Королева (ЛП)

Я встала, не сводя глаз с двери, словно она была моим спасательным кругом. Давно пора было признать, что будущее всей человеческой расы, популяции Фейри и будущего ребёнка зависело от нашего, то есть моего, правильного выбора и действий, соответственно. Нашего ребёнка. От этих слов сердце забилось чаще. Я успела сделать ровно два шага.
— Брайтон.
Крошечная часть меня хотела по-детски притвориться, что я не услышала его. Меня можно было назвать по-разному, но уж точно не трусихой. Я остановилась.
Ну, ладно. Может я и была немного трусовата, потому что не повернулась к нему лицом. Я и без того ощущала его присутствие. Он стоял всего в нескольких футах от меня.
— Поговори со мной.
— О чём?
— Не притворяйся, что не знаешь. — Сейчас он был ещё ближе. Я практически ощущала его тепло своей спиной и у меня ушли все силы на то, чтобы не повернуться к нему и не задушить в объятиях. Скрыться в его тепле и нежности ещё разок.
Я не двинулась с места.
— Может я просто не хочу говорить о том, о чём я знаю, ты хочешь сказать.
— А я, возможно, не хочу стоять здесь и говорить с твоим затылком, но я делаю именно это.
— Ты сам остановил меня, — отметила я.
Последовало мгновение тишины.
— Что происходит, Брайтон?
Вздохнув, я повернулась к нему, потому что он не заслуживал разговора с моим растрёпанными хвостом. Даже несмотря на то, что я находилась с ним в одной комнате, сидела у него на коленях и целовала его совсем недавно, моё дыхание перехватило, когда я встретила его взгляд. В этих прекрасных чертах лица была такая открытость, какой не было в момент нашего знакомства.
— Почему ты так не хочешь остаться со мной или чтобы я поехал домой к тебе? — спросил он. — Ты прекрасно понимаешь, что это необходимо. Если Арик сказал кому-то, что ты мой Мортус, то ты в опасности.
В груди похолодело. Я не хотела быть в опасности. Только не после того, через что я прошла, но моя жизнь всегда была связана с риском. Как член Ордена, даже с учетом того, что я не участвовала в активном патрулировании как другие, я всё равно носила мишень на своей спине. История это доказывает.
— Мы ведь не знаем наверняка, сказал ли Арик этому предателю из Летнего Двора что-либо. Он не долго прожил после того, как понял кто я.
— Но ты убила его не сразу после того, как он осознал, что ты значишь для меня, верно? — парировал он.
И правда.
— Важно лишь то, что мы не знаем.
— И вот почему мы должны быть особенно осторожны. Я больше не позволю тебе навредить. Никогда. — Он опустил подбородок, и пылавшие яростью глаза встретились с моими. — Больше никогда.
Его слова принесли мне слишком уж много удовольствия.
— Я могу сама защитить себя, Кайден.
— Я и не говорил, что ты не можешь, но почему ты должна это делать?
Я сложила руки на груди, в основном для того, чтобы не кинуться ему на шею.
— Потому что я всегда это делала.
Он сделал крошечный шаг вперёд.
— Но теперь всё изменилось. Теперь у тебя есть я. Я сделаю для тебя всё.
Казалось, мне в сердце вонзили нож. Я не должна была чувствовать такое от его слов. Они должны были принести мне лишь счастье.
Это было нечестно.
Ну, правда, это было совсем нечестно, потому что не могло изменить реальность.
— Я не хочу, чтобы ты защищал меня, — каждое слово царапало моё горло. — Не хочу, чтобы ты был в моём доме. Я не… не хочу тебя.
Он поднял брови. И это был единственный ответ на мои слова.
Я сделала резкий обжигающий вдох.
— Спасибо за всё, что ты для меня сделал, но я не могу… не могу быть с тобой. Ты мне не безразличен, но я… не хочу быть с тобой.
— Не хочешь? — Его тон не выражал эмоций.
После очередного острого приступа боли в груди я сказала:
— Я не люблю тебя.
— Неужели?
Я моргнула в ответ, не понимая, как стоит на это реагировать. Я не знала, как это воспримет он. Начнёт спорить? Разозлится? Огорчится? Но эта реплика выбила меня из колеи. Неужели всё будет так просто? А если так, то любил ли он меня вообще?
Это было неважно.
 
Но в то же время, для меня было чертовски важно.
Сбитая с толку и раздражённая своей реакцией, я сделала шаг назад.
— Извини.
Он слегка наклонил голову.
— За что?
— За всё. — прошептала я.
Челюсть Кайдена напряглась.
— Ты закончила?
— Что закончила?
— Закончила лгать?
Я дёрнулась.
— Я не лгу.
— Чушь собачья. — сказал он, и я напряглась. — Я не понимаю, что происходит, но точно знаю, что всё не так просто. Ты что-то не договариваешь мне.
Моя кожа покрылась инеем.
— Я говорю тебе, что чувствую…
— А я говорю, что ты сама не веришь словам, которые произносишь. Как, впрочем, и я. Ты говоришь не то, чего хочешь на самом деле.
— Это…
— Это неправда, — продолжал он, в его глазах горел огонь. — Я точно это знаю.
Я закрыла рот, казалось, стены вокруг меня начали сжиматься. Неужели он ощутил мои эмоции, которые выдали меня с головой? Я не была уверена, особенно, учитывая, что и сама едва ли могла разобраться в своих чувствах.
И вот я превратилась в трусиху, коей сама себя не считала, и сказала:
— Я очень устала и просто хочу прилечь.
Было заметно, что Кайден хотел продолжить, но спустя мгновение он сказал:
— Этот разговор ещё не окончен, Брайтон.
Я и сама искренне надеялась на это.
— Но всё кончено, — прошептала я и вышла из кабинета с осколками сердца в груди.
* * * *
Я прошла в свою комнату и забралась в постель, свернувшись калачиком на боку, крепко зажмурилась, чтобы остановить поток слёз, который был готов вот-вот прорваться.
Мне было больно. Моё сердце страдало. И я не могла думать о том, что только что сделала и насколько неправильным мне это казалось. Я заставила себя заснуть, решив, что так будет лучше, чем ощущать все эмоции, переполнявшие меня сейчас. Проснувшись утром, я обнаружила накрытый поднос с яичницей и тостами на кресле, где раньше сидел Кайден. К тому моменту как Люси пришла меня осмотреть, я уже проглотила свой завтрак. Она была рада и немного удивлена тем, как быстро заживают мои раны. Я задала вопрос о еде, но она её не присылала. И я старалась не думать о том, кто именно проявил такую заботу, а просто попросила её принести мне какие-нибудь витамины для беременных. Опередив меня на шаг, она достала небольшую баночку из кармана своего белоснежного халата. Люси сказала, что беременным Фейри не нужны дополнительные витамины, но учитывая, что я была человеком и испытала недостаток питания на раннем сроке, она посчитала разумным приём добавок.
Я спрятала витамины в тумбочку.
После этого я проспала большую часть дня, проснувшись, лишь когда Айви зашла навестить меня, а затем ещё раз после полудня. Первое на что я посмотрела, открыв глаза, было кресло.
Кайдена на нём не было, но был ещё один накрытый поднос.
Сев на кровати, что оказалось намного проще, чем днём ранее, я подняла крышку и обнаружила тарелку с тёплым супом, который приятно пах специями. Рядом лежали два кусочка поджаренного хлеба. В животе заурчало.
Еду принесла Айви?
Или всё-таки Кайден?
Я смотрела на тарелку целую вечность, как и утром. Неприятное ощущение смешивалось с голодом, заставляя меня ощущать тошноту. Опасение кислотой разливалось в крови. Руки начали дрожать, когда я потянулась к еде. Я и сама не понимала, что делала, но автоматически осматривала комнату, чтобы убедиться…
Убедиться, что она была пуста.
Там никого не было. Никто не собирался причинить мне боль. Арик был мёртв. Я была в безопасности.
И всё же, я медлила.
Боже, как я это ненавидела… ненавидела эту ассоциацию боли с едой. Раньше я очень даже любила поесть. Это было одним из моих любимых занятий, на самом деле.
Тихо ругнувшись, я взяла тарелку. Крем-суп перелился с одного края. Я схватила ложку и начала быстро отправлять ароматную жидкость в рот, даже не останавливаясь, чтобы насладиться. Следом я заглотила хлеб, прожевав его лишь для того, чтобы не поперхнуться. Каждый раз, когда в голове мелькали мысли о Кайдене, Арике и прочем, я отмахивалась от них. К тому моменту как тарелка опустела и на подносе остались лишь крошки, беспокойство меня отпустило.