Маша без медведя 2 (СИ)

— Гимназистка? — спросил он удивлённо.
— Так бывает. Мария, — представилась я. — Можем мы уйти отсюда? Если за вашим домом следят, то я сняла тень слишком рано, и они могли увидеть меня во входном тамбуре. А я не хочу, чтобы кто-то из… подобных мне меня увидел.
— А вы не врёте, — сказал он подозрительно.
— А должна?
Вместо ответа старый ювелир прошёл в боковую комнату. Сквозь открытую дверь было видно, как он что-то пристально разглядывает в окно. Не знаю уж, что он там увидел, но вернувшись, качнул головой:
— Идёмте. Валера, присмотри тут.
СДЕЛКА
Давешний парень в костюме вышагнул из-за портьеры и занял своё место. Часть прилавка оказалась откидывающейся, деревянная панель под ней распахнулась, открыв небольшой проход. Я последовала за хозяином во внутреннее помещение, через целую вереницу комнат, пока мы не оказались в небольшой гостиной, уставленной тяжёлой мебелью. Поведя рукой в сторону одного из кресел, хозяин развернулся, уперевшись руками в оголовник другого:
— Присаживайтесь. Чаю?
Я присела (не вижу смысла колом стоять):
— Если только ради приличия.
— Не замёрзли с дороги?
— Не вижу в этом необходимости.
Он хмыкнул.
— Вы и впрямь на них не похожи.
— Да на кого «на них»?
Евстафий Ильич сгорбился ещё сильнее и начал расхаживать по кабинету из угла в угол.
— Некоторое время назад я имел неосторожность проболтаться… — он стрельнул на меня глазом.
Я решила чуть ускорить вступление:
— Смею предположить, что у вас есть некий небольшой предмет, обладающий набором магических свойств. Потом к вам явились эти господа и начали просить указанный предмет — это же понятно, но того, что вы просили взамен, они обеспечить не смогли. Я прямо затрудняюсь представить, что же вы такое у них попросили. И ещё, дорогой Евстафий Ильич, мне совсем не эта штука нужна, пусть даже она такая замечательная. Вместе с тем, у вас точно есть то, что нужно мне — или вы сможете это сделать по нужным мне размерам. Я, собственно, поэтому искала ювелира. Так что вы скаж и те мне, какая у вас проблема, а я уже буду думать, смогу я выставить свою помощь в качестве предмета обмена или нет.
Хозяин смотрел на меня, приподняв аккуратно подстриженные седые брови.
— Однако… Но вы же не могли не знать…
— Могла. Я имя-то ваше узнала не больше часа назад.
Повисла небольшая пауза.
— Мой сын… Он одержим.
— О, Господи! — вот тут меня как будто палкой в лоб ударили.
Это реально страшно. Однажды я видела, как порождение ада — не уничтожили, нет! — всего лишь загнали обратно в его… естественную среду. Восемь магов уровня Баграра нужно. И то положение шаткое.
Я, правда, читала, что отдельным святым людям в этом мире подобное удавалось. На мой взгляд, это были проводники Божественной энергии такой силы, что мне и представить трудно было.
— Я понял, — хозяин сел в кресло и сжался, словно внутри у него был болезненный пульсирующий комок.
— Погодите. Не бывает, чтоб всё было потеряно. Одна я, понятное дело, не справлюсь. Но если подготовить артефактов, чтоб с запасом, и найти способного священника…
Да, я понимала, что очень сложно найти опытного священника с энергоёмкостью мага-инквизитора. Но не невозможно же!!! Опять же, если рядом будет святыня… При деньгах этого дядьки должно быть возможным устроить перемещение.
— А где вы его содержите?
— Кого?
— Да сына же!
Хозяин горько кивнул на дверь:
— В соседней комнате…
Я выпрямилась:
— Не может быть.
Мы уставились друг на друга.
— Да я вам говорю — не может быть! — я запальчиво вскочила. — Вы не представляете! Если один раз увидишь — никогда не забудешь! Не даром везде пишут про запах серы. Это не вполне точная аналогия, но очень близко. И не вполне запах. Оно… это ощущение, — я поймала себя на том, что неопределённо жестикулирую, не в силах словами описать свои переживания, и постаралась успокоиться, — вы не смогли бы его удержать внутри или скрыть, даже если бы все стены иконами обложили!
— Но… я приглашал епископа! И даже монахов из п у стыни!
 
— А я вам говорю, они ошиблись! Да, возможно, он одержим духом. Но это не демон!
— А… а кто? — растерялся Евстафий Ильич.
— Не знаю. Пойдёмте посмотрим?
Парень представлял собой жалкое зрелище. Крайнее истощение, вот как я это назвала бы. В какой-то непонятной бесформенной рубахе до колен. И какой-то неправильный фон в комнате висел, хотя со стен, со всех сторон на нас смотрело множество икон.
— А в цепях он?..
— Потому что на людей бросается.
В глазах у парня стояла боль. А ещё там, как будто на дне сознания, таилось что-то, наблюдающее за нами…
— И где ж ты такую гадость подобрал? — с отвращением пробормотала я.
Цепи глухо брякнули.
— В Африке, — горько ответил Евстафий Ильич.
Про Африку после визита казачьей депутации я почитала, диковатое место.
— Надеялся найти артефакт получше, чем дедушка?
Парень рванулся вперёд, натягивая цепи и рыча. То, что сидело внутри, пыталось слепить проклятье на своём примитивном языке. Я на автомате кинула запечатывание уст. Этому меня Баграр очень рано научил: не позволяй растекаться в свою сторону гадостям.
И отступила шага на два.
— Пойдёмте-ка выйдем.
Мы снова сели в кресла.
— У меня есть подозрения, как это случилось. Но я боюсь ошибиться. Евстафий Ильич, вы не знаете подробностей?
— Только в самых общих чертах.
— Давайте. Как доктору, я вас прошу.
Хозяин глубоко вздохнул и сцепил руки замком:
— Они поехали втроём. Сергей и… два его приятеля. Хотели именно в самую глушь, где вот эти колдуны, шаманство или как это уж…
— М-гм, м-гм, дальше.
— Им сказали, что в соседней деревне умер колдун. И вечером должно состояться его… сожжение, вроде. Местные говорили, что колдун никогда не умирает, и вечером он снова будет колдовать. И наши бестолковые ребята решили посмотреть своими глазами.
— Позвольте, я предположу, что произошло дальше! Они приехали, заплатили денег, и их посадили на самые лучшие места — а ваш Серёжа был, наверное, ближе всех к покойнику. Хотя, тут могли быть варианты… — теперь я снова вскочила и забегала по комнате. — Этот колдун выстроил перед смертью магический аркан…
— Вы серьёзно думаете, что дикари способны…
— А что мы с вами только что наблюдали?
— Боже мой…
— Душа покойника должна была выскочить в человека, который сидел на назначенном месте. Но колдун никак не просчитал появление туристов.
— Так это…
— О-он, мерзавец. Заскочить смог. А вышибить душу не смог, — я живо уставилась на хозяина. — Почему?
— Почему? — растерянно переспросил Евстафий Ильич.
— Да потому что душа крещёная! — я даже пальцами прищёлкнула. — Однако, зацепиться всё же смог. А теперь он меня увидел и будет рваться ещё больше. Так! — я развернулась на каблуках. — Времени мало… мало… У вас есть машина?
— Конечно! — удивился перемене направления разговора Евстафий Ильич.
— Пошлите за батюшкой, срочно, водосвятие нужно. Полную ванну и пару баков сверху.
— Не помогает…
— Теперь поможет. Дальше. Вот та штука, которую все хотят — сможете сделать ещё одну, такой же формы? И желательно из подобного материала. Только быстро, она же простая должна быть, примитивная. И не смотрите на меня, слышите, что делается? — за стеной доносились глухие удары. — Это хорошо, что у вас стены мягким оббиты, но колдуны — они, знаете ли, очень настойчивы.
— Батюшка присутствовать должен?
— Нет. Он же вмешается и всё перекосит. Главное, пусть воду освятит.
Дальше началась страшная суета. Хозяин вызвал своего Валеру (который, судя по всему, в этом доме был помощником на все случаи жизни), велел закрыть магазин и мчаться за священником. Сам побежал в мастерскую, и оттуда вскоре донёсся глухой визг сверла по камню.