Первый пользователь. Книга 5 (СИ)
В итоге, с трудом оторвался от теоретических фантазий по терраформированию планеты и вернулся к насущной проблеме. К тому, как мне удержаться на поверхности при ураганном ветре. При его скорости в триста шестьдесят километров в час, за секунду он будет преодолевать сто метров. Причем это не шквальные порывы, которые можно переждать, вцепившись в какой-нибудь валун, а постоянное движение атмосферы, которое если собьёт с ног, то практически гарантированно унесет вдаль. На поверхности планеты ветер не очень сильный из-за трения, но как я понял, мы будем находиться на высоте в десять километров, на склоне горы и единственное, о чем я додумался, это использование скалолазного оборудования.
Ведь, как таковой, почвы на планете не существует. Высокая температура, давление, и углекислая атмосфера препятствует почвообразованию, и все окружение должно состоять из образовавшейся из лавы базальтовой скалы. Получается, что присутствие там будет походить на вертикальное ползание по камням. И если честно, я с трудом представлял процесс колонизации в таких условиях. На ум приходили только подземные варианты, с углублением под поверхность. Правда и там температура должна была зашкаливать до опасных для жизни значений, но раз уж решение об исследовании было принято, значит какие-то варианты уже проработали. И мне было безумно интересно узнать какие.
В администрации меня встретил старый знакомый вооруженный до зубов отряд с Альфой во главе, и мы направились на вертолетную площадку, где уже стоял подготовленный летательный аппарат.
— А почему у него винта нет на хвосте? — Спросил я у командира отряда, показывая рукой на самолетный хвост вертушки. — Они же вроде как у всех есть?
— Да нет. — Удивленно ответил он мне. — У Ка-52 соосная схема расположения несущих винтов. Видишь. — Махнул он в сторону двух, расположенных друг над другом лопастей. — Они вращаются в разные стороны предотвращая стандартное доворачивание. У обычных машин хвостовой винт нужен как раз для того, чтобы крутиться в обратную сторону, выравнивания полет, а здесь такая система. К слову, очень сильно повышающая надежность. Совершить посадку можно даже без хвоста. А учитывая мощную бронированную кабину и высокую маневренность, надо еще умудриться попасть в него. Заодно нивелируется одна серьёзная уязвимость, заключающаяся в пулеметном обстреле с земли. Хороший пулеметчик очередью может срезать хвост вертолета, что моментально приводит к падению. А эта машинка. — Похлопал он по выкрашенному в черный цвет борту. — Вытянет и довезет до дома.
— Вы так говорите, как будто что-то личное вспомнили. — Не удержался я.
— Да… Было время. — Немного углубился он в воспоминания. — В одной жаркой африканской стране неудачно попали под концентрированный огонь четырех пикапов. Чудом остались живы, но, во-первых, даже без хвоста смогли уничтожить врага, а во-вторых, дотянули до базы. Так что да, теплые чувства к нему у меня безусловно есть.
Сто пятьдесят километров до места назначения мы преодолели чуть меньше чем за час и уже скоро приземлились на полуострове в центре Великих озер, расположенном в центре огромного болотного массива, размером тридцать на сорок километров, к северо-востоку от Твери, под названием Оршинский мох. Самый настоящий затерянный мир, сейчас обильно усыпанный снегом и тем больше было мое удивление, когда я увидел строящийся на нем современный комплекс. Я открыл карту в коммуникаторе и сразу стало понятно, почему была выбрана такая странная точка. Удобное расположение относительно Москвы и вместе с тем недоступность для потенциальных злоумышленников. Если честно, я до сих пор не понимал, почему американцы именно в Белом Доме расположили свой портал, ведущий на Марс. И на данный момент превратили свой символ государственности в гигантскую стройку, уничтожив все окружение. Возможно, очень нужный жест с точки зрения популяризации, но очень недальновидный во всем остальном.
Пока мы летели над огромным болотом, я наблюдал за развернувшейся огромной стройкой. Вереницы грузовых машин везли скальный грунт, отсыпая его прямиком в замерзшее болото. Одновременно с этим десятки грузовых вертолетов делали то же самое, прокладывая путь чуть дальше, сбрасывая кубометры камня в ледяное поле, на отмеченные точки. И мне показалось, что я успел заметить небольшой отряд людей на переднем крае создаваемой дороги, идущих пешком, перед которыми медленно, разламывая лед, поднималась каменная плита.
* * *Петр поднял голову, проводил взглядом пролетающий мимо очередной вертолет, ради разнообразия не несущий с собой груз и опустив ее вниз, снова сосредоточился на работе. По счастью, глубина заболотистости не превышала четырех метров, а выдавшаяся холодная зима дополнительно проморозила ее практически до самого дна и дальности действия возможностей хватало на формирование дорожного полотна. Идущий чуть впереди Алексей, научившийся воздействовать даже на замерзшую воду, раздвигал лед в стороны, а затем, на уже подготовленном месте и появлялась новая дорога. Приданные им в подчинение люди с навыками создания твердых объектов тратили всю энергию, создавали валуны, земляные валы, обломки скал, каменные пики, швыряли создаваемые коммуникаторами булыжники и уходили на отдых, поочередно меняясь, а он воздействовал на уже имеющуюся основу, силой сплавляя все это в единый монолит, растягиваемый в широкий проспект. Периодически прилетающие грузовые вертолеты сгружали на опорные точки впереди них многотонные обломки скал, своим весом ломающие метровые льдины. А уже следом за ними, идущими пешком, ехала спецтехника, разгружающая дополнительные тонны скального грунта по бокам от формируемой ими поверхности, для создания обочин и последующего преобразования в более широкую дорогу. Получалось, конечно, довольно медленно, они уже третьи сутки работали в этом месте, пройдя всего шесть километров, но и начинали они не с Красной площади. Сначала добирались по заснеженной грунтовой дороге, которую тоже расширяла спецтехника, ломая лес по бокам и сгребая его в сторону, до небольшой деревни, потом вперед пошли многоцелевые транспортеры-тягачи болотоходы, в простонаречии известные как маталыги, прокладывающие путь, по которому двигались все остальные. И теперь отряд пользователей шел вперед, участвуя в очередной стройке века, подготавливая прямую дорогу, больше похожую на взлетную полосу, которая станет основой для колонизации нового мира.
* * *Полуостров, с высоты выглядящий как подкова, прямо на глазах оживал, забитый людьми и спецтехникой. Несколько поселенцев, все еще живущих в остатках находящихся на нем забытых деревень, заранее переселили в город, выделив жилье, и теперь стремительными темпами возводились промышленные здания, подготавливающие это место в качестве опорной точки для размещения стационарного портала, ведущего на вторую планету от Солнца.
— Пойдем? — Приглашающе махнул рукой Альфа, как только мы приземлились. — Покажу тебе новое чудо света.
Мы вышли к причалу, уходящему на несколько метров вперед в озеро, вокруг которого уже начали возводить металлоконструкцию, и я ошеломленно замер, неверяще уставившись на окружение. Казалось, что мы только что шли с посадочной площадки, и вокруг царили февральские морозы, но как только мы вышли из-за деревьев, все разительно изменилось.
Установленный прямо на бетонном основании причала портал поражал своим внешним футуристическим видом и пейзажем, открывающимся сквозь тонкую пленку силового поля, окружающую вход, но я уже насмотрелся на подобное и был удивлен совсем другим фактором. Какой-то умелец протянул целый комплекс из запаянных толстенных медных труб, от которых во все стороны расходился пар от испаряющейся воды. Одна сторона уходила в портал нагреваясь на той стороне, а вторая погружалась в воду, распространяя вокруг ощутимое тепло, приносящее кусочек лета в заснеженный край.
— Впечатляет, да? — Произнес обрадованный моей реакцией Альфа. — Температура на той стороне четыреста градусов по Цельсию и теперь эти трубы выступают в качестве мощных батарей. Теплопроводность у меди одна из лучших в своем классе и дополнительно, она как раз не подвержена влиянию серной кислоты, являясь инертной к воздействию. Правда, надо теперь следить, чтобы никто не украл их, чтобы сдать на металлолом. — Пошутил он.