Охотник на богов (СИ)

Вспышка озарила небо, лучи света брызнули в разные стороны, будто прогремел салют.
Стремительный полёт одного из грувимов тут же оборвался. Крылатую тварь пронзило в шею и вышибло из стаи в сторону. Зверь пронзительно закричал, задёргался в попытках удержать высоту, крутанулся вокруг своей оси и рухнул вниз, подняв вокруг себя красную пыль.
Мозарт тем временем выпустил ещё четыре стрелы, и все они попали в цель.
Грувимы падали с неба, один за другим, и корчились на песке пустоши, их крылья поднимали вихри красной пыли до самого неба. Настоящую пыльную бурю!
Мозарт убил ровно пять грувимов, обернулся и посмотрел на меня.
— Забери их души, хозяин!
Не сходя с места, я поднял правую руку с перстнем. Накопитель нагрелся, череп на перстне раскрыл челюсти, и показалась белая жемчужина.
А потом к моему накопителю потянулись души погибших грувимов — все пять.
Это случилось на глазах у остальных учеников, даже Прим и Якоби остановились, чтобы поглазеть на то, как Бог Гор убивает грувимов по моему приказу. Да и другие уставились, пооткрывав рты.
Я даже заметил, как рыженькая Сише приподняла руку со своим накопителем, будто в попытке забрать пролетающие мимо души убитых грувимов, но те пронеслись над её головой прямо ко мне.
Это была только моя добыча, и никто не имел на неё права.
Пять сгустков белого тумана, один за другим, с жадностью поглотил мой накопитель. Он был рассчитан всего на пять душ, поэтому сразу же захлопнулся, испустив серый дымок.
В моём накопителе никогда не было сразу так много душ, и как только они попали в перстень, я сразу же ощутил прилив сил, татуировка стрелы на моей руке замерцала оранжевым светом, но самое главное — магия… она будто усилилась. Я почувствовал усиление на каком-то внутреннем уровне.
Это говорило о серьёзной связи мага-коллекционера и его накопителя. Чем больше у тебя душ, тем сильнее одна из сторон твоей магии коллекционера. Не даром же он так называется.
— Остальные пять душ — твои! — напомнил я Мозарту.
Его золотистые глаза вспыхнули благодарностью.
— Да, хозяин!
Стиснув лук, он рванул вперёд, целясь из оружия прямо на бегу.
Удар. Вспышка.
Удар. Вспышка.
Двух грувимов сшибло стрелами. Вскрикнув, они метнулись в небо, ударились друг о друга, их крупные крылья, как переломанные лопасти, отчаянно дёрнулись, а потом обе твари упали, снова подняв столб красно-малиновой пыли.
Мозарт остановился и раскрыл рот, хотя сейчас его лучше было называть пастью — настолько широко он её раскрыл, оголив зубы и золотистый зев.
Две души только что убитых грувимов отделились от мёртвых тел и устремились в раскрытую пасть Мозарта.
Я никогда не видел, как «кушает» бог, хотя Годфред внутри меня уже поедал один раз душу. Но сейчас я видел это со стороны. Жуткое зрелище. Даже в теле морфи бог внушал ужас.
И сразу возникал вопрос: как же выглядит пожирание души, когда бог имеет свой истинный облик?..
Видимо, об этом подумал не только я, но и остальные ученики. Зашкаливающий страх исказил их лица. Никто не хотел для своей души такой участи.
— Назад! Отходим наза-а-а-ад!! — приказал Декс.
И все без пререканий отступили подальше от Мозарта, хотя и так стояли далеко.
Остальные три грувима тоже решили ретироваться, видя участь своих сородичей. Они развернулись, чтобы улететь, а один из них издал странный звук, вроде утробного клича, будто предупреждая всех вокруг, и завибрировал всем телом.
Но Мозарт слишком хотел «кушать», чтобы отпускать добычу, которую ему разрешили сожрать.
Он взял разбег, оттолкнулся одной ногой от крупного булыжника и подпрыгнул вверх. Из его утробы раздался ястребиный клёкот, а золотистый лук выпустил сразу три стрелы.
Удар. И три вспышки разом!
Золотистый свет разлился над пустошью очередным ослепительным салютом. Трёх оставшихся грувимов просто снесло, они даже не успели издать ни звука и замертво рухнули в песок, пропахав его искалеченными телами.
Вот это удар! После того, как Мозарт подкрепился, у него тоже прибавилось сил.
 
Три души моментально полетели в уже раскрытую пасть морфи, он проглотил их и содрогнулся от удовольствия. Его глаза засияли. По телу пронеслась волна золотистого света, а потом прямо на моих глазах тело морфи стало меняться! Оно подросло, мышцы на плечах увеличились, и это заметили все.
— Храни нас Одинай… — услышал я панический шёпот Декса. — Морфи мутирует… такое вообще возможно?..
Проглотив оставшиеся души и размяв мощную шею, Мозарт развернулся и направился прямиком ко мне.
— Мозарт сделал! — объявил он на ходу. — Мозарт сытый!
За его спиной, в пыли и красной слизи, остались лежать убитыми все десять грувимов. Мозарт подкрепился и больше не смотрел на те свободные души, что всё ещё летали над пустошью, как приманка.
— Поздравляю, папаша, твой мальчик подрос, — усмехнулся Годфред. — Только имей в виду, что и тебе надо подрасти, чтобы этим малышом управлять. Ты должен быть сильнее, чем он. Всегда сильнее, чем он. Это закон. А чтобы быть сильнее, нужно иметь много душ.
— Сейчас мой накопитель забит под завязку, и больше пяти душ туда не влезет, — ответил я мысленно.
— Значит, купишь новый. А сейчас у тебя есть я, поэтому ничего страшного, дружище…
— Кто-кто? — Я не поверил ушам.
— Что «кто-кто»?.. — замялся Годфред.
— Ты назвал меня «дружище».
— Да не. Тебе послышалось, чувак. Мы же договорились, что «чувак» можно говорить… или нельзя?..
Он смолк, потому что из-за холмов, со всех сторон сразу, появились новые стаи грувимов.
И это были совсем другие твари, более мощные и крупные, чем предыдущие. И выглядели они как доисторические птеродактили: длинные зубчатые клювы, мембранные крылья, чёрная кожа и ярко-красные гребни на голове.
— О-о, а вот эти ребята летят уже не на приманку! — бодро среагировал Годфред. — Точнее, на приманку, но на другую. Они летят по твою душу, чувак… или как тебя можно называть?
Он пытался юморить, но я ощутил, как он забеспокоился при виде этих громадных птеродактилей. Да и Мозарт, задрав голову и глядя на огромные стаи, нахмурился и тут же поднял лук, ожидая приказа стрелять.
Чего уж говорить про учеников. Те скучковались и застыли в испуге, приготовив гарпуны, из которых так ни разу и не выстрелили.
— Этих грувимов мы убить не сможем! Их должны уничтожить военные! — крикнул Декс Гарнек. — Это уже не похоже на урок!!
Его глаза за очками стали огромными от ужаса, будто увеличились вдвое.
— Надо уходить… — выдохнула Квин, хватая Декса за локоть. — Или Мозарт справится?
В её словах было столько надежды, что я удивился. Ну надо же, теперь «бога со свалки» уважительно назвали по имени.
Студенты не сводили взгляда с приближающихся грувимов, а те всё плотнее окружали Красную Пустошь. Ими кишело небо, как вороньём! Они даже каркали, как вороны. Только оглушающе громко и утробно.
— Их убьют военные! — опять крикнул Декс, пригнувшись.
Он до последнего ждал, что нас прикроют военные, которые скрывались по холмам и скалам вокруг пустоши. Но ни один из воинов Гильдии даже не показался, никто не выстрелил в птеродактилей, никто не предпринял попыток спасти студентов, оказавшихся в смертельной опасности! Да, это был уже не урок. Это было испытание.
— Уходите с пустоши! — А это заорал уже я. — Декс! Уводи всех!!
Ребята — все трое, что сейчас находились рядом со мной — сначала кинулись в сторону джипов. Где-то там должны были находиться кириос Кэйнич и кириос Хан. Сильнейшие воины из всех, кто тут был, но из-за пыли, что подняли крыльями грувимы, сложно было разглядеть даже холмы, не то что людей и машины вдалеке.
Но через несколько секунд все ребята — Декс, Сише и Квин — вернулись обратно.
— Не пройдём! — крикнул мне Декс, мотая головой и щурясь от пыли, что забивала глаза. — Мы останемся тут и поможем Мозарту!
Я бы переиначил его слова на «Останемся под прикрытием Мозарта», ну да ладно.