Секрет любви
Том усмехнулся.
— Правда, староста признал, что ты была очень возбуждена. — Указательным пальцем Том коснулся ее подбородка и, подняв голову, заставил взглянуть ему в лицо. — Возможно, тебя причислят к лику святых еще при жизни.
— Ты хочешь, чтобы я была святой? — лукаво улыбнулась Джейн. — Все время?
— На людях, возможно, да. Но в постели я бы предпочел, чтобы ты выказывала свою порочность.
— А это не заставит тебя перестать восхищаться мною? — Джейн провела языком по его груди в доказательство того, что порочность все еще оставалась неотъемлемой частью ее натуры.
— Именно это у меня на уме. Я хочу восхищаться тобой. — Резким движением Том отбросил в сторону одеяло и перевернул Джейн на спину. Его глаза скользнули по фигуре жены, затем он снова взглянул ей в лицо.
Запечатлев на нем несколько нежных поцелуев, Том сказал:
— Я никогда не забуду выражения твоего лица, когда впервые увидел тебя.
— Я тоже никогда не забуду того, что увидела… еще до того, как взглянула в твое лицо. — Джейн коснулась его и улыбнулась, почувствовав возбуждение Тома.
— Ты потеряла стыд. Как ты можешь так обращаться с бедным беззащитным мужчиной.
— Подумать только! — Джейн, окончательно осмелев, ласкала его возбужденную плоть.
— Долгие годы потребуются, прежде чем я позволю тебе прекратить делать это, — судорожно дыша, произнес он.
Язык Джейн нежно касался уголков его рта, а язык Тома скользил по ее губам. Поцелуй продолжался, пока им не перестало хватать воздуха.
— О, я никогда не успокоюсь! — воскликнул Том. — Ты заставляешь меня хотеть этого все больше и больше. — Приподнявшись, он бросил взгляд на ее грудь. Затем осторожно коснулся соска, почувствовав, как он твердеет под пальцами, и с нежностью дотронулся до него языком. — Великолепно, — прошептал он и губами втянул сосок в рот. Когда оба соска испытали силу его страсти, он с восхищением посмотрел на Джейн.
— Позволь мне тоже любить тебя, — взмолилась она.
— Подожди. Я же сказал, что мне этого мало.
Он начал целовать ее живот. Его язык, совершая легкие движения, скользил все ниже и ниже. Джейн приглушенно стонала. Он был самым желанным любовником, его поцелуи уносили ее к таким вершинам страсти, каких она не достигала еще никогда.
— Пожалуйста, — прорыдала она, стискивая его в объятиях.
Руки Тома сомкнулись у нее на спине, и, встав на колени, он немного приподнял Джейн. Под гулкое биение их сердец он вошел в нее, проникнув в самые сокровенные глубины и заставив ее сердце разрываться от любви. Дождь ярких искр озарил все вокруг, унося влюбленных в бесконечность.
Приникнув к нему, Джейн судорожно хватала ртом воздух. Он крепко сжимал ее в объятиях до тех пор, пока они оба не замерли. Том не покидал ее сокровенных глубин, и Джейн улыбалась ему, погружаясь в сладостную дремоту после этого урагана страсти.
— Ты уверен, что всегда был священником?
— Почему ты спрашиваешь?
— Потому что ты чертовски хороший любовник.
Смех начал сотрясать тело Тома.
— Тебе бы не удалось просуществовать в Эдеме столько, сколько бедной Еве, моя дорогая.
— Ты не рад этому?
— Если ты спрашиваешь, люблю ли я тебя, то ответ утвердительный. — Он с нежностью поцеловал ее в губы. — И не вздумай измениться. Я люблю тебя такой, какая ты есть.
Эпилог
И снова наступил октябрь. Индейское лето в этом году радовало жителей Куинси теплыми безветренными деньками.
Обычно тихое жилище приходского священника в это утро напоминало растревоженный улей. В дверь постоянно звонили, поэтому миссис Паркинс металась из кухни в прихожую, попутно успевая отвечать и на телефонные звонки. Вот и сейчас, открыв дверь почтальону, она широко раскрытыми глазами смотрела, как тот, кряхтя, вносит огромный крафтовый мешок с почтой.
— Миссис Паркинс, кто пришел? — впорхнула в прихожую Дорис. За ее спиной маячил Бен.
— Это почтальон, мэм. Полагаю, в мешке поздравительные открытки по случаю рождения ваших внуков. Хорошо, что вы приехали, поможете мистеру Тому ответить на них.
— Да здесь на год работы! — всплеснула руками Дорис.
Вчера они с Беном приехали в Куинси на крестины внуков. Джейн пару недель назад разрешилась от бремени девочкой и мальчиком, которых назвали в честь матери Тома и отца Джейн. Миссис Паркинс с благодарностью приняла помощь счастливых бабушки и дедушки в приготовлении праздничного обеда. Пока они возились на кухне, домоправительница рассказала, что как только журнал «Пипл» приступил к публикации фотографий будущей мамы Джейн Уорбер, письма читателей сначала заструились ручейком, а к концу срока беременности Джейн просто-таки хлынули водопадом. Преподобный Уорбер, не считаясь со временем, отвечал всем, а Джейн, когда хорошо себя чувствовала, помогала мужу. Так что для Бена и Дорис не стало неожиданностью обилие корреспонденции, но они не предполагали, насколько та обширна.
— Не волнуйтесь, миссис Паркинс, мы обязательно поможем Тому, — вступил в разговор Бен. — Однако, милые дамы, пора собираться, иначе мы опоздаем в церковь. — Он увлек жену в спальню.
Когда Дорис, переодевшись и причесавшись, предстала перед Беном, тот не удержался и, рискуя испортить ей макияж, страстно поцеловал жену.
— Ты самая красивая и молодая бабушка в мире!
— Не подлизывайся, дорогой, — притворно нахмурилась Дорис. — Мы ведь оба знаем, что ты пишешь как курица лапой, а у меня каллиграфический почерк, так что отдуваться, помогая Тому отвечать на поздравления, придется мне. А тебе в лучшем случае доверят наклеивать марки на конверты.
Бен лукаво улыбнулся и полез в свой чемодан.
— Где-то у меня тут завалялась коробочка сливы в шоколаде. Радость моя, хочешь конфетку?