Содержанка (СИ)

Кофе закипает, быстро снимаю турку с плиты, разливаю по чашечкам.
— Я сама доеду после больницы, не переживай.
Ставлю чашки на стол, присаживаюсь.
Мама улыбается.
— Что? — не понимаю.
— Кажется, у тебя хорошее настроение. Будто солнышко лучиком согрело. — Она тянется и касается пальцем моего носа.
— Мам! — Отвожу глаза, чуть смутившись. — Нормально всё. Я же пообещала, что без глупостей. Никаких полетов с крыш и дури. Лечусь, учусь, живу. Поеду на лекции, буду готовиться к сессии. Сдам ее хорошо.
Мама невероятно много сделала для меня. Ей пришлось оставить работу, чтобы возить меня на тренировки, соревнования. Я помню, сколько раз она аккуратно предлагала бросить спорт. Я впадала в истерики и объявляла бойкоты. Глупая была, не понимала, что ради меня ей приходилось терпеть отца. Постоянные ссоры, ревность, букеты роз. Как только я переехала в Москву к Андреевой, мама сразу же вернулась к работе. Но уйти от отца получилось значительно позднее.
— Умница, Ива. — Она прижимает руку к сердцу и выдыхает. — Я очень ждала этот день. Мы прорвемся.
— Конечно. Даже не сомневайся.
Не могу дать ей понять, насколько мне плохо. Мама сразу начнет винить себя, что отдала меня в спорт и шла на поводу. Поэтому держу лицо. Из-за постоянной игры между нами пропала былая искренность, ее очень не хватает. Но ничего не могу поделать. Перевожу тему.
— Ты уснешь после кофе? — Отодвигаю от мамы чашку и хитро подмигиваю. — Я крепкий сварила. Ты знаешь, какой могу!
— А я спать и не планирую. — Она притягивает чашку обратно, делает глоток. Смакует и одобрительно кивает: — Идеально.
— Сергей приедет?
Мама работает медсестрой в частной клинике «Ближе» и неплохо получает по сравнению с тем, какие доходы имела в нашем родном городке.
Эту квартиру мы купили четыре года назад: я получила первую крупную сумму от спонсора и встал вопрос, что с ней делать. Поначалу планировали отремонтировать нашу двушку под Воронежем, но Алла Теодоровна посоветовала хорошо подумать. Мы подумали и оформили ипотеку в столице. Спустя полгода умерла бабушка, которую мама дохаживала. На следующий год родители развелись, и мама переехала в столицу.
— Я только за! — примирительно улыбаюсь.
Сергей появился в маминой, и моей заодно, жизни восемь месяцев назад. Он работает охранником в той же клинике и поначалу раздражал одним своим присутствием, но постепенно я начала привыкать.
Он действительно хорошо относится к маме и заслуживает шанса.
— Нет, поеду на собеседование. — Мама тут же поднимает руки: — Ива, не ругайся! Все будет хорошо. Я нашла интересную вакансию недалеко от дома. Там график удобный. Да и работа легкая.
— Ты медсестра, у тебя нет легкой не ответственной работы. Тем более ты все делаешь с душой. Мама, куда ты после смены? Гипс снимут, и я найду работу...
— Да, и будет моя чемпионка, моя звездочка разносить кофе в забегаловке!
— Будет, а что такого? — вспыхиваю моментально. У самой, конечно, ком в горле, но это всё такие мелочи, что и думать не буду. — Я хороший варю! — Понижаю голос: — И я никакая не чемпионка. Обычная.
Мама недовольно цокает языком. Она очень мной гордилась.
— Сессию сдай, там посмотрим. Я поработаю, авось втянусь. В «Ближе» у меня хороший график и с начальством прекрасные отношения.
Деньги заканчиваются. Уже несколько месяцев я не получаю ничего. Спонсоры, ко всему прочему, еще и оштрафовали за порочащую их имидж речь, вычли там что-то, благо Андреева нашла решение.
Несколько равнодушных к природе предложений перед камерой — и всё, ты навсегда изгой для этого толерантного мира.
— Можно продать машину, — предлагаю я.
— Думала уже. Она в кредите, немного выгадаем, но хоть частично покроем взносы. — Мама обводит кухню задумчивым взглядом, будто впервые видит. — Менять квартиру нужно, не тянем мы. Но не готова я распрощаться. Это самое красивое жилье, которое у меня было. Самое-самое. Вроде бы решу уже всё, а потом руки сами тянутся поискать вакансию. Может быть, как-то перетерпим, ужмемся и все-таки выплатим эту ипотеку?!
 
Мы переглядываемся и улыбаемся — хорошее было время. Мама переехала в Москву, устроилась, доделывала ремонт, покупала мебель. Я приезжала на выходные.
— Так что, Ива, схожу на собеседование, обсудим график. Вдруг получится.
Мама вновь пьет кофе. Она у меня боец, конечно. Очень изменилась, как ушла от отца. В себя поверила.
Или, может, правильнее сказать, стала собой прежней? Похорошела даже. Сергей вот нашелся. Почему бы и нет: я была в спорте, мама жила одна. Молодая, красивая женщина. У нас одинаковые форма губ и разрез глаз. Длинные темные волосы. Сколько сотен раз мама ждала меня с тренировки! Возила в школу олимпийского резерва. Во всем себе отказывала, чтобы отправлять на соревнования.
Она так плакала, когда меня хвалили. От радости.
— Мамуль, — говорю бодро. Пульс ускоряется, не очень комфортно обсуждать с ней эту тему, но... Куда уже деваться? — Ты пока повремени с собеседованиями. Возможно, нам помогут с ипотекой.
— Кто поможет? — заинтересовывается она.
— Кажется... у меня появился поклонник.
 Глава 15 
— Ладно, мам, посмотрим, — произношу быстро. — Мне нужно в клинику собираться.
— Еще рано. И мы не договорили.
Я захожу в комнату, мама по пятам. Да господи! Открываю створки шкафа, перекладываю шорты с полки на полку, выбирая. Джинсовые или велосипедки?
— Ты же сама говорила найти парня! Увлечься кем-то, — бормочу под нос. —А тут, оказывается, резко против! Так что мне делать? Я путаюсь.
— Найти парня и увлечься им, а не просить у него денег.
Жесть.
— Он просто ухаживает!
— Ухаживать — это угостить кофе, а не гасить ипотеку! Ива, что он о тебе думать будет? Какое отношение к девушкам, которые продают себя?
— Да я не продавала! — всплескиваю руками. — Он сам оплатил лечение, сам предлагает постоянно! — Мурашки бегут по коже, кусаются. — Для него это не проблема! Он даже не заметит эти суммы. Ну что мне, отказываться?
— Конечно. — Мама демонстративно медленно вздыхает, чем еще сильнее выводит. Потом присаживается на диванчик и просит присоединиться. — Давай поговорим.
Я закатываю глаза, повинуюсь. Мама берет за руки, взгляд ловит.
— Доченька. Доча.
Качаю головой и отворачиваюсь.
— Он мне нравится. Правда. Симпатичный, с ним интересно. И... он ко мне внимателен. Очень. Лилии были от него. Я не чувствую себя ущемленной рядом с ним. И вообще... меня с ним Андреева познакомила! Она бы не отдала меня кому попало!
Говорю эти слова, а у самой протест внутренний. Отторжение скручивает нутро, аж дурно. В душе я полностью согласна с мамой. Просто так не хочется, чтобы она шла на еще одну работу! Это ужасно несправедливо. Мы всё поставили на спорт и просчитались.
— Если он тебе нравится, Ива, то конечно, попробуйте, — произносит мама чуть мягче. — Но деньги пока не бери. Присмотрись. Никто просто так не даст красивой девушке миллионы. Девочка моя, — она улыбается. — Ты не представляешь, как я хочу уберечь тебя.
Опускаю глаза. Продолжаю зачем-то упираться, неясно кого уговаривая, маму или себя:
— Мужчины ведь содержат своих девушек. Просто так. Без условий. У Андреевой муж сама знаешь кто.
— Содержат жен или будущих жен. Но тогда в паре идет сильный взаимообмен энергиями. Мужчина получает уважение, поддержку. Ощущение бесконечной веры в него. И самое главное — бескорыстие. Андреева с мужем с института, она выбрала простого студента, если мне не изменяет память. Которого потом еще и отчислили. Даже в таких союзах возможен разлад, а что говорить, если отношения начинаются с корысти: дескать, он должен меня обеспечивать, а я фея! Ни к чему хорошему такое не приведет. Мужики не дураки, они чувствуют, когда их кошелек интереснее, чем они сами. И относятся соответствующе. Тебе только двадцать один.