Главная роль 3 (СИ)

Меньше половины миллиарда — разве это деньги?
— Подробнее о «военных проектах», — попросил Александр.
— Тротил, пулеметы, минометы, безрантовый патрон, — перечислил я. — Еще будут каски, но их нужно как положено протащить — их необходимость очевидна: большая часть поражающих элементов в наших солдат будет лететь сверху. Еще мне нужны «потешные войска».
— Что такое «мино…», — не закончив, царь споткнулся об услышанное и заметил. — Вот за «потешные войска» тебя точно зашибут.
— Это если я их в Питере держать стану, — улыбнулся я. — А я их стану гонять по войнам по всему земному шару — обстреливаться, копить и передавать боевой опыт общевойсковым частям. «Миномет» — это типа мортиры, но компактнее, легче и применять желательно по скоплениям живой силы.
— А рантовый патрон тебе чем не угодил? — задал очень плохой для меня вопрос Александр.
Тем, что другу из прошлой жизни Илюхе он не нравился, а он шарил. Как там было?..
— Заточив производство под рантовый патрон, мы, конечно, сэкономим, и из винтовки Мосина да «берданки» стрелять ими нормально. Но в будущем весь мир перейдет на самозарядное оружие, и вот в нем безрантовый патрон применять предпочтительнее — с рантовым конструкторы будут мучиться, придется усложнять конструкции. Сэкономим и поленимся сейчас — мне придется сидеть на безрантовом патроне ближайшие полсотни лет.
— Если тебя не удавят, — заметил папа.
— Если меня не удавят, — согласился я.
— Приготовления к выпуску винтовки под рантовый патрон уже сделаны, — отмахнулся Александр. — И все, кроме тебя, ею довольны.
— Пусть будет значит, — легко согласился я.
Хреново, когда под винтовку патрон один, а под автоматы с пулеметами — другой, но, если я все правильно сделаю, «мосинками» будут воевать только пограничники в спокойных местах. Я же знаю, что «официальный» ВПК к Первой мировой даже их в нужном количестве выпустить не успеет, поэтому начну с выстраивания параллельного — за те же лет пять заложу базис, а за следующие пять набью арсеналы так, чтобы «снарядный голод» был не мировой практикой, а проблемой исключительно Европы без учета России. Долго, дорого, сложно, но это же не повод ничего не делать?
И страшно — я же нихрена в этом всем не разбираюсь, но уже сейчас два не соотносящихся друг с дружкой типа патрона и оружия под него выглядит офигенной проблемой. Ладно, время есть — успею разобраться и сформировать «безрантовое лобби», которое мне поможет.
— «Пусть будет», — фыркнул царь. — Премного благодарен, Ваше Императорское Высочество.
Обижается, и очень хорошо, что не гонит меня в шею со словами «станешь Императором, тогда и делай что хочешь, а пока сиди и не отсвечивай».
— Я был бы очень рад поддержать вас во всем, папа, — честно признался я. — Продолжить наводить порядок по вашим лекалам, не лезть в военно-промышленный комплекс, развлекаться охотой и жениться на Елене. Но этот путь приведет нас к краху — о том, как это будет, я рассказал пару часов назад.
— Фантазии, — влезла Дагмара. — Ужасные, противные, невыносимые фантазии!
— Когда нас снесет даже не народ, а наши милые аристократы, вам, мама, придется уехать в родную Данию, — заметил я. — И там вот такого, — окинул рукой окружающее пространство, подразумевая дворец. — Уже не будет — кабинетских земель у ваших родственников нет, и они вынуждены довольствоваться подачками, которые им выделяет парламент. Хотите на старости лет получать жалобы от Кристиана — он к тому времени как раз на трон сядет — на то, что включили на пару электрических лампочек больше, чем ему бы хотелось?
Мария Федоровна отшатнулась и начала багроветь.
— А ведь так и будет, — хмыкнул Александр. — Они там все страшные жлобы.
— Вынужденные жлобы, — поправил я. — А нам нужно, простите за прямоту, задницу рвать, чтобы оправдать потраченные на нас десять миллионов в год. Я вон дворец отдал под университет — это хорошее начало. Теперь нужно продолжить — нам столько дворцов не нужно. И охоту я вашу, папа, на двуногую дичь перенаправить хочу — искать контрабанду, ловить беглых каторжников и брать след от места преступления до преступника. Кабинетскими землями заняться нужно — построить там предприятия, подтянуть сельское хозяйство: это позволит нам кормиться только с них, не трогая живых, государственных денег — как в Германии.
 
— Был у нас один пруссофил, — фыркнула Дагмара. — В Михайловском дворце его за это и кончили!
— Символизм палка о двух концах, — парировал я. — Нашу страну можно сравнить с Троей, а вы предлагаете мне жениться на Елене.
— Хватит! — одернул нас Александр. — Где денег на свой план брать собрался?
Вот это уже нормальный разговор!
— Помимо отчета о тратах, я присылал длинный список промышленных обществ, которые начали добывать золото — на Дальнем Востоке и немножко в Сибири его очень много. Сотню пудов совокупно уже добыли, и это — только начало. А еще есть алмазы, есть бесконечные запасы нефти, есть ценнейшие, редкоземельные металлы, и это я еще не говорю о неисчерпаемых залежах железа, угля и прочего добываемого чуть ли не со времен Ивана Грозного, — широко улыбнулся. — Наши предки, папа, подмяли под себя одну шестую часть суши — даже я не знаю, через сколько сотен лет у нас иссякнут даруемые природой ресурсы.
— Алмазы? — переспросил Александр.
— Минимум десять прекраснейших кимберлитовых трубок! — подтвердил я. — Только представьте — миллиарды лет назад…
Увлекшись, я минут сорок описывал геологические процессы, благодаря которым полезные ископаемые из глубин планеты попадают в ее кору.
Августейшие родители слушали с открытыми ртами — многое из рассказанного в эти времена уже известно, но разве у них было время и мотивы копаться в сложных, узкоспециализированных журналах? Надо будет от своего имени монографию «тиснуть», например — «Краткая геологическая история Земли». С полтыщи страниц не напрягаясь выдам!
Я замолчал, Александр пришел в себя и начал принимать решения:
— На просвещение мои личные деньги возьми — из английского банка. Не помню, сколько там точно, но хватить должно.
— Спасибо, — не стал отказываться я.
— В понедельник, напомню, у тебя Синод, а во вторник и среду пойдешь на заседание Государственного совета, — продолжил Александр. — Не вмешивайся — просто посмотри, обвыкни. А в октябре поедешь в Германию.
— Саша! — запротестовала Дагмара.
Взглядом заставив жену замолчать, царь продолжил:
— Доклад Синоду пришли почитать, — велел Император и скривился. — Жиды…
— Жид тоже человек, — пожал я плечами.
Нацист, конечно, и как-то многовато семитов на верхушке социальной пищевой цепочки, но Империя работает только тогда, когда в ней хорошо жить вообще всем, а не кому-то одному.
— Ступай теперь, — сделав жене рукой знак остаться, велел мне царь.
— Спокойной ночи, — поднялся я на ноги и направился к выходу, — Спокойной ночи, мама.
— Доброй ночи, — вполне радушно улыбнулась она мне.
Ключевая задача успешно выполнена — Великий План царем услышан, и Александр уже никуда от него не денется — будет сутками гонять в голове, вертеть так и эдак, взвешивать риски и измерять уровень пользы. Голова у него на это дело натренирована — не первый год на троне, а на «Запаску» его учили в свое время добросовестно. Даже человек средних от природы способностей может развить в себе нужные компетенции, так что неизбежность предложенного мной развития событий Александр должен понять и как-то отреагировать. Он уже и начал — одобрением внешней политики посредством благословления на брак с Марго и первого большого проекта — его я частично реализовал по пути в Петербург, но единичные школы и училища — это ничто, проблему нужно решать централизованно.
Я вошел в свои покои, слуги отработали, и я улегся в приятно прохладную постель. Синод, полагаю, Победоносцев уже «построил» — увиденного не развидеть, и, ежели не плошать, духовная компонента Империи будет за меня. Церковь — великая сила, но от табакерки она не защитит. Что ж, буду, как и велено, прикидываться валенком и не отсвечивать, параллельно начав выстраивать стену из надежных людей. Госсовет… Полезно познакомиться и посидеть там в качестве свадебного генерала.