Про Иванова, Швеца и прикладную бесологию. Междукнижие (СИ)

По субъективному Серёгиному мнению — зря. Действовали сотрудники грамотно, без спешки, но и не ленились. Оставив следователя с экспертом в комнате, остальные разошлись по зданию в поисках кричавшей.
Разумеется, не нашли. То, что камеру с колонкой пропустили в ходе осмотра — с каждым случиться может. Он их тоже не сразу заметил. В загаженном здании, при отсутствии нормального освещения — легче лёгкого упустить.
А озвучивающий всё кривлялся, тщась поразить зрителей плоским остроумием...
Через четыре минуты ролик закончился пафосным: «Смотри! Ставь лайк!».
Ведомый профессиональной обстоятельностью, инспектор обратил внимание на статистику и комментарии. Маловато для блогера средней руки. С три десятка таких же неумных отзывов с грамматическими ошибками, полторы тысячи просмотров. Отстой.
Посетил страничку канала. В активе у автора имелось ещё два ролика с крайне бакланским содержанием: подрыв петард в старой выварке и броски презервативов с зеленкой с крыши на тротуар. Комментарии — сплошь школота.
И… перепроверяя собственную память, Иванов по новой запустил нашумевший в узком кругу ролик.
— О чём мыслишь? — пробасил шеф, заметив, что подчинённый повторно смотрит «Пранк над полицией».
— Малолетки какие-то сняли. Канал слабенький, текст не проработан, рекламы — и той нет. Монтаж на тяп-ляп, сюжеты тоже дрянь, на умственно отсталых рассчитаны... Детишки мечтают стать крутыми пранкерами, но фантазии не хватает. Всё, что смогли выдумать — высосано из пальца. Контент ради контента. По-хорошему, их надо поймать, выпороть, а родителей вызвать в школу.
— Эти... как их... блогеры, говоришь? Как же, припоминаю... случаются и такие.
Иванов тоже помнил. Довелось ему на заре карьеры в Департаменте пересечься с любителями экстремальных видео. Животных убивали с особым садизмом. Они тогда, с Антоном, по-своему разобрались. Жёстко.
Однако при шефе лучше прикинуться поражённым амнезией. Надёжнее для душевного спокойствия и нервной системы.
— Да. Придурки всякие. Пранкеры, тиктокеры. Есть и другие, не помню, как называются... Но случаются и интересные каналы! — инспектору отчего-то захотелось защитить всемирную паутину и современное человечество в целом. — Экспериментаторы, аналитики, научные каналы.
— Есть такое, — неожиданно согласился Фрол Карпович. — Умные люди везде попадаются. Сам изредка просмотрами балуюсь. Грешен... Ты, Иванов, ответь про службу. Чего в том видео нет?
— Меня. Я с Печатью ходил. Проверял объект.
— И я так заподозрил. То, что тебя на камеру засняли — чепуха недостойная. Вместо Печати у них свечение неясное отобразится. Вроде слабенькой лампочки. Ещё что-то необычное узрел?
— Больше ничего, — выполнив задачу, начальственный смартфон перекочевал к владельцу. — Дурацкая выходка для привлечения внимания. По нашей линии пусто. Захотят в полиции найти этого ребёночка — без проблем найдут и штраф выпишут за ложный вызов.
— Упустил... — борода начальства досадливо дёрнулась. — За сколько добрался до места?
— Минут пятьдесят, — у парня начало разыгрываться нехорошее предчувствие. — Вызвал такси. Пока мылся-брился — машина прибыла. Почти не ждал.
— Во-от! — назидательно протянул шеф. — А имел бы персональный автомобиль, не мешкая бы выехал.
Серёга поморщился. Намёки, да и прямые рекомендации получить водительские права, а потом всенепременно обзавестись машиной, он слышал регулярно. Высокое начальство даже деньги предлагало на покупку приличного транспорта, невозвратным кредитом.
Отказывался.
Для чего ему садиться за руль? То же такси удобнее и комфортней. Вызвал — приехало, отвезло. Добрался — уехало восвояси, не требуя поиска парковки в перегруженном городе и не ломаясь в самый неподходящий момент.
Но руководство считало иначе. Все доводы инспектора о дороговизне бензина, бесах, умеющих подчинять технику и оттого создающих повышенный риск жизни и здоровью, нелюбви к мелким хлопотам, неизбежно сопровождающим частный транспорт, разбивались о твёрдое:
— А коль товарища раненого к лекарю доставить нужда выйдет? Или злодея догнать? Или такси твоё обломается в пути, а где-то люди гинут? — после, обычно, шло увещевательное дополнение. — Машину заклятием оберечь можно. Топливо за наш кошт... В ухо бы, тебе, Иванов, вмазать для доходчивости и послушания.
 
Препирательства тянулись давно, и ни одна из сторон не собиралась уступать.
Между тем, внедорожник вырулил на одну из второстепенных городских улиц, ведущую к выезду из города.
— Куда мы едем? — забеспокоился подчинённый, вертя головой по сторонам. — Что у нас сегодня случилось?
В открытую улыбнувшись, Фрол Карпович с удовольствием, вкусно произнёс:
— В шоферскую школу. Надоел ты мне со своей придурью, Серёжа. Хуже горькой редьки надоел. Отдам тебя в учение. Будешь водительскую науку постигать!
В дверях тихо сработала автоблокировка, усиливая эффект от сказанного.
Поникший от таких новостей инспектор хоть выпрыгивать на ходу и не собирался, но за ручку подёргал, чем развеселил категоричное начальство.
— Пробуй, пробуй... Не сбежишь, — внедорожник повернул в ничем непримечательный проезд с указателем «Автошкола». — Попробуешь увиливать — накажу. Терпи достойно, стервец. А вот нас и встречают...
На открытой площадке рядом с одноэтажным, вытянутым зданием барачного типа, покрытым рекламой твердотопливных котлов, пластиковых труб и экспресс-курсов английского, стоял понурый, мятый мужичонка в кепочке. Чистенький, но какой-то... неприятный. Иванову хватило беглого взгляда, чтобы осознать всю бездну собственного падения и истовую серьёзность намерений шефа.
У автошколы их ждал вселившийся в человека бес.
(*) Обезъянник — помещение для временного содержания лиц, подозреваемых в совершении преступления.
 Глава 13 Контент 
Знакомство шеф оформил без проволочек. Остановился рядом с мужичком, открыл окно, отделываясь короткими, рублеными фразами:
— Привёз. Учи. Как уговорено, — потом к Сергею. — Выметайся на урок. Сроку тебе — три месяца. Расклад занятий обговоришь. Но чтобы службе не мешало!
Упоминание о приоритете службы над уроками вождения инспектора особенно покоробило. Мало того, что он сюда не рвался, так ещё и в свободное время автошколу посещай, причём в обязательном порядке.
Будто других дел у него нет!
На самом деле жаловаться, положа руку на сердце, было грех. Работа в Департаменте после полицейской деятельности казалась лёгкой прогулкой с плавающим графиком.
Нечисть жила, в основном, дружно, а всевозможные происшествия не сыпались на голову, словно из рога изобилия.
Случалось нечто нехорошее — вдумчиво разбирались, принимали меры. По пять заявлений в день, как на розыскной работе — такого инспектор не помнил.
Можно и поспать, если с утра аврала не предвидится, и внеплановый выходной себе организовать при большом желании. На это руководство смотрело мягко, без тыканья ненормированным рабочим днём и беспрестанным упоминанием обязательных тягот и лишений службы.
Но вот так, внаглую, лишать права на отдых — диктаторский произвол...
Насупившись от невысказанных претензий, Иванов выбрался из внедорожника, в знак недовольства громко хлопнул дверью, чем рассмешил всё понимающего шефа.
— Иди, иди!
Цветущий от укрощения строптивца Фрол Карпович посигналил на прощанье, озорно подмигнул, и резво укатил в неизвестном направлении.
— Давай знакомиться, — инспектор подошёл к бесу, по обычаю, квартировавшему в теле какого-то маргинала.
— Ты известная личность, — безрадостно протянул новый знакомый, сдвигая кепочку на затылок. — Пошли. Учить буду.
Кивок в сторону указал на припаркованную поодаль легковушку в характерных наклейках и с треугольником «У» на крыше.
— Теория потом?
— Теория вечером. Сейчас первый урок. Водить хоть немного умеешь?