Прекрасное отчаяние (ЛП)

— Ты сукин сын!
Он качает головой и говорит так, словно я какой-то непослушный ребенок.
— Ты действительно так хочешь начать переговоры?
— Переговоры? Я не намерена ни о чем с тобой договариваться, ублюдок.
Я достаю из кармана телефон и открываю Google maps, чтобы найти продуктовые магазины поблизости. Но прежде, чем результаты успевают загрузиться, Александр выхватывает у меня телефон из рук и смотрит на него сверху вниз. Его острые скулы пляшут от удовольствия, когда он поднимает голову и встречает мой взгляд, возвращая телефон.
— Еще один магазин, да? — Он пробегает глазами по моему телу. — Ты действительно упрямая, не так ли?
Запихнув телефон обратно в карман, я просто поворачиваюсь и делаю шаг к дороге. Но его голос останавливает меня прежде, чем я успеваю сделать еще один.
— Ты действительно думаешь, что сможешь добраться туда раньше меня?
Холодный ужас разливается по моим венам. На несколько секунд я едва осмеливаюсь даже дышать. Не говоря уже о том, чтобы двигаться. Затем я медленно поворачиваюсь лицом к дьяволу в его темно-синем костюме.
Александр просто наблюдает за мной, приподняв брови.
— Ты бы не стал, — удается мне выдавить из себя.
— Ты явно меня совсем не знаешь.
— Людям нужно есть, чтобы жить, Александр. Мне нужно есть.
— Я знаю.
Я раскидываю руки и почти кричу:
— Почему ты так со мной поступаешь?
Он выпрямляется. Сделав шаг ближе, он поднимается и проводит пальцами по моей челюсти. Это вызывает непроизвольную дрожь в моем измученном теле.
Ветер, пахнущий влажной листвой, кружит вокруг нас, заставляя мои волосы развеваться.
Александр крепко сжимает мою челюсть и смотрит на меня властными глазами.
— Потому что я должен показать тебе, где твое место.
— И где же это место?
— На коленях, милая.
Сила и уверенность в его голосе пробирают меня до костей, и мой желудок переворачивается. Но прежде, чем я успеваю что-то сказать, он отпускает мою челюсть. Я тут же делаю полшага назад, чтобы оставить, между нами, хоть какое-то расстояние.
— Хочешь, чтобы я дал тебе поесть? — Спрашивает он. Когда я не сразу отвечаю, его голос понижается, и он добавляет: — Не заставляй меня повторять.
— Да, — удается мне выдавить из себя. — Да, я хочу иметь возможность есть.
— Тогда ты должна показать мне, что заслуживаешь того, чтобы положить в рот такую ценную вещь, как еда.
— Я... что?
— Если ты сможешь снять с меня напряжение, используя только свой рот, твоя карточка будет работать завтра.
Мой мозг отказывается переваривать то, что он только что сказал. И я уверена, что у меня отпадает челюсть, когда я просто молча смотрю на него.
Он выглядит совершенно спокойным. На его дорогом костюме-тройке нет ни единой морщинки, а его темно-каштановые волосы остаются идеально уложенными, даже когда над нами проносится очередной порыв холодного воздуха. Единственное, что выдает его злобное волнение, это лукавый блеск в глазах, когда он изучает меня.
— Ты хочешь, чтобы я... — начала я, но запнулась.
— Отсосала мне — закончил он за меня нейтральным голосом. — Да.
Покачав головой, я делаю шаг назад.
— Если ты силой засунешь свой член мне в рот, клянусь Богом, я его откушу.
— Силой? — Он поднимает брови, выглядя искренне оскорбленным. — Я не собираюсь ничего заталкивать тебе в рот. Я просто предоставляю тебе выбор.
— Выбор? — Я вскидываю руки. — Это шантаж!
— Шантаж? — Он секунду смотрит на меня, словно не может поверить, что у меня хватило смелости сказать что-то подобное. — Я был великодушен, предлагая тебе решение твоей проблемы, а ты плюешь на мое милосердие? — С насмешкой он поворачивается и направляется к водительской стороне машины. — Что ж, тогда я просто оставлю тебя в покое.
Моя рука вырывается и хватает его за запястье, прежде чем он успевает уйти.
— Подожди!
Он вскидывает бровь и смотрит вниз, на пальцы, помявшие его безупречный костюм. Я откидываю руку обратно, а он поднимает глаза на меня.
— Передумала?
 
Внутри меня бушует война. Часть меня хочет снова дать ему пощечину. И на этот раз гораздо сильнее. Другая часть меня с мрачной ясностью осознает, что я проиграла этот раунд. Мне нужно поесть. Я не выживу, если у меня не будет доступа к еде, а этот проклятый ублюдок будет и дальше отнимать ее, если я не признаю поражение прямо сейчас.
Я еще секунду смотрю в эти расчетливые глаза. Он просто смотрит на меня, неприкасаемый, как бог.
— Да, — наконец выдавливаю я из себя.
— Ну, тогда за дело.
Я обвожу взглядом пустынную парковку, прежде чем снова встретиться с его бесстрастным взглядом.
— Здесь?
Не успевает он открыть рот, как я понимаю, что знаю ответ.
По его губам скользит самодовольная улыбка, и он бросает укоризненный взгляд на землю перед своими ногами.
— На колени, милая.
Меня захлестывает унижение. Боже, я не могу поверить, что делаю это.
Глубоко вздохнув, я отбросила смущение и гнев. Я проиграла только одну битву. Но это не значит, что я проиграла войну.
Подготовившись к очередной волне унижения, я опускаюсь на колени перед ухмыляющимся ублюдком. Поскольку он ничего не делает, чтобы расстегнуть брюки, я нерешительно протягиваю руку, чтобы сделать это за него. Его глаза следят за каждым моим движением, но он не вмешивается.
Металл слабо звякает, когда я расстегиваю его ремень. Затем я расстегиваю пуговицу на его брюках и расстегиваю молнию. Он продолжает молча наблюдать за мной.
По главной дороге проезжает машина, заставляя меня повернуть голову в ее сторону. Но она проезжает мимо, не останавливаясь. Я бросаю взгляд через плечо. Парня из магазина нигде не видно.
— Я бы предложил тебе начать, пока я не отказался от предложения, — говорит Александр.
Предложение, черт возьми. Скорее угроза. Шантаж. Принуждение.
Но я с трудом сдерживаю язвительные слова и вместо этого просовываю руку под его темные трусы и освобождаю его член.
От его размера меня пронзает дрожь. И на мгновение я просто сижу на коленях, как идиотка, а мои пальцы продолжают обхватывать его член.
— Я сказал только рот, — прорезает тишину его голос, выводя меня из ступора.
Отпустив его, я опустила руки на колени.
Сердце колотится в груди.
Боже, я действительно, действительно не могу поверить, что делаю это. Я действительно собираюсь сосать член незнакомца. За еду.
Александр испускает раздраженный вздох, и я понимаю, что сейчас упущу этот шанс, поэтому поднимаюсь на колени и беру его член в рот.
Из его груди вырывается тихий звук. Я бросаю обеспокоенный взгляд на его лицо, но он закрыл глаза и не выглядит сердитым, поэтому я провожу языком по его стволу, а затем начинаю сосать еще сильнее.
Я не в первый раз делаю кому-то минет, но я и не совсем эксперт, поэтому я наблюдаю за выражением его лица, продолжая работать губами. Как будто он чувствует, что я наблюдаю за ним, его глаза распахиваются и устремляются прямо на меня. В этих голубых осколках льда пляшет вызов, пока он удерживает мой взгляд, как будто он не думает, что я действительно могу заставить его кончить.
Я сужаю глаза и глубже втягиваю его в рот.
Его рука вырывается и хватает меня за челюсть, на секунду останавливая мои движения. В его голосе звучат командные нотки:
— Следи за зубами.
Поскольку его член у меня во рту, я не могу ничего ответить. Похоже, он тоже это понимает, потому что в конце концов отпускает меня.
Расслабив челюсти, я снова начинаю движения. Я втягиваю щеки и посасываю, затем отстраняюсь, чтобы провести языком по его кончику, и снова погружаю его глубже.
Из его горла вырывается томный стон, и он закрывает глаза.
Во мне мелькает самодовольная победа. И в этот момент мне нравится то, что я с ним делаю. Мне нравится видеть, как трескается его холодный фасад, как я мало-помалу разрушаю его контроль и черпаю удовольствие из его тела. Это дает мне ощущение, что я контролирую ситуацию.