Любовь - проклятие или дар (СИ)

— Зачем тогда пришла? — сухо поинтересовался он, а у меня сердце кровью облилось.
— Я что, не могу любимого мужа просто так навестить? — съязвила, сложив руки на груди.
— С оружием в руках? Зная тебя, ты явно что-то задумала. Очередную глупость? — нахмурился Актазар и сел, устало потирая шею. От вида его обнаженного торса у меня перехватило дыхание. Даже забыла зачем пришла.
— Мне приснился сон и, кажется, я знаю, как найти книгу, — опомнившись, проговорила я. Актазар усмехнулся и покачал головой.
— Могла бы и поинтересней повод придумать, чтобы прийти ко мне, — фыркнул он. — Так и скажи, что сгораешь от желания и хочешь меня. Зачем выдумывать небылицы?
У меня кулаки сжались от злости, глаза прищурила, дыхание сбилось. Моему возмущению не было предела.
— Можно подумать, ты не сгораешь от желания, — съязвила я. — Тебя огонь в глазах выдает.
— Может и так, но мне хватит силы воли, чтобы противостоять притяжению, — заявил он, посмотрев на меня с деланным безразличием. Я знала, что это всего лишь маска. Его выдавали руки, крепко вцепившиеся в край кровати. Наверняка, таким образом удерживал себя на месте, чтобы не схватить меня.
— Сила воли говоришь? — хихикнула я и мысленно заставила свою ночную сорочку исчезнуть. Стояла перед Актазаром в лунном свете полностью обнаженной. Он с шумом втянул в себя воздух и сглотнул. В глазах вспыхнул огонь, и дыхание у милорда сбилось. На шее венка запульсировала, а я улыбнулась, радуясь, что его пульс зашкаливал.
— Так что там за идея? — перевел тему муж, буквально прохрипев осипшим голосом. Я была уверена, что это просто попытка отвлечься от желания схватить меня и приятно провести остаток ночи.
— Нужно смешать нашу кровь, произнося определенные слова и это должно привести к книге, — прошептала я. Удары собственного сердца оглушали и уже ни о чем думать не могла. Сердце то замирало, то разгонялось, а ломота в теле усилилась. Меня тянуло к Актазару так сильно, что сопротивляться уже не было сил.
— Давай попробуем. Но потом ты вернешься к себе, — выдохнул он, не отрывая взгляда от моей вздымающейся от неровного дыхания груди.
— Хорошо, — прошептала, проглотила ком в горле и трясущимися руками взяла его руку в свои. Осторожно чиркнула лезвием по его ладони, он даже не моргнул. У меня открылась точно такая же рана. Я протянула нож ему и подставила ладонь с порезом. И Актазар провел по существующей отметине, чуть глубже сделав надрез. Я поморщилась от боли.
— Повторяй: Вместе навечно… Вместе навсегда… — прошептала я, переплетая наши пальцы, позволяя нашей крови смешаться друг с другом.
Актазар, не отрывая от меня взгляда, повторял слова. Мы раз десять произнесли их, но ничего не происходило. Ощутила разочарование и тяжело вздохнула. Хотела отпустить руку, но Актазар не позволил, смотрел так пристально, что мурашки пробежали по спине. Дернул меня за руку, притянул к себе и повалил на кровать. Глаза потемнели от желания и страсти, зарычал и впился в мои губы, а я не удержала стон. Показалось, что молния попало в мое тело. Заряд угодил в сердце, а потом волнами прошелся по каждой клеточке. Смотрела в его синие глаза и тонула в их омуте. Актазар грубовато прикусил мои губы. Обжигая дыханием, заскользил губами по щеке, спускаясь к пульсирующей венке на шее. Вмиг по крови разошелся огонь, он выжигал меня изнутри, и я снова не удержала стон. Острота наслаждения зашкаливала, я, как голодный дикий зверь, хотела как можно скорее получить желаемое. Вцепилась в его плечи, заскользила пальцами по спине, ощущая, как упругие мышцы напрягаются под моими ладонями. Прикосновение наших обнаженных тел растворило грань между нами. Я задыхалась, молила его не тянуть и дать мне желаемое. Нас трясло, как в лихорадке, а он нарочно дразнил, оттягивая этот момент. Сходила с ума от его прикосновений и нежных, но страстных поцелуев.
— Актазар! — прорычала я, испытывая дикую злость потому, что он специально доводил меня до изнеможения. Не удержала контроль над дымом и он вырвался из ладоней, уничтожая все, к чему прикасался.
 
— Какая нетерпеливая, — прошептал муж, тяжело дыша. Огонь покрыл его тело, милорд тоже не удержал контроль над своей стихией. Пространство вокруг нас превращалось в развалины, обугленные стены, почерневший потолок. — Черт! Опять мы все разнесли и уничтожили, — выдохнул муж, окидывая взглядом комнату. Я зарычала, поддалась к нему навстречу, обхватила его голову руками и мои губы нашли его рот. Его руки немного грубо ласкали мою грудь, от чего жаркое пламя устремилось в низ живота. Дыхание мое сбилось, а тело налилось свинцом и ломило, требовало разрядки, хотелось снова ощутить легкость и полет.
— Ждешь, чтобы я начала умолять тебя? — прорычала, теряя над собой контроль.
— Да, — осипшим от возбуждения голосом проговорил он, тяжело дыша.
— Не дождешься, — задыхаясь, ответила я, облизнув пересохшие губы.
— А ты упрямая, — выдохнул он и скользнул рукой между моих ног, проник пальцами в мое тело, и я не удержала крик наслаждения. — И сейчас не дождусь? — прошептал он, медленно и мучительно погружая в меня пальцы чуть глубже. Я искусала губы в кровь, стонала и царапала ногтями его плечи, отчего он приглушенно зарычал.
— Я ненавижу тебя! Ты — дьявол! Ненавижу! — шипела я, а он усмехнулся и прикусил пульсирующую венку на моей шее, сводя с ума своими прикосновениями. Мои нервные окончания обнажились до предела, тело требовало разрядки, но Актазар мне не позволял дойти до грани наслаждения. Каждая мышца натянулась, как струна и меня лихорадило.
— Это не те слова, которые я жду, — прошептал он, обжигая мою кожу своим горячим дыханием.
— Умоляю, — пропищала я. — Ты победил. Я хочу тебя! Я люблю тебя!
Дьявольский блеск отразился в глазах Актазара, губы растянулись в довольной ухмылке. Одним толчком он проник в меня и мы оба застонали. Лавина эмоций накрыла с головой. Это было так мучительно и волнительно одновременно. В тот момент могла думать лишь о том, что хочу провести с ним целую вечность, принадлежать только ему. Душой тянуло к Актазару. Мир исчез для нас. Были только он, я и дикое желание, которое волнами распространялось по телу, заставляя прогибаться и подаваться навстречу. Актазар, как с цепи сорвался, прижал меня к тому, что осталось от матраса, сильнее, кусал мою кожу на шее, словно пытался загрызть. Все его движения были резкими, немного грубыми, но я только этого и жаждала. Сердце замерло в груди, казалось, что еще мгновение и умерла бы от остроты ощущений. Сильный, грубый, дикий, и весь мой. Эти мысли окончательно лишили меня рассудка и я, крепче обхватив Актазара руками, ощутила, как мое тело рассыпалось на тысячи осколков, разлетелось, принося желаемую легкость и облегчение, почувствовала полет и невесомость. Актазар уткнулся своим лбом в мой и еще раз толкнувшись, содрогнулся всем телом, со стоном впившись в мои губы.
— Вместе навсегда, — прошептал он, нежно прикоснувшись к моей щеке.
— Вместе навечно, — выдохнула я, погладив его щеку. Это были не просто слова, так чувствовали наши души. А потом что-то произошло. Я ощутила невесомость, холод окутал тело, почувствовала, как моя спина соприкоснулась с мягкой, влажной травой и я поморщилась от неприятных ощущений. Посмотрела на Актазара с тревогой. Он, тяжело дыша, отстранился от меня и создал себе военную форму. Взгляд его сделался напряженным. Я тоже последовала его примеру и создала себе военную форму, а потом завертела головой, пытаясь понять куда мы перенеслись и почему. Рассвет только коснулся горизонта. Местность выглядела пугающе. Скрюченные деревья частично сухие, наполовину зеленые окружали нас со всех сторон. Земля была выжжена, и только в некоторых местах виднелась зеленая трава. Мы с Актазаром сидели под огромным деревом. Оно единственное, казалось доставало до небес. Могучие ветви, широкий ствол, и кое-где торчали корявые корни, приподнятые над поверхностью земли. Вокруг стояла пугающая до жути тишина. Даже дуновения ветра не ощущалось. Природа казалась мертвой.