1000 и 1 жизнь 8 (СИ)

Там планировался ряд диверсий, но они не имели никакого отношения к Псам. Просто разжигание войны, между Францией и Германией, удары в обе стороны, чтобы страны сцепились и потом стало уже поздно выяснять, кто первый начал. Не слишком надежно, но Сергей переосмыслял планы и пришел к выводу, что полная блокада будет невозможна и потребует слишком большого количества сил и времени.
Прежний план — надежнее и проще — ударить в сердце, увидеть Париж и победить.
— У нас все готово, — Сергей не спрашивал, а утверждал. — В армиях все готово? Где капитан Хэнкок?
— Получает ежедневный отчет, как вы и приказывали, милорд, — с каким-то странным смущением отозвалась Гертруда.
Сергей получил власть над операцией и в то же время осознал собственную дурость, ведь знак Посланника никуда не делся. Он мог приказать и изменить ход битвы при Марселе, но словно забыл о знаке и вообще. Ежедневные отчеты о ходе снабжения войск и тренировках, доклады о скрытности, вправка мозгов штабистам и переориентирование производств на то, что требовалось самому Сергею, иногда ему хотелось просто орать и вешать каждого первого.
Пару раз он именно так и поступил.
— Он опять сделал тебе предложение? — вдруг дошло до Сергея.
— Он решил, что в ваш день рождения, милорд, — Гефахрер смутилась и покраснела, словно невинная школьница.
Все помнили о его дне рождения, кроме самого Сергея, похоже. С другой стороны, стоило ли тратить день перед операцией на бессмысленное празднование? Вот отметить его в Париже, пусть и с опозданием — это да!
— Потерпи немного, у меня есть одна идея, — повел рукой Сергей.
Конечно, Хэнкока следовало бы заменить, с другой стороны — такая мощная привязка на верность. Впрочем, по Гертруде вздыхал не только он один, даже дедуля Фейн, как выяснилось, не остался равнодушен к ее чарам.
— Да, милорд. Не волнуйтесь, милорд, даже если он начнет распускать руки, я его осажу.
— Поднятие руки на личного вассала главы Священного Рода, — с самым серьезным видом заметил Билл. — Да еще в день рождения этого самого главы?
Сергей всмотрелся, не звучало ли недовольство, что их обделили праздником? Похоже, что нет. Возможно, они тоже собирались отметить все в Париже разом.
— Нужны ли милорду проблемы с армией в такой момент? — возразила Гертруда.
— Они же подчиняются милорду, — быстро ответил Билл. — Должны понимать субординацию!
— Так он пока и не распускает рук, — улыбнулась Гертруда, но все равно как-то смущенно.
Еще раз повторив все детали предстоящей «высадки в Нормандии», Сергей вернулся к себе и отослал всех, кроме Гефахрер.
— Готов поклясться, меня завалили поздравлениями и сообщениями, — заметил он, наливая Гертруде выпить.
— Да, милорд, но неделю назад вы недвусмысленно выразили свое нежелание никак не отмечать день рождения, поэтому я не стала сообщать вам, и все сегодня молчали, ну вы сами видели.
— Да? — изумился Сергей. — Я выразил такое желание?
— Да, милорд. После моего напоминания вам о предстоящих делах, — сообщила Гертруда, выпив все залпом.
В такое Сергей мог поверить. Опять ушел в себя в работе, такое с ним бывало. Наверняка, празднования, тогда, как и сейчас, показались ему пустой тратой времени. Дважды наверняка, Кристина бы с этим не согласилась и долго твердила о социальной составляющей праздников и том, что это прекрасный повод собраться всем вместе и побыть с женами.
Которых он так давно не видел и ясно, чем все закончилось бы.
— Ладно, забыл я или нет, но суть от этого не изменилась, — проворчал он.
Празднество — пустая трата времени сейчас, следовало бить, пока накал прошлой вражды не стих, и все тут. Сергей еще раз мысленно пробежался по списку, вроде бы все сделано, подготовлено, пусть и наспех. Можно было обратиться к Псам с речью, но стоило ли?
— Что-то еще, что-то еще… ах да, съемочная группа готова? Не обделаются завтра?
— Уверяют, что готовы, — с легкой улыбкой заверила его Гефахрер.
Очередной проект Кристины, съемка высадки, масштабные сцены и плевать ей было, что всегда можно переснять и в самом ударе по Гавру все еще сто раз могло пойти не так.
 
— Ладно, когда прибудет Люси, я в своем ангаре.
Сергей переместился к Сэру Первому и выбросил из головы все мысли, планы, тревоги и заботы, ушел в простую, понятную работу, совершенствование своего мабота какой-то там версии по счету. Потом приходила Люси и они обсуждали высадку десанта, и Сергей снова занялся работой над личным маботом.
— Милорд, — раздался голос Гефахрер, — вам нужно лечь спать.
— Да? — Сергей оторвался от мабота. — Да.
Снаружи уже стемнело и затемно же предстояло вставать завтра, дабы первым нанести удар. Не одному, конечно, вместе с Лагранжами, но все же. Сергей махнул рукой, перенося себя, Гертруду и Джил к себе в покои.
— Отмечу день рождения в кругу личных вассалов, — сказал он им с улыбкой.
Голова прояснилась, тревоги стихли, следовало сохранять такой же настрой и поэтому Сергей не стал мудрствовать лукаво. Взмахом руки сотворил ужин на всех, подумав, что Мария бы им гордилась. Или опечалилась, что он так быстро превзошел ее науку и теперь уедет. Магические напитки и закуски, разжигающие кровь, но не слишком, в самый раз для последующего развлечения.
Одежда на Джил и Гертруде изменилась, превратилась в прозрачные хитоны, и Сергей с мрачной иронией подумал, что его попытки найти способ убить Гамильтона подарили ему массу способов развлекаться и наслаждаться жизнью.
Они переместились в огромную теплую ванну, чуть ли не бассейн, и Джил с Гертрудой мыли его и терли, разминали, а потом взялись друг за друга. Гефахрер развернула Джил лицом к Сергею, сама пристроилась сзади и елозила по ней руками, сжимала и тискала, а потом взяла с неподдельной страстью, и Сергей лежал в воде и наслаждался зрелищем.
То, что нужно для крепкого, хорошего сна, никаких жен, разговоров, требований, секс и теплые тела вокруг.
Четвертый час ночи 1 августа 1993 года, где-то над Ла-Маншем
— Поздравляю с днем рождения, Гарольд, — улыбнулась тепло Белинда, стоявшая на волнах. — Не удалось поздравить вчера, все попытки вызова сбрасывались.
— Да, я решил отдохнуть перед ударом, — ответил Сергей.
Не слишком ли невежливо вышло? Плевать.
— И это удалось, ты так и пышешь энергией и бодростью, несмотря на ночь.
Сергей только улыбнулся слегка. Иллюзия, пусть и на несколько часов, удалась, и он действительно зарядился обманчивой бодростью. Обманчивой потому, что легко было броситься в бой самому, выложиться в нескольких ударах и упасть без сил, тогда как от него требовалось совсем иное.
— Завидую той, с которой тебе хочется просыпаться, Гарольд, — продолжила Белинда, — и завидую своей внучке.
Она смотрела на него с теплотой матери, но Сергей все равно ощутил возбуждение внутри, уж он-то помнил, как Белинда умеет и с какой страстью, опытом, силой! Возбуждение Сергей скрутил тугим смерчем и швырнул его в воды вокруг, поднимая исполинскую волну, которой предстояло обрушиться на берег Франции.
— О те манагуа о те пакарики о те мана, — затянул он речитативом вместе с другими Лагранжами на подхвате.
Разве что палочкой не махал, в отличие от них.
  
Глава 43
 
— Бегом, бегом, бегом! — орали сержанты.
Рядовые орали и вбегали в портальные круги, телепортировались вниз, прямо в Гавр. Космические платформы с расширенным пространством и массой войск внутри плыли над городом, зависали и изрыгали из себя роты и батальоны. В составе первых выбегали тренировавшиеся две последние недели маги и тут же швыряли зародыши бункеров и укреплений, и следом появлялись Филипсы, открывавшие переходы, через которые вползала техника.
Волна, поднятая Сергеем и Лагранжами, обрушилась на побережье и перегрузила уязвимые точки щитов Гавра, ворвалась внутрь, сметая все на своем пути. Сергей и Псы телепортировались следом, и тут же ударили по опорным узлам, схемы которых он добыл ранее.