Беглец (СИ)

Дрогг продолжил схватку с чудищем, в то время как ассасин прошмыгнул к ближайшему ходу, находившемуся точно позади спрута. Паче чаяния Рахтару удалось устранить железный заслон почти мгновенно. Судя по всему, страж подземных гробниц использовал магию: короткая фраза и его клинок, раскалившись добела, словно нож — масло, перерезал толстенные прутья. Махнув орку рукой, ассасин исчез в черном зеве прохода под неодобрительный гам трибун. Дрогг бросился следом, едва избежав встречи с метнувшимися в его сторону щупальцами и выпущенным бестией антрацитовой миазмой. Лаз, в котором скрылся Рахтар, находился на уровне пояса орка, и чтобы, не снижая скорости, протиснуться в него Дроггу пришлось прыгнуть головой вперед. Когда верхняя часть его туловища уже оказалась в катакомбах, он услышал позади себя чавкающее урчание и проворно ушел в сторону, увернувшись от очередной порции ядовитого дыма, вырвавшейся из утробы спрута.
Вопреки чаяниям орка, Рахтар терпеливо дожидался замешкавшегося товарища неподалеку от лишенного решетки проема.
— Быстрее, я выведу тебя, — бросил ассасин и помчался вглубь клоаки, хлюпая сапогами по зловонной жиже.
Удаляясь, они слышали, как тревожно загудели рога и трубы, а ярлы и хускарлы взялись зычно выкрикивать команды, снаряжая преследование.
Рахтар вряд ли ранее путешествовал по сарминским подземельям, однако путь пустынный гном выбирал безошибочно. Конечно, несколько раз они все же угодили в тупики, но в итоге выбрались из катакомб гораздо раньше, чем на то рассчитывал Дрогг. Вдали показалась еще одна решетка, сквозь прутья которой пробивался бледно-стальной свет Лун.
— Второй раз цары мне не применить, — достигнув преграды, сообщил Рахтар, — так цто подсоби мне.
Они дружно ударили в стальное препятствие плечами. Каменная кладка, удерживавшая прутья, затрещала, но выдержала. Впрочем, спустя еще два мощных толчка решетка отлетела в сторону, и беглецы очутились у основания внешней стены города. Тут дальнейший путь им преграждал крепостной ров, — к вящему счастью, неглубокий, с отлогими склонами, — иного Сармине и не требовалось, ибо уже давно ни одно вражеское войско не покушалось на столицу Сарминхейма. Преодолеть подобную препону не составило большого труда.
— Теперь надо найти лосадей, — через плечо бросил Рахтар, переваливаясь через край и выбираясь на ровную поверхность.
— Лучше пойдем в лес, — поднявшись, Дрогг указал на темневшую вдалеке, за полосой строений, насыпью и палисадом, стену деревьев.
— Нет. По лесу мы далеко не уйдем, — отрезал Рахтар, не теряя времени и углубляясь в сеть улочек. Орк недовольно дернул плечами, но не стал пререкаться с ассасином.
Они попали в Нижний Город — скопище неказистых деревянных построек с крышами, крытыми соломой и пластами торфа. Кривые узкие дорожки здесь лишь кое-где мостил деревянный брус. Проживало в Нижнем Городе всякое отребье — пропойцы, калеки и скрывавшиеся от правосудия преступники.
Беглецам повезло: долго искать лошадей не пришлось. Во тьме они наткнулись на троих юнцов, запрягавших двух кобыл. В другой части Садрии увидев надвигающихся на них вооруженных гнома и орка, люди непременно бы бросились прочь. В Сарминхейме же не принято было отступать даже при встрече с превосходящим по силе противником.
Заметив незваных гостей, парнишки выступили вперед, обнажив скрамасаксы. Одного из отроков, Рахтар оглушил, ударив эфесом сабли в висок. Своего противника орк двинул ногой в живот, а затем саданул согнувшемуся юнцу кулаком по шее и откинул носком сапога в сторону выпавший из его рук клинок. Третьему пареньку повезло меньше всего: неудачно прыгнув, он напоролся на шамшир ассасина, и Рахтару пришлось срубить ему голову, дабы избавить от лишних страданий.
Не мешкая, орк и пустынный гном вскочили в седла и галопом пустились к выходу из города. Кинув короткий взгляд на оставшуюся позади стену, орк увидел, как из крепостных ворот выплывает усыпанная десятками факельных огней кавалькада, сопровождаемая сворой прирученных волков. Разорвавшая ночное безмолвие разноголосица рогов и труб извещала окрестности о поднятой тревоге.
 
Нижний Город окружал земляной вал, по вершине которого тянулся высокий тын. Они неслись прямиком к ближайшим воротам. Орк являлся плохим наездником, ему не часто приходилось ездить верхом, и сейчас он с трудом удерживался в седле. Ассасин, похоже, сегодня едва ли не в первый раз сел на лошадь и скакал, неловко раскачиваясь, и, то и дело норовя грянуться наземь.
Наконец извилистые улочки Нижнего Города вывели их к воротам частокола. Тяжелые створы были закрыты и проход сторожили пятеро солдат. Ассасин бойко спрыгнул с лошади и, прежде чем стражники успели опомниться, прикончил двоих. Дрогг на скаку тесаком рассек лицо еще одному воину. После орк тоже спешился и подбежал к исполинскому засову. В то время как Рахтар сдерживал натиск двух оставшихся противников, Дрогг с надсадой отбросил тяжеленную балку и раздвинул деревянные полотнища. Покончив с проходом, он поспешил на помощь ассасину.
Орк атаковал стражника сбоку, от души рубанув тесаком под ребра. Рахтар в свой черед пронзил горло последнего неприятеля. Они снова оседлали коней и понеслись прочь, вырвавшись за пределы Сармины.
Горяча коней, они мчались по Дормирскому Тракту. Единственным шансом спастись для столь заметной пары, коей безусловно являлись орк и пустынный гном, служило скорейшее бегство из Сарминхейма.
Расстояние от Сармины до земель Кланового Союза составляло около десяти поприщ, сиречь чуть более недели беспрерывной скачки. Беглецы отлично понимали, что на тракте их ожидают многочисленные погони и засады. Имелся и другой путь в Дормир — пройти через южные леса Сарминхейма по границе с Ииэс-Миилом, рискуя угодить в плен к эльфам.
Дела обстояли хуже, нежели они изначально предполагали. Спустя несколько часов после того, как беглецам удалось вырваться из столицы, в предрассветных сумерках они наткнулись на перегораживавшую тракт засеку и поджидавших подле воинов, числом не менее двадцати.
Несколько стрел пронеслись рядом с их головами.
— В лес! — рявкнул Дрогг, сворачивая с дороги.
Они нырнули в светлый сосновый бор, скрыться от погони в котором едва ли представлялось возможным, зато здесь полностью отсутствовал подлесок, и лошади шли почти так же ходко, как и по тракту.
За их спинами раздалось басовитое гудение рога и яростные крики преследователей. Вскоре их нагнала свора волков, используемых жителями Сарминхейма заместо охотничьих псов.
Лошадь ассасина, дико заржав, встала на дыбы, и Рахтар, не удержавшись в седле, плюхнулся на землю. Орк поневоле спешился, дабы помочь пустынному гному. Со всех сторон на них бросилось полтора десятка матерых зверюг. Дрогг и Рахтар, встав спина к спине, принялись рубить наседавших тварей клинками.
Через пару минут к месту схватки подоспели воины конунга. Один из них стеганул ассасина арапником, намереваясь оплести и вырвать из его руки шамшир. Но ассасин шустро юркнул вбок, так что охотничий кнут лишь прошелся по его спине, не нанеся никакого вреда.
Двое других преследователей вполне успешно накинули на Дрогга сеть. Однако на выручку орку пришел Рахтар, и вместе они за несколько секунд иссекли в клочья ловчую снасть.
Всего на них напало четверо воинов. Первый — являвшийся, видимо, доезжачим, — сжимал в правой ладони рукоять меча-спаты, а в левой — кнутовище арапника. Двое пытавшихся спеленать орка, лишившись своего пенькового орудия, обнажили спаты. А последний — ражий детина, — раскручивал над головой двуручный бродэкс. Притом в живых осталось еще около полудюжины волков.
 
Рахтар закружился в смертельном танце, достаточно быстро расправившись с двумя волками и их вооруженным кнутом погонщиком. Трое остальных противников навалились на Дрогга. Орк попятился назад. Вперед выдвинулся гигант с бродэксом, но вместо того, чтобы залихватским ударом развались беглого трэлла от плеча до пояса, верзила поскользнулся в луже волчьей крови и, неуклюже взмахнув руками, напоролся на тесак Дрогга.