Лапша (СИ)

Вздыхает, сглатывает, опускает взгляд по шее к распахнутому пиджаку. Делает шаг навстречу, оттесняя меня к стене. В коридоре появляется веселая толпа девчонок, которые обходят нас вдоль свободной стены.
— Я так соскучился по тебе, малая… — выдыхает мне в шею, ведет губами к уху. — А ты меня бросила…
— Вадь, ты что, пьян? — догоняет меня мысль.
— Конечно, пьян, что еще мне остается…
— Вадь, ты чего? — он какой-то другой. И где тот Вадик, который стебал меня за каждое слово? Верните мне его обратно. Потому что вот этот Вадим мне совсем не нравится.
— Давай уедем отсюда? Ммм?
— Давай, только я ребят предупрежу. А то в розыск подадут, — пытаюсь шутить, но Вадик не воспринимает.
— Жду тебя у выхода, — клюет меня в щеку коротким поцелуем и уходит. Я возвращаюсь за столик, забираю сумочку и телефон. Говорю парням, что еду домой. Снова обнимаемся и обещаем друг другу больше не теряться так надолго. Иду, огибая толпу, к выходу, где топчется Вадим. Он жадно втягивает в себя дым сигареты, выкуривает за раз почти половину. Задерживает дыхание и медленно выдыхает. Оборачивается на звук моих шагов. На улице у клуба, как ни странно, никого, кроме охраны. Вадим окидывает меня нечитаемым взглядом и кивает.
— Я такси вызвал, в таком состоянии за руль ни-ни, — усмехается чему-то. Берет меня за руку и ведет к дороге. Останавливаемся. Ежусь от ветра, и Вадик заботливо запахивает на мне пальто и начинает непослушными пальцами застегивать пуговицы. Наблюдаю за ним, молчу. А он то улыбается, то снова становится серьезным, хмурится. Когда садимся в такси, понимаю, что едем не в ту сторону.
— Я живу в другой стороне.
— Мы едем не к тебе.
— К тебе что ли?
Молча кивает, а у меня в солнечном сплетении концентрируется чувство неясной тревоги. Да ну, Вадик мне не причинит вреда… Это же Вадик! Тот самый, с которым я… Щеки обжигает, когда я вспоминаю нашу ночь. Волнение вперемешку с возбуждением опускается в низ живота. Сжимаю колени, чтобы как-то унять это чувство. Но Вадим замечает это действие и тут же сжимает ладонью мое бедро. Его рука ползет вверх, но, наверно, он все же понимает, что здесь не место. И просто сжимает пальцы.
— Ты очень изменилась.
— Это хорошо или плохо? — не получается разрядить обстановку.
— Секс во плоти, Крис… Как это может быть плохим, ммм?
Выходим из такси, и Вадим берет меня за руку. На высотке горит яркая надпись «Апартаменты». Не задаю вопросов, пока мы не входим в квартиру.
— Я думала, ты живешь в отеле.
— Ненавижу отели, — недовольно ворчит он, помогая мне скинуть пальто. Пиджак распахивается, и взгляд Вадика прикипает к моей груди. Сглатывает снова и делает шаг навстречу. Прижимает меня к стене.
— Ты не представляешь, как привлекательна, Крис… — касается губами скулы. — Я ведь так и не смог тебя забыть, детка… Все эти годы… И вот ты здесь, — а у меня сердце замирает. Как это, не смог забыть? Мы же в контрах были… Хотя, мне же это не помешало думать о нем все то время, пока я пряталась. И как сладко сжалось сердце, когда увидела его тогда, в салоне.
Ловит мои щеки ладонями, заглядывает в глаза. Что хочет в них увидеть? Сама не знаю, зачем это делаю, но уже тянусь к его губам. Мне просто хочется его поцеловать. А он тут же набрасывается на мои губы с таким голодом, словно и женщин у него не было все то время… Когда он не мог меня забыть… Страсть накрывает волной, и я отдаюсь ей без остатка. Не разобрать, где он, а где я. Где грохот его сердца, а где моего. Где его руки, а где мои. Вадим срывает с моих плеч пиджак, жадно припадает губами к плечам, оставляет влажные поцелуи на груди, прямо через топ прихватывает зубами затвердевший сосок, срывая с моих губ стон. Путаюсь пальцами в его модно остриженных волосах, притягиваю ближе. Его рука ныряет под пояс моих брюк, пальцы накрывают возбужденный бугорок.
— Я, кажется, задолжал тебе…
— Что? — не понимаю, о чем он.
— Оргазм, — улыбается совершенно пьяно, продолжая ласки. Целуемся, а его пальцы, проворно отодвинув ткань трусиков, проникают внутрь. — Сколько мужчин у тебя было после меня, ммм? — прикусывает шею у основания. — Скажи мне, Крис, — и его пальцы во мне замирают. Нет, нет, нет! Не останавливайся, пожалуйста… — Я продолжу, если ты ответишь…
 
— Один, — выдыхаю я, подаюсь бедрами навстречу ласкам. Вадим снова меня целует, и пальцы проникают глубже. Он сам часто дышит, но мне его ласкать не позволяет. Его движения становятся резче, быстрее. Задыхаюсь от ощущений… Взрываюсь… Ярко, остро, неожиданно. Громко стону в губы Вадика, а он сцеловывает мои стоны. Мне его мало. Хочу еще, и в порыве страсти дергаю полы его рубашки в стороны. Пуговицы падают на пол, и я замираю. Каждый звук, как прямой выстрел в голову. Бах! Бах! Бах!
Я даже сначала думаю, что почудилось, но нет. На шее Вадима цепочка. А вместо кулона — золотое обручальное кольцо. И все возбуждение куда-то вмиг испаряется. Я отталкиваю парня от себя, а он понять не может. Его взгляд совершенно сумасшедший. Но прослеживает направление моего взгляда и столбенеет.
— Ты женат… — выдыхаю я.
— Женат. Но я ее не люблю… Этот брак для расширения фирмы отца…
— И давно?
— Четыре года скоро, — и снова тянется ко мне за поцелуем. А мне становится от самой себя дурно. Я чуть не стала любовницей… Любовницей! Нет, я не готова к такому!
Что я вообще знаю о Вадиме? Да ни черта не знаю. И не хочу знать. Отстраняюсь и начинаю судорожно одеваться. Вадим пытается меня остановить.
— Малышка, ну ты что…
— Я не буду в любовницах ходить, Вадя. Ты должен был мне сказать…
— Я голову от тебя потерял!
— Так найди и верни ее обратно, Вадь. А я домой.
— А как же я, — жалобно косит взгляд на свою выпирающую ширинку.
— Ну… Считай, что ты просто вернул мне должок, — усмехаюсь, чувствуя неприятную влагу между ног. Интересно, смогла бы я кончить, если бы знала, что он женат? Наверно, даже не допустила бы такой близости. Черт! Накидываю пальто и выхожу за дверь.
Хорошо, что я не успела разуться, а то еще время бы тратить пришлось… А так, я быстро спускаюсь по ступенькам. Благо, этаж четвертый. И иду прочь от мужчины, который так легко проник в душу и чуть не растоптал мое достоинство. А оно — все, что у меня осталось после побега. Если бы я хотела просто трахаться и жить в ништяках, я бы и от Анисимова не сбегала. Уж мне ли не знать, как он может окутывать заботой, осыпать подарками, одаривать вниманием. Которого совершенно от него не хочется.
Иду, куда глаза глядят, а когда голени уже горят он напряжения, решаю вызвать такси. Да и небезопасно вот так гулять посреди ночи по незнакомым улицам. Машина приезжает быстро, и я запрыгиваю на заднее сиденье. Оживляю экран телефона. Оказывается, забыла снять с беззвучного. Читаю сообщения от Алекса. Черт, как стыдно… Он беспокоится, что не увидел меня до конца рабочего дня. Приехал ко мне домой, но никто не открыл. Пишу ему в ответ, что у меня все хорошо, и что друзья с предыдущей работы позвали в бар. Что уже еду домой и спокойной ночи. Но ответа не приходит, и я убираю телефон в сумку.
Я сегодня чуть не совершила самую большую ошибку. Что вообще за наваждение такое? Я ведь слепо поверила Вадику. Нет, не так. Я даже не могла усомниться в его честности. А тут вон оно что. Даже как-то обидно становится за себя. Как корова на закланье, шла за ним, не чувствуя подвоха. Жена. У него уже четыре года есть жена. А какая она? Красивая? Высокая? Сексуальная? Это вряд ли, раз он так на меня набросился. Хотя… Наверно это просто его горячий темперамент.
Или они реально не близки? И брак просто как сделка? Но не могут же они за столько времени не сблизиться, ведь волей-неволей люди проникаются друг к другу, прикипают…
Дома иду в душ и долго стою под струями, смывая с себя ту похоть, которая чуть не привела к тому, чего я всегда сторонилась. Я не понимала, как женщина может согласиться быть любовницей. Какие бы материальные блага это не сулило, быть на вторых ролях и знать, что мужик, с которым ты спишь, после тебя возвращается к жене, воспитывает детей и разводиться не собирается. Это же самое настоящее унижение…