Звёздные войны. Расцвет Республики. Во тьму (СИ)

Но даже если Сковер и не было на борту (а ее, конечно же, не было), разрушение «Наследного пути» само по себе являлось катастрофой. Укрепление власти Республики в секторе привело к лихорадочному оживлению перевозок; все старались переправить товар раньше, чем его обложат налогами и пошлинами, а то и вовсе запретят. Поселенцы отчаянно стремились добраться до фронтира, и каждый день тысячи их платили за проезд. Все до единого корабли увозили столько живого и инертного груза, сколько могли вместить. Даже «Посудина» ушла к Корусанту, нагруженная таким количеством ящиков с бобами дента, что Жеод не мог передвигаться по коридорам. Гибель любого корабля означала большие потери. А «Наследный путь»… Там на борту наверняка были сотни семей, тысячи пассажиров, среди них и маленькие дети…
– Корабль все равно чудит, – сказала Аффи, во-первых, чтобы отвлечься от тревожных мыслей, а во-вторых, это было правдой.
– Потому что само гиперпространство продолжает чудить, хотя теперь, думаю, это больше связано с обломками транспортника, которые прут во все стороны как угорелые. Ты только глянь, – Лиокс указал на экран. – Куски разлетаются по всему гиперпространству. Навикомпьютер закрывает трассы быстрее, чем успеваешь считать. – Пилот покачал головой: – Придется изменить курс.
Аффи похолодела, как будто ей в руки свалился регулятор коаксия:
– В гиперпространстве?
– Ну да, я знаю… Только не начинай, Жеод. Дело в том, что нам надо как можно скорее выскочить из гипера. Но при этом добраться до пункта назначения мы не сможем. Поэтому мы полетим куда-то в другое место. Надеюсь, там безопасно.
Аффи мысленно приготовилась. По экрану навикомпьютера побежали предзаписанные координаты. Тот набор параметров, который обеспечит самый быстрый выход в обычное пространство и определит, где они окажутся в итоге. Оставалось лишь надеяться, что с новыми координатами «Посудина» не влетит, скажем, в центр белого карлика.
Высветилась последняя строчка. Лиокс спросил:
– Монашек уже в кресле?
– Если нет, – сказала Аффи, – то сам виноват. Кстати, он вообще-то волшебник.
Лиокс приподнял бровь, как будто говоря «неплохо».
– Держитесь! – крикнул он в интерком, и…
Они оказались в обычном пространстве. Ни толчков, ни рывков; более мягкого выхода нечего было и желать. Аффи и Лиокс с ухмылкой переглянулись, и девушка окликнула:
– Отличный выбор, Жеод.
– Теперь попробуем разобраться, что это было, – сказал Лиокс, – а потом двинемся дальше.
С чувством огромного облегчения Аффи окинула взглядом в основном пустое пространство, которое их окружало. Враждебно настроенных кораблей нигде не наблюдалось, не вынесло их и в зону боевых действий, равно как и в сердце звезды. По сути… вокруг не было ничего.
Несмотря на эйфорию после спасения от опасности, девушка не могла не задуматься: «Кому понадобилось предзаписывать именно такие координаты?»
* * *
– Что случилось? – прошептала Орла Джарени. Ее бледное лицо побелело еще больше. – Какие-то голоса вскрикнули…
– Множество погибших, – сказал мастер Комак. – Ты тоже почувствовал, Рит?
Рит уловил лишь то, что неладное творилось далеко не с одной «Посудиной» – и что это было как-то связано с катастрофой, – но он не испытал ничего похожего на тот шок, который читался на лицах Орлы и мастера Комака. Впервые за все время ему подумалось, что меньшая по сравнению со средним джедаем чувствительность может иметь определенные преимущества.
– Вы можете сказать, что именно произошло?
Как и следовало ожидать, первым взял себя в руки мастер Комак:
– Нет. Надо немедленно связаться со «Звездным светом». Нам нужно больше информации, и к тому же не хотелось бы, чтобы наше опоздание вызвало тревогу.
С этим Рит был согласен. Ну, в основном. Тихий презренный голосок нашептывал, что хорошо бы мастер Джора в самом деле немного встревожилась – как раз настолько, чтобы сказать: «Знаешь, на фронтире мы подвергаемся ненужным опасностям. Нам лучше поскорей возвращаться на Корусант».
 
Тем не менее юноша поднялся и пошел следом за мастером Комаком на узел связи «Посудины». Едва ли Комак не смог бы сам отправить сообщение, но всякому падавану полагалось быть готовым в любой момент предложить помощь джедаю.
Узел связи оказался маленькой комнаткой с изогнутым потолком. Места в ней едва хватало даже для одного взрослого гуманоида. Внутрь уже набились двое: Лиокс и Аффи, первый прижимал к уху усилитель. По-видимому, на мостике остался один Жеод, что не внушало уверенности. Мастер Комак опустился на колени возле двери с таким невозмутимым видом, будто ради того и пришел, и сказал:
– Я понимаю, что вам нужно передать срочные сообщения, капитан Джиаси, однако…
Лиокс поднял руку:
– Подождите.
Если мастер Комак и почувствовал нетерпение, то даже виду не подал, только кивнул. Но Рит ощущал, как внутри Лиокса и Аффи растет напряжение, и это напряжение было заразным.
– Что-то не так? – выпалил он.
– Все не так, насколько я слышу. – Лиокс отложил усилитель и повернул рычажок, выведя звук наружу.
Тут же их оглушил шум; более десятка передач пытались одновременно пробиться сквозь помехи, перекрывая и заглушая друг друга:
– …полностью обесточен, застрял в системе Беспин, обращаюсь ко всем кораблям в пределах…
– …как минимум тысяча погибших, возможно, и больше…
– …усеяны этой дрянью, как будто кто-то заминировал гиперпространство…
– …не могу даже оценить повреждения, пока не доберусь до…
– Из какого сектора идут эти передачи? – тихо спросил мастер Комак.
Аффи повернулась к нему с мрачным выражением на лице:
– Из всех сразу.
– Так много фрагментов правды, – сказал мастер Комак. – Но нет целостной картины. Что, конечно, пугает больше, чем могла бы напугать вся правда.
– Надеюсь, – буркнула Аффи.
В дверях позади Рита появилась Орла Джарени и пробормотала:
– Есть какие-то новости?
– Похоже… похоже, это катастрофа эпических пропорций, – прошептал в ответ падаван. – Уже есть множество погибших.
«Погибших». Это слово казалось таким окончательным и бесповоротным! Риту вдруг стало стыдно, что он был недоволен назначением на фронтир, недоволен своим будущим, когда столь многие вообще лишились какого бы то ни было будущего.
Затем в динамиках послышался другой голос, более громкий, чем остальные:
– Все гиперпространственные трассы считаются закрытыми до последующего уведомления. Всем, кто находится в пути за пределами Республики, во Внешнем кольце, повторяем: гиперпространство в данный момент непроходимо и крайне опасно. Всем кораблям: перелетов через гиперпространство следует избегать любой ценой.
– Ну, вот и все. – Лиокс выключил связь. – Вы слышали, что сказала дама. Похоже, нам придется здесь задержаться.
– А «здесь» – это где? – спросил Рит.
– По сути, нигде, – ответила Аффи.
Итак, они очутились в практически пустом углу космоса, не имея возможности ни лететь дальше, ни вернуться домой. Они завязли, причем неизвестно как надолго.
* * *
– Послушайте, – сказал Лиокс. – Конечно, можно говорить, что мы застряли в глубоком космосе. Но если подумать, космос – он что там, что здесь.
Рита это не успокоило. Он направился на мостик, где, по крайней мере, можно было заняться чем-то более полезным, и ненадолго оказался наедине с Жеодом, который по-прежнему сидел – или стоял? – на месте навигатора.
– Эм-м… – начал Рит. – Привет. Все это ужасно, правда?
– Пожалуйста, – прошептала вошедшая следом Аффи, – пока не пытайся говорить с ним об этом. У Жеода невероятно чувствительная натура.
– Да, конечно, – ответил юноша. – Но… кажется, вы его назвали гулякой?
Проходивший мимо Лиокс пояснил:
– У него капризный характер, настроение то и дело меняется. – Пилот с теплотой посмотрел на Жеода и пошел дальше. Несколько секунд Рит разглядывал навигатора, гадая, чего же именно не замечает, ведь это был… просто большой камень.