Ведьма самых вредных правил, или мачеха ведёт отбор (СИ)

Он не трогал юбку, не поднимал её выше, просто засунул под неё руки, взял трусики и стащил их по стройным девичьим ножкам. Они сейчас действительно сделают это? У меня подобные мысли в голове не укладывались. Происходящее на экране немного пугало и в то же время вносило какую-то рациональную идею во все происходящее. Малика шире расставила ноги, безмолвно приглашая, и он накрыл её своим телом. Они снова поцеловались. Но теперь поцелуй был более глубоким, размеренным. И каким-то нечеловеческим, что ли. Они пожирали друг друга, что смотрелось весьма дико.
Одним движением Никас убрал мешающую юбку, задвигал бёдрами и начал яростно припадать укусами к изогнутой бледной шее. Малика снова прикрыла рот рукой и безмолвно распахнула глаза, словно тоже не веря в происходящее. Но даже это не помогло, когда я увидела, как на теле рыцаря медленно, словно из ниоткуда начали проступать вены. Они прорисовывались синеватыми кровоподтёками на всей его коже. Малика громко вскрикнула, звук почти не был заглушен её рукой и эхом отразился в притихшем зале, который в шоке наблюдал за всем происходящим.
Никас несколько раз двинул бёдрами, прежде чем остановился, когда понял, что с ним что-то не так. И это уже понимала не только я. Кожа принца серела слишком стремительно, словно силы покидали его. Нежные и ласковые руки принцессы тянули все ближе и ближе, заставляли парня наклоняться к ней, сцеловывать судорожные вздохи с розовых губ и не думать больше ни о чем. Но чем дольше это продолжалось, тем сильнее будущий король начинал напоминать иссыхающую мумию или живой труп из фильмов, которые были популярны в моем старом мире.
Чем медленнее шло время, тем отчётливее становилось понятно, что это происходило на самом деле. Кто-то из дам пронзительно вскрикнул и рухнул в обморок в тот момент, как из глаз парня потекла кровь. Его лицо больше всего на свете напоминало восковую маску с алыми подтёками на ней. И это даже не в фигуральном смысле слова. Он на самом деле истекал кровью, которую Малика с такой заботой и нежностью слизывала с его лица и тянулась за новой порцией. От этого зрелища начало подташнивать и хотелось просто сбежать и не видеть такого издевательства. Но оно словно примораживало, держало и не отпускало.
Весь зал с замиранием сердца следил за тем, как Никас начал хрипеть и чахнуть. Его движения замедлялись, пока он окончательно не рухнул на подогнувшихся руках и не распластался сверху на заливисто смеющейся принцессе. Та ещё раз поцеловала обескровленные губы, довольно улыбнулась и спихнула с себя мёртвое тело. Стеклянные глаза несостоявшегося жениха смотрели в потолок, а на застывшем лице красовалась гримаса наслаждения. Теперь взвизгнула не только я, но и ещё десяток аристократок, пряча глаза от подобной картины.
– Какой замечательный и вкусный идиот попался на этот раз, – потянувшись, сказала девушка. – Вальтанте! Убей ту дуру, которая изображает из себя тёмную ведьму. То тело мне больше не нужно. Это прекрасно мне подходит. Оно молодо, красиво и сильно. Теперь я могу покорить весь мир и утопить его в крови! Наивные глупцы так ловко были мной одурачены!
– Госпожа, прошу вас, помолчите, – зеркало на стене ожило. – Вам не следует такое говорить.
– Я сильнейшая тёмная ведьма в мире, я могу говорить что хочу и когда хочу, – отмахнулась та от него, – и ты не смей мне указывать. Убей всех, мне надоел этот замок!
– Как прикажете, Оландея, – прохрипел ведьмовской помощник и исчез.
– Ну здравствуй, новая жизнь, – рассмеялась ведьма и стянула с себя окровавленные одежды. – Готовься, мир, я иду!
  
Глава 28
 
Зал в немом молчании наблюдал за тем, как девица, которая час назад была принцессой, собиралась на своё первое знакомство с аристократами. И, признаться честно, не только меня произошедшее пугало до мурашек. Все же это ненормальное явление, которому не было логического и адекватного объяснения. Что уж там, ему вообще не могло быть каких-то обоснованных предположений. Потому что представить, что тёмная ведьма переселилась в принцессу, а меня вытянула из другого мира, чтобы я нашла ей жениха на пожирание… Господи, это же бред сивой кобылы. В такое никто и никогда не поверил бы!
 
Тряхнув головой, я попятилась назад, стараясь сконцентрироваться на том, как на миловидном личике прорезаются звериные черты психопатки. Малика не просто пугала: от неё мурашки бежали по коже, и хотелось немедленно спрятаться и сделать вид, что вообще никогда ничего подобного не слышала и не видела. Ибо это было жутко. Страшно… И так реально, что волосы на голове начинали шевелиться и непроизвольно потели ладони, которые я пыталась оттереть и тем самым прикрыть свою неловкость.
– Не переживай, – сильные руки обхватили меня за талию, – эта ведьма больше не посмеет портить тебе жизнь. Пока я есть у тебя, никто не будет угрожать моей женщине. Хоть сам Сказочник великий, мне без разницы. Я защищу тебя от всех опасностей.
– Все не так просто, как ты думаешь, – покачала я головой, – такое уже было в другой сказке. Она сейчас стала намного сильнее. Выпив кровь и силы юноши, она напиталась молодостью и могуществом. А убить вампиров не так легко, как кажется на первый взгляд.
– Какие сказки? – удивлённо посмотрел на меня Гилир.
– Мы все сказочные персонажи, – потрясла я головой, – точнее, это вы сказочные персонажи, а весь окружающий нас мир, его правила и прочее написаны сказочником, человеком, который сочиняет подобного рода истории. И по какой-то необъяснимой причине меня из реального мира забросило в ваш. Вот про что она говорила. Фактически я лишняя в этом мире. Так что да, она в чем-то права, меня следовало бы убить.
– Почему? – Министр пронзительно смотрел на меня.
– Потому что только я знаю, как заканчивается эта сказка, – сурово ответила я. – Убить вампира сложно, но вполне реально. А любую злую ведьму в самом конце приговаривают к смерти. Вот только проблема в том, что в нашем случае главная героиня стала той, чья жизнь обречена на смерть. А вот такого я ни в одной сказке не встречала.
– Ни черта не понял из твоего рассказа, но давай придумаем более адекватный план по убийству этой твари, – хохотнул король, – а потом уже подумаем над тем, что тут правда, а что вымысел.
– Короче, её можно убить только осиновым колом в сердце, – нервно хохотнула я, – ну или второй вариант – вылить на неё ведро воды. Или серебряные пули? Черт! Кто она вообще такая и с какой нежитью нам предстоит иметь дело?!
– А я удивлена, – от входа в зал раздался мелодичный голос, – ты оказалась намного полезнее, чем предыдущие девки. Так что ты там сейчас сказала про моё убийство? Никогда бы не подумала, что от обычной воды кто-то мог отправиться на тот свет. Прям даже неожиданное открытие для меня.
– Понятно, ведьму из «Волшебника Изумрудного города» отметаем, – нервно икнув, я вцепилась в лацкан пиджака и попыталась удержаться за подставленное плечо, – остаётся нежить обыкновенная. Ты там кто? Вурдалак, упырь, зомби? Вампир или оборотень? Ты это, скажи, чтобы я успела вспомнить правильный способ тебя прикончить.
– Никогда не слышала, чтобы хоть кого-то из них можно было убить, – пожала та плечами, – а ты на самом деле забавная. Даже не подумала бы, что, притащив кого-то из другого мира, найду столь ценный кладезь знаний. Вальтанте, в клетку её и пока не убивать! Если она действительно знает, как бороться с неживыми, то мы станем величайшей страной в мире, и весь континент преклонит передо мной колени!
Я взвизгнула и почувствовала, как моё тело потянуло наверх. Это было не самым приятным ощущением. Но в тот момент, как я оказалась болтающейся под потолком в хитросплетении разноцветной магии, стало вообще не до смеха. У меня внутри все оборвалось от паники и страха. Я прикрыла рот рукой и постаралась сконцентрироваться на чем-то одном. Сейчас надо не за себя переживать, а за тех, кто остался внизу. Вряд ли тёмная ведьма с таким послужным списком позволит уйти отсюда на своих двоих хоть кому-то.