1000 и 1 жизнь 8 (СИ)

— Убейте всех, кто в воде! — скомандовал он и отвернулся.
Сотни ножей взрезали всех захваченных в плен, и гигантская волна взметнулась, обнажая берег и рванула прочь, унося с собой десантные платформы, весь британский флот и катера французов, их химер и магов. Кто-то там пытался сопротивляться, но Сергей не пожалел силы и разом смыл всех, выбросил флот за пределы области возмущений пространства и остался один на разгромленном пляже, посреди горы тел.
Посмотрел на дымящийся город, ощутил приближающихся со всех сторон врагов.
— Ну что, бляди, потанцуем? — прорычал он, хрустнув пальцами и шеей.
  
Глава 33
 
Магия, послушная воле Сергея вырвалась и впечаталась в камни, песок и бетон вокруг, изменяя их и превращая в огромную преобразующую печать, сочетание ритуального знака и символов Фэнь Шуй, с фигурами для жертвоприношений.
— Те! Хуриханга! Папатипу! О! Те! Таайо! — выкрикнул Сергей.
Враги приближались, рвались вперед, на него и мимо, спеша успеть за волной, уносящей часть британской армии и флота от разгрома. Преобразующая волна ударила во все стороны полукругом, внутрь города, и каждая из поверхностей на земле и под ней преображалась, становясь стволом оружия, автомата, пулемета или пушки, огнемета или миномета, выбор происходи случайно и независимо от воли Сергея. Одноразовое оружие, с комплектом зарядов, который уже не восстанавливался, иначе не хватило бы энергии.
Мир вокруг взорвался какофонией звуков, и Сергей взмахнул руками, словно дирижер.
Симфония звуков и смерти, крови и страданий тех, кого расстреляли в упор его творения и волна превращений катилась дальше, натыкаясь на барьеры и сокрушая их или останавливаясь, неважно. Кровь лилась на превращенные поверхности и в воздух взлетали гейзеры света и обломков, ударяя во все стороны новой волной преобразований. Самоподдерживающаяся система, его новое творение, увы, слишком слабое, чтобы в одиночку крушить города и источники, но зато отлично работающее против кучи живого мяса!
— Симфония пустыни!! — провозгласил Сергей, швыряя новое заклинание.
Гейзеры обломков, взмывающих и превращающихся в настоящий жалящий ураган каменных пуль.
ДАДАХ!
ФЬЮИТЬ! ФЬИЮТЬ! ФЬЮИТЬ!
ДЗ-З-З-З-З-Ы-Ы-ЫНЬ!!
Каменные пули ударили во все стороны, убивая и выводя из строя технику, пытаясь пробиться сквозь щиты к маботам и вертолетам, кружащим в воздухе, и они били, ломали, наполняли воздух новыми звуками, дополнявшими симфонию пустыни. Гул смерчей из каменной крошки и песка, нотки ломающихся стекол и крики раненых, Сергей крутнулся, ввинчиваясь в свою же фигуру и не прекращая дирижировать.
— Ваиата о те-е-е-е тукунга-а-а-а-а-а-а-а! — запел он, словно в опере.
Каменные пули обломков били сверху, пулеметы и пушки расстреливали снизу, звук обрушивался со всех сторон, пытался подчинить и подавить, вызвать всплеск кровожадного безумия. Магические деньги, промелькнула где-то фоном мысль, стоило бы ударить по ним и превратить их в источники заразы, как в Китае.
Промелькнула и сгинула, не до того было сейчас, следовало остановить погоню и уносить ноги самому.
Что-то мелькнуло в небе, ударяя вспышкой золотого по глазам, и Сергей ракетой рванул в небо, и без того продержался дольше, чем рассчитывал. Взлетел и тут же изогнулся, сжался, пропуская мимо удар, и еще один, и еще!
Заклинания, чары, проклятия, самонаводящиеся пули, какие-то антимагические заряды, огонь и смерть, все это обрушилось на него бурлящим потоком и внизу вспух золотистый цветок взрыва, разрушающего само пространство вокруг.
— Те ао…
Сергей вынужденно ушел в сторону, десяток маботов метался вокруг, наседал и расстреливал его, задевал щиты, пусть и вскользь и не давал даже мгновения на то, чтобы сосредоточиться, выбросить из себя сырой заряд, создавая область стабильного пространства и уйти прочь.
— Нас не догонят!!! — заорал он безумно.
Его швырнуло прочь от Марселя с такой скоростью, словно он хотел стесать себя о воздух, реактивный рывок, не телепортация и не порталы, и французские маги в маботах — одни сплошные ИМ! — не ожидали такого. Сергей пылающей ракетой промчался и врезался в один из «Жиффаров», толстых и объемных маботов огневой поддержки, названных так в честь Анри Жиффара.
 
Врезался и моментально подчинил, рука его пробила капсулу и грудную клетку пилота, расплескала кровь изнутри мабота, словно принося жертву. Сергей пробил мабота и промчался дальше, одновременно с этим швыряя пробитого «Жиффара» — нет, «Жиффара-3!» — прямо в гущу его собратьев.
ДАДАХ!!!
Мощнейший взрыв батареи маботы, усиленный нестабильным зарядом и весь отряд разбросало и разметало, Сергей рванул прямо в облако взрыва, хватая другие творения французской мысли и швыряя их во все стороны, снося одними маботами других.
Выскочил, ощущая, как дымится, и тут же выкрикнул:
— Подчинись!
Стаи пиксиборгов и птиц словно обмякли на мгновение, рухнули на вертолеты и очнулись, но было уже поздно. Французские ИМ снова обрушили на него шквал ударов со всех сторон и в этот раз достали, пробили правую ногу и левое плечо, но Сергей уже добился, чего хотел, расстроил ряды погони. Развернулся, заложил петлю и снова рванул на реактивной тяге обратно к Марселю, уводя за собой французских асов, и в то же время втайне рассчитывая, что несколько их все же отстанет и помчится за британским флотом.
— Уа миту вака но! — выдохнул он в сторону тех маботов, что летели за «Жиффарами».
Вторая волна погони французских сил и если сбить ее, да снова рухнуть в Марсель и вломить вот этим асам за спиной, то можно было и уходить. Да, рухнуть, решил Сергей, разгоняя свой выдох магией в настоящий ураган. Самых нерасторопных пилотов сдуло, не успели усилить защиты маботов, а остальные превратились в ежиков. Ураганный выдох нес с собой частички воды из воздуха, подчинившиеся магии Сергея, превратившиеся в ледяные иглы.
Они воткнулись, ища слабые места, сочленения, уязвимости в броне и каждая из них взорвалась. Мелочь, ничего особенного, но это ослепило и оглушило еще на секунду, и Сергей ворвался в ряды французских маботов. Словно обнаженный влетел в огонь, защиты маботов кусали и жалили, травили его силу крови, но это были не ИМ, а серийные маботы, и Сергей одолел.
Сила крови Чопперов взломала всех и вся вокруг, и отряд рванул ему за спину, капсулы сжимались, принося в жертву своих пилотов, чарометы «Орлеанов» расстреливали своих же, французских асов и батареи перегревались, выходили из строя, под отсчет активированных систем самоликвидации.
Сергей прыгнул к земле, спеша успеть, понял, что ошибся, сработал на рефлексах, забыв, что пространство вокруг стало нестабильно. Его обожженного и обнаженного словно вспороло сотней бритв и натянутых проволок, но общая мощь и псевдосила Филипсов превозмогли.
Он проломился и выпал куда-то поодаль от берега, чуть ли не в центре города.
Все вокруг пылало и дымилось, преображенные дома — оружейные укрепления — уже превращались обратно. Тела, смерть и огонь, разрушенные подземные укрепления и на удивление мало убитых горожан. Знали, что будет удар и готовились к нему, подумал Сергей, прокусывая себе губу до крови от боли в теле.
Волна магии, отключение нервов, лечение и аналог пощечины по лицу с мысленным окриком «Соберись!»
Ничего еще не потеряно, да, ошибся, с кем не бывает! Даже Грег ошибался, еще как ошибался, выживал и получал бесценный опыт, так поступит и он, Гарольд-Сергей, ударит и сбежит, прикроет флот и отступит, а затем насладится пытками командующего, выебет его во все отверстия так, что тот сдохнет в муках.
А потом перехватит его душу и запытает еще и ее!
— Топор!
— Вон там Гарольд Топор!
— Убить его!
— Спасайся, кто может!
— Быстрее, лентяи!
Кровь хлестала из Сергея и он, лечась, в то же время воззвал к своей магии, ускоряя впитывание крови в поверхности вокруг, собираясь превратить землю и камень, бетон и асфальт вокруг в ту точку опоры, которой он перевернет Марсель. Когда-то он сотворил нечто похожее со Стамбулом, и следовало повторить тот удар здесь, тряхнуть город, дестабилизируя опоры и перегружая щиты.