Моя (не)любимая бывшая (СИ)

— Тогда почему она обвинила тебя в этом? Что происходит?
— Ничего не происходит, — талдычит он испуганным тоном. — Я подошел, сказал, что должен отвести ее к вам, а она обругала меня и сбежала в кадровый отдел.
На кой хрен ей в кадровый? Увольняться, что ли, собралась? Это как надо было пригласить ее в мой кабинет, что она тут же решила увольняться?!
Я кладу трубку и спешу вон из кабинета.
Спускаюсь, буквально кипя от гнева.
Ты ж посмотри, какие ценные кадры трудятся на проходной!
Сначала сестра Снежаны льет ей в уши всякую ересь, потом начальник переводческого отдела изрядно перегибает палку, а в добавление ко всему еще и охранники некорректно себя ведут.
Почему каждая скотина норовит мне все с ней испортить?
  
Глава 27. Невеста для Барсега
 
Барсег
Я без всякого стука или приглашения вламываюсь в кабинет отдела кадров.
Две служащие, сидящие по разные стороны кабинета, тут же выпрямляются, впечатывают в меня взгляды.
За столом у той, что справа, сидит Снежана. Судорожно сжимает в пальцах ручку, напряженно на меня смотрит.
— Здравствуйте, Барсег Артурович, — лепечет одна из служащих отдела кадров.
Блондинка с толстой косой, в упор не помню, как ее зовут, хотя она вроде бы представлялась мне несколько недель назад.
— Вы к нам по делу? Если что, мы готовы…
— Выйдите, — цежу строго.
Впечатываю взгляд сначала в одну служащую отдела кадров, потом во вторую, жестом указываю на дверь.
Снежана с обомлевшим видом смотрит, как обе девушки спешат на выход. К слову, они делают это очень спешно. Надо же, понятливый у нас кадровый отдел, хоть где-то без косяков.
Я подхожу к столу, за которым сидит Снежана, из-за ее плеча смотрю на лист бумаги, наполовину исписанный ее аккуратным почерком.
Заявление об увольнении…
Кто бы сомневался вообще.
Когда тяну к ней руку, Снежана вздрагивает, пытается отстраниться.
Игнорирую этот ее жест. Молча забираю у нее листок, с хрустом сминаю и швыряю в мусорное ведро, что стоит у стенки неподалеку.
Так же молча встаю перед Снежаной, буравлю ее взглядом.
— Что ты себе позволяешь?! — охает она и подскакивает с места.
— Что надо, то и позволяю, — рявкаю на нее.
Ибо есть пределы тому, что я могу вытерпеть. Даже от нее.
Шумно вздыхаю, стараюсь говорить спокойнее:
— Скажи, тебе так сложно было подняться ко мне? Нормально поговорить? Какая религия не позволяет тебе снизойти до простого человеческого разговора, Снежана?
— О чем мне с тобой разговаривать? — охает она. — Я видеть тебя не могу после того, что ты сделал! Я ведь не собиралась с тобой спать! Я ведь сказала тебе нет, а ты все равно… Ты даже виноватым себя не чувствуешь!
Да еб вашу мать, нехай…
Какой я нехороший, прямо изверг, обидел бедную девочку. А она ну ничем не заслужила.
— Снежана, достаточно, — говорю обманчиво спокойным тоном. — Хорошо, я переборщил с напором, признаю. Но это не повод — вот так…
— Переборщил? — взвивается она. — Вот как это называется?
— Не сходи с ума, успокойся, — продолжаю ледяным тоном. — Лучше объясни, на кой черт тебе увольняться? Я, по-моему, достаточно ясно дал тебе понять, что больше не имею к тебе претензий. В свете того, что между нами было или будет…
— Будет?! — Снежана одаривает меня бешеным взглядом. — Я видеть тебя не хочу! Я не хочу, чтобы ты возле меня крутился! И тем более я не хочу повторения того, что было в том номере…
Так вот оно что. Трахаться со мной она больше не желает. Как будто я человек второго сорта, с которым лечь в постель смерти подобно. Только если я заставлю.
Именно так Снежана сейчас и смотрит на меня — с нескрываемой злостью, обвинением.
Ты посмотри какая цаца! Ее злит одно мое желание продолжить отношения.
Посягнул на богиню, плохой я… Как я только мог! С — сарказм.
Меня моментально несет по кочкам:
— А с чего ты решила, девочка, что я буду вокруг тебя виться?
Внимательно на нее смотрю, жду ответа.
— Ты не оставляешь меня в покое, — шипит она. — Преследуешь и дома, и здесь…
 
— Я всего лишь хотел прояснить ситуацию, — нагло ей вру. — Я не собирался и не собираюсь вокруг тебя виться. Много чести! А то, что под юбку полез, так ты просто под руку попалась. Много там себе не надумывай, мне в тот вечер вообще без разницы было, твоя это будет юбка или чья-то еще.
Что я несу, а? Кто-нибудь объясните мне, на хрена я ей все это говорю?
Но, как ни странно, именно это действует.
Снежана резко меняется в лице, выглядит ошарашенной.
Я добился своего, сбил с нее спесь, обескуражил.
— Переспали разок, оскомину сбил, больше не интересна, — продолжаю безразличным тоном.
— Тогда зачем ты за мной гоняешься? — вдруг оживает она. — Зачем домой приходил? Фрукты эти притащил! Ты не оставляешь меня в покое…
Я окончательно вхожу в раж:
— Не путай повышенный интерес с банальной вежливостью. Если хочешь знать, у меня есть невеста.
— Невеста? — Она смотрит на меня не верящим взглядом.
— Невеста, — киваю ей со всей серьезностью. — У меня что, не может быть невесты? Или не веришь?
Я выхватываю из кармана телефон, быстро нахожу фото девчонки, которое мне присылала мать некоторое время назад. Мне ее по факту заочно сватали, так что почти не соврал. А про то, что я забраковал эту кандидатку мне в жены, Снежане знать совершенно не обязательно.
— Значит, ты помолвлен… — она с трудом дышит.
Я. Ее. Уел.
В груди расплывается сладкое чувство победы.
Что, милая, не нравится? Целую неделю уничтожала меня полным игнором, получи ответную подачу!
— Помолвлен, — киваю. — Так что твои фантазии про то, что я собираюсь виться вокруг тебя, малость не соответствуют действительности. У тебя своя жизнь, у меня своя. Сиди в своем переводческом отделе, работай спокойно. А я буду заниматься своими делами, которые мне гораздо более важны, чем ты. Кроме твоих профессиональных навыков, меня в тебе вообще ничего больше не интересует, об этом я и хотел с тобой поговорить, чтобы ты там себе ничего не надумывала. Это ясно?
— Ясно, — кивает она.
Я тоже киваю.
Разворачиваюсь и ухожу.
Напоследок замечаю, что что-то в лице Снежаны меняется.
Еще недавно она безумно злилась на меня, а теперь… Будто бы презирает. Это выражение появилось на ее лице ровно в тот момент, когда я сказал ей про невесту.
Господи, зачем я это ляпнул, а? Неужели так сильно задело ее нежелание со мной спать? Что за хрень я ей вообще только что наболтал? Ведь другое хотел сказать!
  
Глава 28. Сильная девочка
 
Снежана
Из отдела кадров я буквально выползаю.
Разговор с Барсегом выкачал из меня всю энергию до капли.
Кое-как дохожу до лифта, забираюсь в кабинку, на автомате еду на свой этаж.
Барсега уже и след простыл, поди сидит там в своем кабинете и посмеивается над тем, сколько мерзостей мне наговорил.
А я…
А я останавливаюсь у переводческого отдела.
Своим уставшим мозгом никак не могу решить, что сделать.
Зайти и сесть на место или…
Нет, ну какой же ублюдок!
Это уму непостижимо, как он поступил.
Переспал со мной, как будто так и надо, а сам ведь помолвлен! Где его совесть? О чем он вообще думал, когда так поступал? Вообще… Кем надо быть, чтобы так сделать? Потом еще без всякой совести заявиться ко мне, требовать каких-то разговоров.
Я разное о Барсеге думала, но в одном отчего-то была уверена на сто процентов — в его верности.
Когда он звал меня замуж, поклялся, что для него существую только я. Что других женщин просто нет, он их не видит, одна я важна.
Как же это льстило мне, как приятно было осознавать, что я настолько особенная в его глазах.
Пожалуй, в те счастливые месяцы, пока мы были вместе, я готова была поклясться чем угодно, что он никогда не изменит. Я верила, что он хранит обещание, вплоть до того момента, пока не случилось то, что случилось.