Дьявольский контракт (СИ)
- Рискованно, - выдохнул Алан.
- Другого выхода нет, - подытожила Тори.
- Зная Оксану, - снова заговорил Алан, - она захочет встретиться с Ларисой. Если ради неё она подписала договор, то, находясь в паре шагов от сестры, не уйдёт.
- Да, это проблема, - согласился Роб. – Впрочем, можно попробовать так: как только вас изгонят, вы должны будете незаметно вернуться. Мы живём в замке Ковальского и поможем укрыться. А потом придумаем, как встретиться Оксане с Ларисой.
Судя по затянувшемуся молчанию, это был единственный приемлемый план. Мне он казался невыполнимым, но раз Алан ничего больше не сказал, то выбора нет. Надо пробовать осуществить задуманное. А дальше видно будет. Ну что ж, разумно. Как-никак, а всё же хоть какая-то определённость. Только это был уже сотый по счёту план, разрабатываемый нами. Ещё в Городе-Призраке мы с Аланом пытались придумать, как мне сбежать от Правообладателя. Но тогда мы по-другому смотрели на происходящее. Сейчас основная проблема осталась той же, но обросла дополнительными сложностями.
- Окси, иди к нам! – громко позвала Тори. – Мы тебе расскажем что придумали!
- Не трудись, - ответила я, вылезая из шалаша. – Только глухой не услышал бы вас.
- Ну уж прости, - усмехнулся Ланц, озорно подмигнув мне. – Раз всё слышала, значит, всё знаешь. Так что готовься.
Я не до конца поняла, к чему я должна готовиться – то ли к встрече с Демоном Ночи, то ли к розыгрышу спектакля под названием «Я заразная, бойтесь меня все». К тому же речушка, по которой мы плыли, впадала в полноводную реку, которая виднелась меж зарослей. Наш плот несло к большой воде. Уютное уединение заканчивалось.
Вспомнилось, что там то и дело снуют лодки, плоты и пароходы. Хорошо, что видеть можно было только попутчиков. Подумав о возможном появлении таковых, поморщилась. Не хотелось, чтобы в нашу дружную компанию влились ещё люди. К тому же теперь надо было поддерживать версию с заражением и неизвестно как они к этому отнесутся. Хорошо, если просто не захотят присоединяться. А вдруг они растрезвонят на всю округу, что все мы были на одном плоту и тогда Ланца, Роба и Тори будет ждать изгнание. А они-то счастливы на месте своей несвободы. Да и идти им некуда.
Наш плот выкинуло в русло большой реки и понесло на середину. Мы сели на корме и, свесив ноги в воду, смотрели на величественные просторы. Алан теперь не стеснялся своих чувств и не скрывал их. Он всегда был рядом и не упускал возможности обнять и поцеловать. Окружающие с пониманием относились к этому. Видимо, понимали, что любовь – как болезнь. Подцепив её, так просто не излечишься. Это в прежней жизни она сама проходила со временем. Здесь же, судя по всему, проходить она не могла. Разлука с любимым была подобна смерти. Да уж… Интересное дело.
Плыли долго… Дни проходили за разговорами, купанием и едой. Нам было весело и чтобы не омрачать наше путешествие, никто больше не вспоминал о надвигающихся опасностях. Я тоже решила подумать об этом позже. А сейчас я наслаждалась солнцем, ветром, дружбой и любовью.
Мои сны не повторялись, и у меня на душе было очень хорошо и легко, словно мне и не грозило оказаться в постели ненавистного Демона Ночи. Я поняла, что решать проблемы надо в порядке их возникновения. А пока что Алан был рядом, и каждая ночь являлась для меня подарком судьбы. Нам было хорошо вместе. Мы были счастливы.
Я очень сдружилась с Тори и не хотела думать о том, что придётся расстаться с ней. Она была потрясающей! Добрая и отзывчивая, какой и должна быть подруга. Ланц и Роб были ничуть не хуже – надёжные, чуткие. Понимала, что на них можно положиться в любой ситуации. Как же нам с Аланом повезло, что мы встретили их! Такие друзья – дар судьбы.
Иногда я вспоминала о скрижалях и пыталась разгадать их тайные письмена. Но каждый раз оказывалась в тупике. Я не знала, кого винить во всех бедах. Раз виденья не повторялись, то я начала думать, что прозрение, которое должно было избавить меня от них, уже наступило. Но тут же сама противоречила себе, понимая, что это не так.
Вновь и вновь я повторяла про себя:
«Твои виденья – лишь игра,
Лишь плод воображенья.
Они пройдут, но лишь тогда,
Когда придёт прозренье.
Когда увидишь и поймёшь,
Как сильно заблуждалась
В том, в ком изъяна не найдёшь
И в ком ты так нуждалась»…
Но я так и не могла понять, кого винить в происшедшем. Ведь даже если его имя и мелькало в списке подозреваемых, то уверенности не было, а раз так, то надо было понимать, что прозренье не наступило.
Вот с такой кашей в голове и с бешеной любовью в сердце я приближалась к месту своей несвободы.
Глава 31
Прощание
Очередная бурная ночь любви завершилась дрёмой в объятиях Алана. Это утро на первый взгляд ничем не отличалось от остальных, но мне оно показалось не таким, как всегда. Что-то изменилось. Повеяло тревогой и чудилось, будто воздух напитался страхом и безысходностью.
- Мы почти прибыли, - заявил Роб, вглядываясь вдаль.
Его слова объяснили мои предчувствия. Значит, скоро всё изменится, и наше беззаботное путешествие завершится. Мне было жаль, что всё хорошее должно остаться в прошлом. Ведь возврат к нему невозможен. Тоска сжала моё сердце.
Будто почувствовав мой настрой, Алан нежно обнял меня.
- Всё будет хорошо, - постарался ободрить меня. – Я не дам тебя в обиду. Тебе не придётся выполнять условия договора.
Но меня больше волновал не договор, а возможная разлука с Аланом. Мне было всё равно, что станет со мной, если я попаду в лапы Демона Ночи. Но я знала, что физическая боль станет ерундой по сравнению с душевной, если наш план с треском провалится и Алану придётся покинуть место моей несвободы.
Мне было грустно и тревожно. Неизвестность мучила. Я чувствовала, что и Алан и остальные переживают. Все понимали, что поставлено на карту и что будет, если что-то пойдёт не так.
Река мельчала, и быстрое течение становилось спокойнее. Берега подошли ближе друг к другу, и теперь мы плыли по небольшой речушке, чем-то напоминающей ту, которая вела к Храму Очищения. Только там пальмы походили на колонны, здесь же они росли беспорядочно, отчего местность казалась диковатой.
Тори грустила. Я чувствовала, что она полюбила нас, и предстоящая разлука больно ранила её. Ланц и Роб тоже не скрывали своей печали. Слишком долго мы плыли вместе и настолько сроднились, что не представляли нашу разлуку. Ведь она должна была навсегда отдалить нас друг от друга. Нам было хорошо всем вместе, и мы были счастливы. Но сегодня разговоры не клеились, и всем было грустно.
- Главное, чтобы вам с Аланом удалось освободиться от всего и вернуться в прежнюю жизнь - наигранно бодрым голосом заявил Ланц, но было видно, что он сильно переживает и сомневается в нашем предприятии. Оно и понятно – риск очень велик.
Тори еле сдёрживала слёзы, да и я тоже. Но непривычнее всего было видеть нервничающего Алана. Всегда уравновешенный и уверенный в себе, он всячески старался скрыть свою тревогу. Но, видимо, она была сильнее него и поэтому всячески проявлялась. Я поняла, что наступил тот самый миг, когда надо подумать не потом, а сейчас и решить что делать. Это как прыжок с парашютом из терпящего бедствия самолёта – страшно, но необходимо.
Получается, что сегодня я увижу того мужчину, который много раз приходил ко мне во сне. Только это будет уже не сон. И нельзя будет просто проснуться, чтобы уйти от Демона Ночи.
Река вынесла плот в большущее озеро. Оно зеркалом раскинулось под гигантским утёсом, на вершине которого возвышался огромный замок. Это было величественное строение, будто говорящее о том, что человек, владеющий им, очень значим в этом мире, и многого добился.
Не знаю, может, по меркам этой жизни и нормально продаться Потустороннему Миру, чтобы вместо вечного, но не шикарного существования в месте своей несвободы, заполучить такое пафосное жилище, и иметь людей, для которых твой замок – место их несвободы. Живя в прежней жизни, я бы выразилась так: у Питера Ковальского полно прислуги, рабов и наложниц. Но, находясь в новой жизни, понимала, что каждый счастлив на месте своей несвободы. А посему, это уже не рабство.