Настоящая фантастика – 2010

— Я читал много книг о Зоне, — попытался возразить Джексон.
— Все вранье! — отмахнулся Кривошип. — Героика и патетика плюс маразм!
— А как же чудовища, мутанты, живые мертвецы? Как же аномалии и артефакты? Как же грибы, в конце концов?
— Все это имеет место быть, — согласился Кривошип. — Вот только как, зачем и почему — никто понятия не имеет. И самое главное — что все это значит?
— А что ты сам по этому поводу думаешь?
— Я ничего не думаю. Я — сталкер, а не лаборант. Для меня имеет значение только то, что Зона существует. Остальное — для тех, кто на Опаловом пруду дачу себе построил.
— А Великая Глыба? Она как появилась?
— Боюсь тебя разочаровать, Морда, но есть такое предположение, что Глыбу установили сами сталкеры по наводке барыг, которые и придумали байку про исполнение желаний.
— Зачем?
— Чтобы бизнес лучше шел. Врубаешься? Великая Глыба — одна из главных достопримечательностей Зоны, посетить которую считает своим долгом всяк, кто сюда сунется. Экстрим-туризм, мутант-сафари, Мир Джорджа Ромеро. Организуют все это барыги, а проводниками мы, профессиональные сталкеры, работаем. И каждый свою денежку получает. А за Глыбу, поскольку она, помимо того, что желания исполняет, еще и в самом труднодоступном месте находится, плата отдельная.
— К Великой Глыбе действительно трудно пройти?
— Да не труднее, чем на фабрику памперсов, — усмехнулся Кривошип. — Но туриста можно ведь и не прямой дорогой вести, а поплутать по болотцам, трех-четырех зомби пристрелить по пути, вроде как случайно на логово карликов-людоедов напороться. Чтобы гость фотоаппаратом пощелкал и остался доволен полученными впечатлениями.
— Слушайте, кончайте трепаться, — недовольно проворчал Шатун. — Тебе, Кривошип, скоро уже на дежурство заступать. И не ной завтра, что не выспался.
— Все, спим!
Кривошип натянул на голову капюшон, отвернулся к стенке и вскоре мерно засопел.
Шатун направил фонарь на потолок возле самого выхода, так, чтобы сразу увидеть, если в проходе мелькнет чья-то тень.
И долго ждать ему не пришлось. Осторожно поднявшись со своего места, к выходу направился Джексон.
Шатун прикинулся спящим. Но, едва Майкл выбрался из схрона, тихо поднялся, взял заблаговременно снятый с предохранителя автомат и последовал за ним.
Фонарь Шатун оставил в схроне. Поэтому в свете луны он не сразу приметил затаившегося в кустах Джексона. Неслышно подойдя сзади, Шатун приставил ствол автомата к затылку Джексона.
Майкл вздрогнул.
— Не двигайся, — зловещим полушепотом предупредил сталкер.
— Шатун!.. — с облегчением выдохнул Джексон.
— Кому Шатун, а кому и Смерть-На-Двух-Ногах, — усмехнулся сталкер.
— Да в чем дело, Шатун?
— Хана тебе, Морда. Спалился.
— Что? — Майкл снова попытался оглянуться.
— Стой, тебе говорят!.. Куда собрался среди ночи?
— А… Ну, я… В смысле… Мне надо было…
— Значит, надо? И куда же, Морда, тебе надо?
— Ну… Под куст… Как всем людям… Понимаешь?.. Физиология…
— Ты мне про физиологию не загибай! — Шатун довольно чувствительно ткнул Майкла стволом автомата в затылок. — Понял?
— Нет, — честно признался Джексон.
— Ни один сталкер ночью из схрона не вылезет, чтобы под куст сбегать!
— А как же тогда?
— Не прикидывайся!
— Да я серьезно!..
— Ага?
— Ага.
— Куда мы идем, знаешь?
— Говорили, что к Великой Глыбе.
— А сначала?
— На фабрику памперсов.
— Вот!
— Что — «вот»?
— Сталкеры памперсами пользуются, понял? Армейскими! Такими, что неделю можно не снимать. Понял? Их на фабрике — полно! «Патриоты» на том свой гешефт имеют, что барыгам памперсы сбывают. А те их нам, сталкерам, продают.
— Так я ж не знал!
— Не знал, говоришь? А бронежилет где взял?
— Купил в баре, где выступал.
— У бармена?
— Да.
— Так вот, Суицид непременно бы тебе к бронежилету еще и памперс предложил. Врубаешься?
— Нет.
— Не знаю, Морда, зачем ты ночью из схрона вылез… Скажу одно — не человек ты.
— А кто же тогда?
— Полагаю, что выворотень.
— Кто?
— Или заворотень.
 
— Еще лучше…
— В общем, мне без разницы. Вот только решить нужно, что теперь с тобой делать.
— Послушай, Шатун!..
— Заткнись, я думаю.
Думал Шатун долго. Минуты три. А то и три с четвертью.
— Ладно, Морда, — сказал он, приняв наконец решение. — Ты нам с Кривошипом пока ничего плохого не сделал. Поэтому вали отсюда.
— Что?
— Оглох? Убирайся, говорю.
— Но как же так, Шатун…
— Сунешься в схрон, пристрелю. Усек?
— Шатун!..
— И не ори. Разбудишь Кривошипа, он вылезет злой спросонья и все одно тебя пристрелит. Лучше уходи подобру-поздорову… Будь здоров, Морда.
Держа Майкла на прицеле, Шатун медленно попятился и юркнул в схрон. Оставив Морду-Джексона не столько испуганным, сколько растерянным.
Шатун разбудил приятеля, когда пришла его пора заступать на дежурство. Протерев глаза, Кривошип глянул по сторонам.
— А Морда где?
— Ушел.
— Как ушел? — удивленно вскинул брови Кривошип.
— Вот так — поднялся и, ни слова не говоря, вылез из схрона.
— Да ты что? — пуще прежнего удивился Кривошип. И головой покачал. — Не иначе как выворотень. Эвон, даже вещи свои не забрал.
— Вот, я тоже так решил. — Шатун поставил автомат на предохранитель, повернулся к стене, прикрыл глаза от света воротником куртки и почти в тот же миг уснул.
Спал Шатун спокойно и безмятежно. Как праведник. Как человек, у которого за душой нет ни единой занозы.
Проснувшись, он улыбнулся. Потому что почувствовал запах кофе, сваренного Кривошипом. К кофе еще и бутерброды прилагались — с консервированной ветчиной и сардинами. Вот это жизнь!
— Морда не объявлялся? — спросил Шатун, взяв в руку кружку с горячим кофе.
— Не-а, — мотнул головой Кривошип. — Все тихо было. Под утро только какой-то приблудный мертвяк сунулся. Я даже стрелять не стал — дал ему прикладом по башке, он и убрался к лешему. Хотя, может, это и был Морда. Темно ведь, не разберешь.
— Хорошо, — довольно кивнул Шатун.
Позавтракав, сталкеры почувствовали благостное расположение духа. О Морде-Джексоне они больше не вспоминали. Не потому, что забыли о нем, а потому, что его не стало. Просто не стало. Как не стало вчерашнего дня.
— Скажи мне, дружище, — обратился к Кривошипу Шатун. — А что мы здесь делаем?
— Мы идем на фабрику памперсов, чтобы очистить ее от спиногрызов.
— А смысл? — Шатун выгнул губы скобкой. — Сегодня мы перебьем десятка полтора спиногрызов, а завтра новые набегут.
— Значит, снова будет работа, — довольно улыбнулся Кривошип.
— А может ну ее, работу эту? — перешел на заговорщицкий полушепот Шатун. — Вернемся к Суициду, скажем, что все сделали. Кто проверять станет?.. А через месячишко, глядишь, «Патриотам» новая чистка на фабрике потребуется. К тому же, не забывай, я ведь Сосо пристрелил. Как бы «Патриоты» вендетту не затеяли. Начнут права качать, виновных искать… А со временем все забудется. Так ведь?
— Ну-у… Вообще-то мысль здравая. — Кривошип почесал щеку. — Только ведь еще и контейнер с грибами забрать надо.
— А зачем тебе грибы?
— Барыге толкнуть можно.
— За грибы много не дадут. Дольше проходим. Еще и фильтры в противогазах посадим, новые покупать придется… Да мы за один «Батыр», что Морда оставил, в сто раз больше получим.
— Тоже верно, — согласился Кривошип.
— Значит, решено! — хлопнул по коленкам Шатун. — Посидим здесь пару деньков, пожируем, а потом — назад.
— Эх, — качнул головой Кривошип. — Жалко, Морда-Джексон ушел. Может, спел бы чего. Все повеселей бы стало.
— Да я тебе и сам, если надо, спою!
Шатун завелся, и теперь его было уже не остановить.
И ведь правда запел.
Да и какой сталкер не любит попеть, когда дело сделано и больше не нужно задаваться вопросом, что мы вообще здесь делаем?