Любовь - проклятие или дар (СИ)

— Дорогая, — прорычал Торбан, посмотрев на жену, она лишь вздернула подбородок и одарила мужа уничтожающим взглядом.
— Нашел все-таки. А я так надеялась, что этот, — кивнула она в сторону Альтазара, — прикончит тебя, как только ты появишься на его территории.
Альтазар опешил от такой дерзости, гневно прищурил глаза и пальцы сжали рукоятку меча.
— Валькирия! — рявкнул Торбан. — Дома поговорим о твоем поведении. Спасибо за помощь, милорд. Но мы не будем больше задерживать вас. И спасибо за гостеприимство.
— Я вас не отпускал, — холодно проговорил Альтазар, в его голосе было столько стали, что Торбан не рискнул перечить и остановился. — Хочу сначала узнать, почему твоя жена в блокирующих браслетах?
Торбан напрягся, скривился, а потом сухо проговорил:
— Валькирия плохо контролирует свою силу, в целях безопасности я заковал ее.
Альтазар ощущал ложь. Перевел взгляд на девушку, а она даже не соизволила взгляд отвести, с любопытством рассматривала его, отмечая про себя мужественные черты его лица. Хотелось тонуть в синих глазах, пальцы закололо от желания прикоснуться руками к его каштановым волосам, притянуть к себе и поцеловать, ощутить сильные руки на своей талии. Сама себе поражалась, откуда взялись такие желания? Смотрела на правителя седьмого королевства и чувствовала, как собственное сердце начало ускорять свой ход. Почему оно ожило рядом с ним? Он же вдвое старше. А еще славится жестокостью, даже во взгляде присутствовал лед. Чем он мог ее зацепить? Ответа девушка не знала.
— Миледи Валькирия, ответьте, почему вы сбежали от мужа? — услышала она вопрос и тело покрылось мурашками, но не от страха, а от тембра его будоражащего голоса. Дыхание сбилось и от желание все внутренности скрутило в тугой узел.
— Как бы так помягче выразиться и никого не обидеть? Просто у моего мужа твердым остался только характер. А я не хочу прожить с ним жизнь и умереть девственницей. Надеялась, что пока буду в бегах, овдовею. Все же возраст у Торбана, лишняя нагрузка опасна. Как-то так, — пожала плечами Валькирия и перевела взгляд на покрасневшего от ярости мужа, в глазах его сверкали молнии. — Прости дорогой, если задела твою гордость, — съязвила она.
Альтазар рассмеялся. Присутствующие еще ни разу не слышали, чтобы их милорд так искренне и от души веселился.
— Эй, «Всемогущий», что смеешься? Ты, кстати, недалеко ушел от Торбана, туда-сюда и у тебя останется только твердый характер. Так что нечего смеяться над моим мужем, — фыркнула Валькирия, заставляя Альтазара покрыться пламенем. Такой наглости и дерзости простить не мог. Закипел от злости и подхватил меч.
— Наглая, дерзкая девчонка. За подобное я снесу тебе голову! — прорычал Альтазар. Ему дорогу перегородил Торбан и его воины.
— Она моя жена, и я сам с ней разберусь. У нее характер не сахар. Она родилась на территории пятого королевства, там всегда такие были, что на уме, то и на языке, — заступился Торбан за жену. Она была тем самым его козырем и потерять ее он не собирался.
— Она оскорбила меня! — рявкнул милорд. — И я покажу ей какой бывает твердой сталь, когда выпущу ее кишки наружу. Никому не позволено дерзить правителям.
— Мне уже трястись от страха? — со скучающим видом поинтересовалась Валькирия. — Торбан, милый, вызови его на поединок. Я с удовольствием посмотрю, как два старика прикончат друг друга.
— Я не стар! — рявкнул Альтазар, полыхая огнем. Еще никто и никогда не доводил его до такого состояния, когда хотелось уничтожить все вокруг. От бушующего внутри гнева дыхание сбилось, а губы растянулись в прямую линию.
— Пф… Кого ты обманываешь? Это у меня жизнь только началась, а у тебя она уже приближается к старости. Но уверена, тебе не дожить даже до возраста Торбана. Видишь ли, муж готовит против тебя коварный план и в самый неожиданный для тебя момент, он тебя убьет, — спокойно заявила Валькирия, рассматривая свои длинные ровные ногти.
— Замолчи! — рявкнул Торбан, теряя над собой контроль. В его руках заблестели молнии. Паршивка! Она все портила!
 
Валькирия встретила на себе тяжелый горящий взгляд Альтазара, и сладкая дрожь прошла по телу. Она не боялась смерти, знала, что правитель убьет ее за дерзость. Но лучше смерть, чем жить всю жизнь с мужем, который в дедушки годился и который хотел использовать ее, как орудие. А все из-за проклятого дара, которым она обладала.
— Что за коварный план? — отчеканил Альтазар, от него так и веяло стужей. А вот пронзительный взгляд напротив обжигал и плавил.
— Использовать меня, как оружие, — невозмутимо сдала мужа и даже бровью не повела.
— Какой у тебя дар? — нахмурился Альтазар, приближаясь.
— Сила дьявола, — усмехнулась она.
Торбан зарычал, его затрясло от гнева, выхватил меч, чтобы убить паршивку, но Альтазар не позволил. Отправил огненный шар и уничтожил правителя второго королевства. Сама мысль, что кто-то убьет девчонку вызывала раздражение. Нет. Он сам насладится ее агонией, испепелит за дерзость, но сперва узнает вкус ее губ.
— «Всемогущий», ты только что сделал меня вдовой, осчастливил, — весело проговорила она и посмотрела на правителя оценивающе-пренебрежительным взглядом. Отметила про себя, что чертовски хорош, хоть и в двое старше.
В его напряженном взгляде проскользнуло раздражение, тело покрылось огнем. Понимала, что вывела из себя своей дерзостью милорда, но это было так приятно. Милорд тяжело дыша приблизился к ней. На ее лице ни один мускул не дрогнул. Как так? Все его боятся! Почему она не испытывает страха? Ничего, сейчас он устроит ей, познакомит с языками пламени и с удовольствием посмотрит, как она будет корчиться от боли, моля о пощаде, и он пощадит. Позволит целителям помочь ей, а потом сделает своей любовницей и отведает ее, наиграется и убьет. От бурных фантазий кровь забурлила по венам. Смотрел в черные глаза и стук собственного сердца оглушал. Обхватил затылок Валькирии и впился в ее мягкие, податливые губы, обрушив на нее весь свой гнев и страсть. Она застонала от этого напора, желание обожгло изнутри, интуитивно обхватила его голову руками, зарылась пальцами в жесткие волосы, прижалась к твердой груди, растворяясь в новых эмоциях. Какая-то неведомая сила притянула их друг к другу, и ей невозможно было сопротивляться. Вмиг у обоих в голове замелькали картинки и образы, те, что снились на протяжении всей жизни. Кто те люди из сна? Что все это значило, они не знали, но было ощущение, как что-то знакомое ускользало, словно песок сквозь пальцы.
Альтазар отстранился, тяжело дыша, и смотрел на нее, губы исказились в довольной ухмылке. В руке вспыхнул огонь. Желал наказать ее, чтобы все видели, что ему нельзя дерзить. Но не успел отправить в нее свое пламя. Все ахнули, наблюдая, как железный дракон на троне ожил, покрылся пламенем и полетел. Прошел сквозь Валькирию благословляя силой огня, сделал круг и прошел сквозь милорда, сковывая этих двоих древним проклятием, соединяя души в единое целое. А потом вернулся на место и снова неподвижно застыл.
Альтазар удивленно посмотрел на девушку, а потом перевел взгляд на свои руки. В них был зажат фрагмент стрелы, которая на глазах растворилась. Правитель даже подумать не мог, что он окажется тем самым, о ком упоминали предки и гласили в древних рукописях.
— Пойдем со мной, — прохрипел его голос от напряжения. Милорд подхватил Валькирию под руку и потащил против воли. Она сопротивлялась как могла, вертелась, брыкалась и не сдавалась. В итоге правителю надоело ее поведение, он обхватил девушку и телепортировался на нижний уровень замка.
Подошел к стене, на которой гласила надпись: «Когда дракон оживет, соединятся два сердца, две скитающиеся души обретут друг друга. И лишь вместе найдете тайны, скрытые за печатью».
Под надписью красовался знак Инь и Ян.
Валькирия наморщила нос и посмотрела на правителя. Брезгливо осмотрелась по сторонам. Каменные пол и стены, все выкрашено в серый цвет. Длинные коридоры, которые расходились в разные стороны, как лабиринт.