Твоя кровь в моих венах (СИ)

— Ты уж совсем какие-то ужасы описываешь, — хмыкнул Умник.
— Поверь, я знаю, о чем говорю.
— Ты хочешь сказать, что… уже такое было?
Вместо ответа Джойс пристально посмотрел на друга.
Умник поежился и пробормотал:
— Я никогда о таком не слышал.
Джойс промолчал.
— Но мы же не в космосе, и… — начал Умник.
— Ты как Соль, — хмыкнул Джойс. — Нет. Это так не работает: «Сейчас я позволю себе чувства, потом запрещу, когда надо будет». Реакция организма вырабатывается годами, десятками лет. Для тебя должен быть привычным единственный способ реакции, тогда в сложной ситуации, когда будут мучить сомнения, ты поступишь правильно — потому что по-другому не умеешь.
— Иногда я тебя боюсь, — ответил Умник. — Ты не человек. Ты глыба льда. Или скала. Тысячелетняя такая скала.
— Да ты поэт! — хмыкнул Джойс. — Не замечал за тобой склонности к тропам. Девчонка на тебя плохо влияет.
Прозвучал сигнал на занятие. Студенты потянулись в аудиторию.
— Бледе попадет за опоздание, — отметил Умник, вместе с Джойсом оставаясь на месте и ожидая, пока все зайдут. Объект их внимания улыбнулся Соли и помахал ей рукой. — Пока он еще до своего корпуса дойдет.
— Может, у него нет первого занятия?
— Есть, я уже посмотрел.
— Значит, то, что он задумал, важнее для него выговора за опоздание, — сделал вывод Джойс.
— Ты так и не рассказал, как ты ее нашел вчера. Где она была?
— У меня дома.
Умник промолчал.
— Мэттью, серьезно, прекращай это. Я не хочу проблем с другом, и, главное, было бы из-за кого. Мне хватило того, что Элери позвонила в три часа ночи и устроила сцену ревности.
— Я ничего не сказал, — возразил Умник.
— Зато громко промолчал.
Умник улыбнулся и шагнул вперед. Джойс в аудиторию зашел последним.
И сразу бросил взгляд на Соль. Она по-прежнему сидела на первом ряду. Поразмыслив, Джойс решил, что это к лучшему. Слишком рано еще ей менять свой статус. Коллектив должен убедиться сам, что ей можно доверять.
Едва он добрался до своего «королевского» места, в аудиторию быстрым шагом, почти бегом влетел Оден Фреир. Преподаватель был относительно молод, порывист; когда увлекался, начинал говорить очень быстро, словно его мысли обгоняли слова, и он боялся их упустить. Он был умен, любил сложные неоднозначные дискуссии и поощрял студентов к высказыванию своего мнения, отличного от общепринятой точки зрения. С другой стороны, Игнат Семенович Пашкевич, на место которого пришел Фреир, Джойсу нравился больше. Старше по возрасту, тот казался более основательным, со стальным стержнем внутри. Очень жаль, что с ним приключилась такая неприятная история.
— Доброе утро! — поздоровался мистер Фреир и сразу с разбега, не успев отдышаться и выложить на преподавательский пульт свои пособия, продолжил:
— Студент Полонская? — его взгляд сначала метнулся в дальний конец аудитории, наткнулся на Джойса, заметался по помещению, а потом уже нашел девушку на первом ряду. — А, вижу. Вы готовы? Я просил вас подготовить отчет к сегодняшнему занятию. Прошу, — и показал рукой, что Соли нужно выйти вперед и предстать перед остальными студентами.
Джойсу показалось, что ей это совсем не по душе: настолько скованно и зажато она двигалась.
Пока она выходила, Фреир раскладывал свои гаджеты и прочие девайсы, тем не менее это не помешало ему словно мимоходом заметить:
— А вы знаете, что первый ряд у студентов факультета дальней космонавтики считается позорным?
Джойс в предвкушении ответа улыбнулся. Кажется, мистер Фреир сам не прочь устроить проверки новой студентке.
— Да, знаю, мистер Фреир, — спокойно ответила Соль. — Мне можно начинать?
— Знаете? — переспросил Фреир. — И остаетесь на первом ряду? Даже не попробовали пересесть на второй?
— А зачем? — поинтересовалась у него Соль.
— То есть вас устраивает, что остальные считают вас самым последним человеком в коллективе?
По аудитории прокатился небольшой шум. Большинство усмехнулись, но чуткое ухо Джойса различило и несколько неодобрительных возгласов. Ага, у Соли уже есть сторонники, или по крайней мере сочувствующие. Это хорошо. Несколько сердец она завоевала.
 
Последняя мысленная фраза самому Джойсу показалась какой-то неправильной, и он поморщился. Все-таки то, что она девушка, только все усложняет.
— Остальные — это кто? — уточнила Соль. — Все население планет нашей галактики? Или двадцать девять человек на этом курсе? У меня есть друзья, есть родные и близкие, есть бывшие однокурсники, и эти люди относятся ко мне хорошо, не считая «последним человеком». И их количество гораздо больше. Имеет ли смысл мне переживать из-за мнения неполных трех десятков человек?
Джойс даже не знал, рассердиться на нее или засмеяться, мысленно, конечно — не демонстрировать же свои эмоции на публике! Но она только что потеряла и тех нескольких сторонников, что у нее были, и ему снова захотелось сказать, что она дура. Но в то же время сила ее духа и умение держать удар восхитило.
По аудитории снова прокатился гул. Да нет, кажется, несколько человек все еще ее одобряют.
— Где же вы раньше учились? — словно невзначай спросил Фреир, а Джойс навострил уши: уж преподавателю-то она должна сказать.
— О, вы наверное и не слышали о таком учебном заведении — Институт исследования космического пространства. Это небольшое отделение филиала НИИ пространства-времени.
— Не слышал, — удивленно подтвердил преподаватель. — И оно тоже располагается на Земле, как и НИИ?
— О, нет, конечно же. Если бы оно было на Земле, вы наверняка бы о нем слышали. Нет. Мой институт располагается в созвездии Стрельца, на последней из освоенных планет, Кротосе.
— То есть это недавно созданный институт?
— Конечно, — улыбнулась Соль со снисходительным видом, дескать, зачем задавать глупые вопросы?
— И вас взяли в КосмоСтар из нового не зарекомендовавшего себя учебного заведения?
— А что вас удивляет? — пожала плечами Соль. — Я сдала тесты, они оказались удачными.
«Ах, вот он что! — подумал Джойс. — Она не просто перевелась, она сдавала тесты».
И раз попала в университет, значит, сдала успешно. Но как это может быть? Ведь тесты содержат и физподготовку в том числе, а Соль не могла бы выполнить мужские нормативы.
Наверное, все же ректор слово замолвил.
— Хорошо, — махнул рукой мистер Фреир. — С этим разобрались. Приступайте к отчету.
— Я долго думала, каким образом мне рассказать о своих впечатлениях от нового коллектива, в который я пришла вчера. Все зависит от того, какой цели вы бы хотели достичь, мистер Фреир, — девушка повернулась к преподавателю. — Хотели бы вы продолжить развивать политику университета, создающего все условия, чтобы женщине было бы учиться здесь сложно? Или, наоборот, хотели бы вы показать студентам-мужчинам, что женщина ничуть не хуже, а может быть и лучше, и достойна учиться на факультете дальней космонавтики?
— Подождите, подождите! — воскликнул Фреир. — Вы хотите сказать, что руководство университета сознательно не допускает женщин на этот факультет? Но этого не может быть! Кто стал бы запрещать? Какой смысл? Да и ваш пример служит опровержением ваших же слов. Вы девушка — и вы здесь!
— Хорошо, — Соль повернулась к аудитории. — Поднимите руки, кто не испытывает сложности в общении со мной.
 
— Вот видите, — она снова обернулась к преподавателю. — Ни одной руки.
— И о чем это говорит, по вашему? Что они не уважают женщин?
— Поднимите руки, кто считает, что без женщин мир был бы хуже — не на факультете дальней космонавтики, а вообще, — Есения описала рукой круг, как бы охватывая вселенную.