Особо опасен (СИ)
— Какой кошмар!
— Ладно! Проезжай! Не забудь переодеться!
— Я так и сделаю, сэр. Спасибо, что охраняете нас!
Военные растащили «рогатки» с дороги и я двинулся дальше. Тут что-то творится… Причём, что-то непонятное. Я никогда не видел техника-сержанта Прайора, но что-то тут не склеивается. Если бы произошло убийство, то скорее всего патруль на дороге был бы совместным. То есть военная полиция и полиция Штата. Ну или хотя бы шериф или ещё кто-то из местных. Война войной, но гражданские права никто не отменял. А тут явное нарушение…
Нет. То, что у вояк произошло какое-то чрезвычайное происшествие, я не сомневаюсь. Иначе бы они не были бы так агрессивно настроены. У них тут что-то произошло. Но не исключено, что всё было не совсем так, как мне рассказал этот строгий военный. Или всё совсем не так…
Хорошо, что я всё лишнее оружие убрал под заднее сиденье. Ну а пистолет, пристроенный под панелью так, чтобы его легко было достать в случае чего, найти можно только, если заранее знать, что он там есть.
Отъехав от военного поста пару миль, я припарковался у каких-то зарослей, чтобы переодеться в гражданку. Совет военного полицейского был не лишним. Я только сегодня утром облачился в форму, и теперь уже успел пожалеть об этом. Но, кто ж знал-то, что тут у вояк такая буча произойдёт.
* * *
Хорошо, что я снял только куртку. Ну не успел я просто расстегнуть, и тем более начать снимать брюки. Потому что тогда ситуация вообще выглядела бы анекдотичной до нельзя. Меня застали со спущенными штанами. Три ха-ха…
— Подними руки парень и повернись ко мне! — скомандовал мне совсем не страшный, а скорее всего, очень взволнованный голос.
А я чего? Я ничего. Медленно поднимаю руки и так же медленно начинаю поворачиваться к тому, кто приставил мне что-то жёсткое промеж лопаток…
Блин! Вот зря я не послушался доброго совета от Лолиты: «Никогда не выходи из машины без оружия!»
Поворачиваюсь… Поворачиваюсь очень медленно, успевая быстро соображать, что именно сейчас, как в замедленном действии кино, происходит отработка классического приёма из репертуара армейского самбо: «Уход от угрозы длинноствольным оружием на короткой дистанции, с завладением этого оружия и выведением противника без боя».
Я ничего не имею против этого. Тем более, что медленно поворачиваясь, я уже успел оценить своего противника. С меня ростом, худощавый, даже можно сказать, что щуплый парень в военной форме. Хотя форма на нём висит, как мешок на пугале из жердей. Очки на носу, и даже небольшие усики под носом, тоже не добавляют этому парню боевого вида, несмотря на то, что в руках у него реальная такая американская штурмовая винтовка М-16, направленная мне стволом куда-то в район груди.
* * *
Думать дальше больше некуда и некогда.
Отвожу правой рукой от себя ствол, уходя с линии огня. Одновременно с этим, перехватываю винтовку, и потянув её на себя, пробиваю парню ногой, куда-то в район живота. После моего удара, этот аника-воин выпускает своё оружие из рук и получив от меня хлёсткий удар прикладом винтовки в голову, улетает в кусты.
Я тут же перехватываю винтовку по-боевому, и даже успеваю оттянув слегка затвор, проверить наличие боеприпаса.
В кустах слышен негромкий скулёж. Раздвигаю ветки стволом и захожу внутрь.
* * *
Скулящее тело валяется на земле, одной рукой зажимая кровоточащий нос, а другой прикрывает самое мужское драгоценное. Похоже, что я не целясь особенно, попал ему по самым бубенцам. Поделом! Не люблю, когда в меня целятся. Аллергия у меня на это дело.
— Почему? — гундосит в мою сторону «злой бандит с большой дороги».
— А нечего в меня всякими стреляющими железяками тыкать. Я этого с детства не люблю. Ты понял?
— Понял… — гнусавит пленник.
— А теперь рассказывай!
— Чего рассказывать?
— Всё рассказывай!
— А ты кто такой?
— Для тебя сейчас это очень важно? Хорошо. Я представлюсь. Меня зовут «Человек, который держит тебя на мушке». И в отличие от тебя, техник-сержант Джек Прайор, у меня не дрогнет рука спустить курок, если мне что-то не понравится. Тебе это ясно? Или мне ещё как-то поподробнее и обстоятельнее тебе растолковать?
— Не надо. Я всё понял… — «грозный военный» даже слегка всхлипнул. — Только не отдавай меня военной полиции!
30 августа. 1974 год.
США. Штат Монтана.
Болтун — находка для шпиона.
История, рассказанная мне техником-сержантом Прайором, звучала довольно-таки правдиво. Особенно для меня. В двадцать первом веке уже никого не удивить коррупционными схемами с откатами и фирмами-однодневками. А в интернете я и не такие замысловатые истории читал.
Джек чуть меньше года служит на авиабазе Мальмстрём недалеко от Грейт-Фолс в Монтане. Я особо не вникал, но с его слов, там базируются истребители, как я понял. Он так быстро сыпал всякими буквами и цифрами, что я половину не запомнил. Конечно, будь на моём месте какой-нибудь из наших супер-пупер Штирлицев внедрённых сюда, чтобы выведать все военные тайны злобных буржуинов, то к концу развед-опроса грудь героя-разведчика украшала бы сразу целая гроздь золотых звёзд. Но я всё-таки уловил название самолётов — F-106 Delta Darts, которые периодически приходилось ремонтировать Прайору. Мельком он упомянул, про несколько ракетных дивизионов развёрнутых по соседству. Я ничего раньше не слышал про ракеты «Минатмен», но и эту информацию тоже принял к сведению. Ну а дальше пошёл банальный рассказ, как простого и честного техника просто напросто подставили.
— Для ремонта нам поставляли запчасти для двигателей… Я заметил, что они не новые, а восстановленные, о чём и доложил своему непосредственному командиру. Он отмахнулся. Пояснил мне, что все запасные части поступают с завода и они абсолютно новые. Тогда я стал собирать информацию… — рассказывал мне техник-сержант.
Этот доморощенный Пинкертон умудрился за полгода собрать довольно-таки большое досье на финансово-хозяйственную деятельность службы снабжения. Ну, что сказать? Воруют. И масштабы воровства были колоссальны. Ведь армейский бюджет огромный, а железяки для самолётов ну о-очень дорогие. Это если новые, конечно. А если их слегка подшаманить. Да подкрасить. То… Получалась очень неплохая разница.
На мой взгляд, это уровень больших командиров из высшего командования, а не средний офицерский состав с рапортом куда и обратился наивный Прайор.
— И что? — прервал я откровения несчастного техника-правдоруба. — Помог тебе рапорт?
Нет. — разочаровано ответил Джек. — Меня поместили под домашний арест.
— Но ты же здесь, а не там, под арестом? Как тебе удалось выбраться?
— У тебя есть что-нибудь из еды? Я очень давно ничего не ел.
— Очень давно — это сколько?
— Два дня… Третий день уже.
— Ну, это не так уж и давно. Ладно. Пошли!
* * *
Глядя с какой жадностью Прайор потребляет холодные консервы с галетами, я думал только о том: «Что мне теперь делать с этим задохликом?» Вроде бы хороший честный человек. Радеет за свою работу, за боеготовность самолётов, которые он ремонтировал. А эти самолёты охраняют его страну. Америку, сука, мать её! И получается, что этот гаврик — враг моей страны. А с врагами надо поступать, как завещал нам в учебке прапорщик Цибуля, со всей строгостью и ненавистью. Но мне как-то не хотелось убивать этого тщедушного техника. Хотя, если понадобится, рука не дрогнет свернуть эту тонкую шейку.
А с другой стороны, этот наивный идеалист — кладезь полезной информации для наших умников из разведки. Вот только как доставить его к ним? И будет ли он с ними так же откровенен, как и со мной? Ведь он меня явно принял за типичного стопроцентного американца. И делится со мной наболевшим, жалуясь на несправедливость коррумпированных военных чиновников.