличем возразила Зоя Никитична, когда я спросила зачем мы прибираемся, раз не хотим никого впускать.
Делать нечего. Я отменила утренний поход в кино вместе с Артёмом и присоединилась к чуть ли ни Генеральной уборке века!
Убираю свои вещи, которые так мило и уютно стоят в ванной: крем, скраб и шампунь с бальзамом для волос. Так на всякий случай. Вдруг они действительно будут жить с нами.
У Зои Никитичны небольшой дом. Наверху две комнаты, в одной из них, которая поменьше, живу я. Возможно, во второй будут жить они. А в низу ещё одна комната. В ней живёт сама хозяйка дома.