Недоразумение (СИ)

Все-таки, она согласилась. Пришла, как договорились, точно в семь, с условием, что встреча продлится не долго.
Ирина села напротив Андрея: прямая, серьезная, всем своим видом показывающая, что встреча сугубо формальна. Она выглядела строгой, как на планерке в офисе — аккуратно убранные назад волосы, лёгкий румянец и чувственные губы, немного вытянутые, как для поцелуя. Андрей смотрел на неё с обожанием и восторгом, с легкой надменностью, которая так нравилась ей, — смотрел и не узнавал. Неужели, ей действительно всё равно? Вот так! Как по щелчку пальцев! Не может быть! Что могло послужить причиной такой скорой и быстрой перемены в тот момент, когда казалось все идет хорошо и даже лучше? Возможно пусть даже это какой-нибудь парень, плевать, я переживу, но пусть скажет правду. В голове промелькнула предательски мысль о том электрике и чувство досады, переходящее в подозрение и ревность вновь стало предательски намекать ему о своем существовании где-то в глубине души. Он смотрел на нее и думал, с чего начать разговор.
— Пусть принесут кофе, хорошо? И мы поговорим.
— Хорошо. Только сразу договоримся, что не будем тут сидеть целый вечер. Максимум — полчаса.
— Ладно. — Андрей натянуто улыбнулся. Принесли кофе и чай.
— Ну, ты хотел встретиться, говори.
— Я просто хотел узнать причину. Потому что так резко и быстро все. Я не понимаю, что произошло. И ты действительно права, что мы договорились говорить друг другу только правду. А тут, получается, ты вообще ничего не сказала. Просто, раз и все, я ничего не чувствую. Так не бывает. Если ты встретила другого человека, то скажи об этом, потому что это будет действительно честно.
Слова Андрейа звучали угловато и несуразно. Он говорил отрывисто, чуть напористо, пытаясь при этом уловить на лице подруги хоть какие то эмоции, чтобы понять, что на самом деле у нее на сердце.
Взяв с блюдца маленькую ложечку, она опустила ее в чашку и помешала чай.
— Я решила вернуться к Ване
Андрей обомлел, подумал, что послышалось. Настолько дико и неправдоподобно звучали её слова.
— Как к Ване? Вы же расстались.
— Не расстались, а разъехались. Это разные вещи. Просто это было временно.
— А как же грубость, холодность к тебе, безразличие, о котором ты рассказывала, и что ваши отношения исчерпали себя? В конце концов, ты говорила, что между вами осталась только привычка. А мы, Ира? Мы отдушина друг для друга, как свежий глоток воздуха. Помнишь? Ведь ты. — Андрей запнулся, почувствовав, что начинает оправдываться, и это стало звучать как обвинение. — Я не понимаю… — Он сидел обескураженный, пустой, а мысли прыгали в голове, как мячики в «Спортлото»
— Вот именно, отдушина, Андрей. Отдушина. — Не дав договорить, перебила Ира. — Я не отказываюсь от того, что нам было хорошо вместе. И ты многое для меня сделал. Как друг, как близкий человек. Я никогда не забуду твоей поддержки, когда мне было плохо от тех «позитивов», что случились в моей жизни. Я понимаю, о чём ты хочешь мне сказать, Андрей. Хорошо понимаю, но я всего лишь хочу ещё раз повторить, что те чувства, о которых я говорила раньше, они пропали. Я не чувствую, как раньше тебя, я не думаю о тебе днями и ночами. Вдруг всё прошло! Понимаешь? И нет смысла пытаться менять ситуацию. Подумай, разве тебе будет приятно? Зная, что к тебе человек не испытывает больше взаимных чувств, пытаться любить его, пытаться удерживать рядом в ожидании, что он ответит тем же? Думаю нет. Потому что этим ты только сделаешь хуже и себе и тому человеку. Если ты хочешь сохранить хотя бы дружбу, то давай договоримся, что больше эту тему поднимать не будем. — Андрей тщетно искал слова в ответ и не мог их найти. Внутри росло напряжение, а Ирина продолжала:
— Я понимаю, как тебе тяжело. Но я не могу идти против сердца. Это было бы нечестно перед самой собой и перед тобой. Всё, что было у нас, для меня это останется как лучшее воспоминание. Я не отказываюсь продолжать общаться, но только на уровне друзей. Без. — она помолчала секунду, вдохнула, будто не хватало воздуха и добавила, — ну, ты понимаешь.
В последних словах, в том, как произнесла их, с каким порывом и легкой сдержанностью, на мгновение он вновь услышал прежнюю Иру, которую знал буквально несколько дней назад.
— Ириша! — Натужно, Даже умоляюще произнес Андрей. Но она вновь перебила его:
— Андрей! Ко мне приезжал Ваня. Домой. Не знаю почему, но как я увидела его, то сразу поняла, что все-таки он — моя вторая половинка. Я и тогда это чувствовала. В нашу первую встречу. Но, видимо, это моя вина, что все так у нас получилось. Ты и сам всегда говорил, что в отношениях решает женщина. От нее зависит, какой с ней будет мужчина. Я долго думала, Андрей, и сделала свой окончательный выбор. Только, спустя длительное время, я поняла, что сама все пустила на самотек. Ведь ты прав: мы ответственны за свою собственную жизнь, и выбор зависит от нас, а не от наших случайных реакций или обстоятельств. Я сама создала все эти ситуации с Ваней, от которых сама же и страдала. Вместо того, чтобы понять, я впадала в истерики, упреки и критику. Это и привело к тому, что мы разъехались. Но на самом деле, Андрей, я всегда знала, что он моя половинка. Но теперь я поняла, как надо, что надо делать, чтобы сохранить то, что было у нас. Понимаешь? Тем более, что он сам пришел, вернулся, а это практически знак, что я права. Я верю своему сердцу.
— И чем вы занимались, когда он к тебе приехал?
Ира сжала губы, чуть подняв уголки рта, демонстрируя как бы, насколько не уместен и даже не деликатен этот вопрос. Выдержала паузу, показывая всем видом, что поняла намек Андрея, но все же, прощает за бестактность. Она продолжала:
— Приехал поговорить. И я спросила, любит ли он меня. Он ответил: «Да». Но не это самое главное. Я прочитала по его глазам, увидела это, что он не врал.
— А в моих глазах ты этого не видела?
— Не обижайся, но моё решение железобетонное. Я знаю, что у тебя есть много замечательных положительных качеств. Ты умный, привлекательный мужчина, и сто процентов — ты просто заслуживаешь быть счастливым в жизни. Наверняка, у тебя появится именно та девушка, которая будет соответствовать твоим предпочтениям.
Ирина говорила, говорила, а за окном моросил дождь. Люди, раскрыв зонты, бежали по проспекту к метро, и машины порой одаривали некоторых счастливчиков брызгами воды из луж. Андрей почти не слушал ее. Всё, что он слышал, звучало логично и правильно, но во всей этой правильности, стройности и логичности чего-то не хватало. Какой-то детали, способной убрать, снять его внутреннее сопротивление, напряжение, сжимающее сердце в прочный, непробиваемый панцирь тоски и печали.
— Ладно, Ириш, хорошо. Раз так. Но может быть такое, что чувства вернуться?
— Я не знаю. Во всяком случае, пока я могу сказать только то, что чувствую сейчас. И, Андрей, пожалуйста, давай больше не будем говорить на эту тему. Я хочу сохранить хорошие отношения, и если ты хочешь того же самого, то поймешь меня и сделаешь правильные выводы.
— Но Ваня знает, что ты встречалась со мной и про всё, что было у нас?
— Нет, конечно. И, Андрей, давай договоримся, что наша с тобой история останется только между нами. Она никого не касается. Так ведь? И я, на самом деле, очень ценю нашу с тобою дружбу и то что было. Я хочу сказать, что когда он пришел, и я увидела его, и потом, когда я весь вечер думала о себе, о нем, о нас. Я поняла. Для меня самое главное в жизни — это семья, прочные, надежные, верные и искренние отношения, основанные на любви и честности. Я поняла, что мое счастье всегда было рядом, и нет смысла менять и искать. Ты же знал, Андрей, что у меня есть молодой человек и те неприятные моменты, которые между нами случились, они теперь в прошлом. А самое главное для меня то, что перед Ваней у меня была и есть безупречная репутация, и я хотела бы, чтобы она такой и оставалась. Давай об этом договоримся? — Ирина посмотрела на Андрея взглядом человека, заключающего сделку на миллион долларов. — Он мне очень дорог. И если я для тебя тоже хоть что-то значу, то ты пообещаешь мне никогда не рассказывать о том, что было между нами. Договорились?