Я все умею лучше! Бытовые будни королевского гарнизона (СИ)

— Драка, лейтенант!
Что?! Я за три секунды влетела в форму, кое-как пригладила волосы и выскочила за дверь. Протопала вдоль облагороженного помещения барака, отмечая, что побелка уже высохла и теперь и не видно вовсе, где там композит был. Хотя нет, еще раз хотя бы пройтись надо. Цвет все-таки у этого материала… ну такое, не совсем то, что нужно для человеческого жилья. А под краску или под штукатурку — эх, красота бы была. Полы же…
Так, а что с полами?!
Полы подозрительно поскрипывали, хотя вроде бы доски все поменяны. А вот ближе к выходу эти самые доски уже зачем-то сняли. Я быстро перепрыгнула дыру и выскочила на улицу. Там уже стоял личный состав стенка на стенку — и отдельно те, кто не определился со стороной.
— Перестилать! — кричали одни.
— И так пойдет, — кричали другие.
А в чем загвоздка? Я быстро выловила первого попавшегося, который не определился, из основного отряда. Оказалось, что, перетягивая полы и меняя поврежденные доски, наши мастера-ломастеры взяли не сухую древесину. Теперь она усохла и в полах появились щели, а еще они скрипеть стали, как наступаешь. В принципе, ничего ужасного, если вдруг тебе не приспичит посреди ночи уборную посетить. А комната общая, ночью тихо, скрип будет слышно и за пределами барака.
— А с чего драка? Где драка? — я пока видела противостояние, но все происходило в словесных рамках «ты чо, да ты чо».
— Что вы, лейтенант, какая драка? — похлопал глазками огромный бугай. — Один крикливый мальчишка доказывал, что это не его проблема, он полы и пальчиком не трогал, чтобы теперь из-за кого-то работать, поскользнулся и упал прямиком челюстью на локоть милой брюнетки. И все, инцидента никакого и не было. Ему даже льдом приложили, то есть лед приложили.
​​​​​​​​​​​​​​​​​​​​​​​Та-а-ак, разборочки начались. Но с другой стороны, тут такое дело — без разницы, из-за кого работа застопорилась, работают все. А возмущаться и тыкать пальцем, выискивая виновных, лишь бы самому не напрягаться, это не дело, да… Парнишке нужно было быть умнее, просто напроситься на другую работу, раз не хотел возиться с ремонтом.
— Он хоть жив? — уточнила я.
— И даже дееспособен, лейтенант, — отдал честь бугай. — А к завтрашнему утру не посрамит честь гарнизона синяком, сделаем примочку, и все рассосется!
Я внимательнее присмотрелась к этому бугаю. Так-то основной отряд был небольшой, все лица мне более-менее примелькались. А с этим индивидуумом я еще не общалась, но вроде бы он тоже был из аквамантов, как я. Постарше меня, наверное, даже постарше маршала, взгляд прищуренный, глаза вытаращенные… Как там говорится — «подчиненный перед лицом начальствующим должен вид иметь лихой и придурковатый, дабы разумением своим не смущать начальство». Вот это был тот самый подчиненный.
Я хмыкнула и отошла в сторону, но на заметку бугая взяла, кажется, теперь у меня было кого назначить в помощники капралу Безеру, пока меня не будет. К тому же, поскольку мои как бы заместители все из основного отряда, их маршал трепать не должен… по идее… особо. Но как знать. И сохранялась этакое равновесие, в личных помощниках-то у меня Сунь и Аттика из запасников.
После моего появления волнения затихли, достаточно было моего веского слова «сделать надо качественно, чтобы не стыдно было перед отчизной и перед собственной совестью». На часть собравшихся мои философские речи особо никакого влияния не оказали, просто подтвердили будущий фронт работ. Переделывать — ну окей.
А ведь им еще повезло, легко отделались! Я могла придраться так, что пришлось бы и досочки по уровню ставить, белить все без разводов, и все возможные неровности затирать до идеальности, и… Да много на самом деле «и», совершенству нет предела, особенно в таком деле как ремонт.
Я быстро проверила полигоны, забрала свой завтрак и вернулась в комнаты. Нужно было доделать все процедуры, а еще оценить, что там с ремонтом в комнатах для высших чинов. Полы здесь были лучше, так что я просто предложила их зачистить и покрыть если не лаком, то хотя бы олифой для защиты. Так же поступили и с окнами. Стены зачищали и тоже белили. Только несколько трещин в углу пришлось затирать и пространство над окном. Там явно заливало в дождливые дни, но после того, как с крышей будет покончено и снаружи барак тоже обработают, то и проблема будет решена.
 
Какую-то часть работы мне пришлось делать самой. Это касалось окон и стен. Увы, работы и так было немало, чтобы срывать людей с ремонта основного помещения. А вдруг дождь или ураган? Что они, все ко мне в кабинет воткнутся и будут спать на полу?
Сегодня здесь пахло влажностью и побелкой, но приоткрывать окно я не стала. Мало ли, вдруг Пыль заберется или и правда дождь пойдет, а мне нужно, чтобы здесь все высохло. Из присланной мебели я в кабинет забрала неплохой стол, остальное — стулья и шкафы — решила оставить как есть. Чуть позже надо будет отдать их на растерзание капралу Безеру. Положусь на его вкус, пока все его дизайнерские решения были выдержаны в лаконичном армейском стиле. А большего мне и не надо!
Маршал ответ на мой запрос прислал уже после обеда, точнее, когда обед уже и переварился. Я уже решила, что придется самой топать и искать этого гада, но нет, прибежал дневальный. Отряд маршал отпускал без возражений, только к крылоконям докинул еще указание взять из гаража-сеней что-то типа коляски — открытой крохотной кареты, и два тюка спецкорма. Этого, кстати, должно было хватить только в сторону деревни. А дальше следовала приписка «корм на обратный путь пусть деревенский староста оплачивает».
Ну замечательно! Я всю жизнь мечтала бродить по селу с криками «помогите кто сколько может, моя лошадка не ела уже пять дней»! Хотя — и это камень в мой огород — я думала, что крылокони только травкой и обходятся. Я даже у Аттики уточнила: ага, если травкой, то этой скотине надо весь день есть, не отрываясь, и она вряд ли куда двинется. Так что маршалу я даже мысленный респект послала, зачислила ему, так сказать, пару баллов в шкалу «помиловать и пока ничем дополнительно не лечить».
Следующий день настал как неотвратимость, но я не нарушала никакого распорядка: упражнения успела сделать и вещи собрать. Не особо много у меня этих вещей было, но все же ехать без зубной щетки или фляги, или комплекта формы — это не дело. Одно хорошо, что повозка какая-то была, а то на крылоконе я бы далеко не ускакала. Заодно с собой я взяла книги по аквамантике. Подходящее чтиво, времени как раз разобраться и вспомнить будет немало. Пусть и дорога не такая и далекая, но не глазеть же по сторонам.
Аттика и остальные солдаты выводили крылоконей, Ким пихал в короб сзади коляски свои вещи и бумаги, на месте извозчика, или как они здесь назывались, устроился еще один солдат. Провожать нас никто не вышел, а мысленно я даже хихикнула: маршал бы забавно смотрелся, махая платочком на дорожку. И слезки бы еще утер, гад, причем слезки облегчения: баба с возу…
И это после всего, что я сделала. Гад как он есть.
  
Глава двадцатая
 
Я наивно считала, что смогу почитать, ни на что не отвлекаясь, но не тут-то было. Не успели мы выехать за ворота, как моему взору предстала какая-то двухголовая хтонь, сосредоточенно откладывающая яйца. Я пялилась на хтонь, она — на меня всем набором глаз, я насчитала двенадцать, но не поручилась бы, что часть своих зыркал хтонь не закрыла, и взгляд ее словно бы говорил: тебе не совестно? У меня вообще-то интимный процесс!
Хтонь выглядела жутенько, но ей без нас было чем заняться. Всеми конечностями, их тоже было на мой взгляд многовато, она тщательно загребала землю и прикапывала потомство. Крылокони резво бежали вперед, проклятую коляску трясло, книжки прыгали. Хтонь пропала из виду, я услышала знакомый хруст и повернула голову вправо — шланг-камнеед привычно объедал стену.
— Аттика? — крикнула я. — С ним можно что-нибудь сделать? Пока он не сожрал внешний периметр и не принялся за сам гарнизон?