Современный венгерский детектив
— А кто его родители? — спросил Фельмери.
— Не знаю. Я не проверял. Не думал, что это существенно.
— Посмотреть не мешает, — посоветовал Кара. — Меннель жил у них. Желательно знать об этом семействе все. Словом, как можно больше.
— Хорошо, я себе заметил, — сказал Балинт. — Есть еще одно обстоятельство. В документах оно, правда, не отражено, но хочу обратить на это ваше внимание: до войны Матэ Табори проживал в Дании. После оккупации страны сражался вместе с датскими патриотами против нацистов. В сорок втором он и его жена были схвачены гестапо и отправлены в Бухенвальд, где пробыли вплоть до освобождения лагеря.
— Это интересно. А его сестра?
— Она жила всю войну в Будапеште. Преподавала рисование в гимназии. В сорок четвертом году эвакуировалась, спасаясь от бомбежек, сюда. Стала художницей. После смерти золовки решила замуж не выходить, а посвятить себя воспитанию племянницы и приемного сына. Так говорят.
Кара промолчал. Полковник не любил старых дев. Даже если они приносили себя в жертву чему-то, подобно этой Бланке Табори. Не пожелала, значит, выйти замуж? А ведь супруги Шалго говорят, что в молодости она была на редкость красивой женщиной…
Кара перелистал свои заметки. Теперь он уже ясно представлял себе, что следствие нужно вести сразу в двух, а вернее, даже в трех направлениях. Тогда можно рассчитывать на успех. Прежде всего нужно собрать всю необходимую информацию о гамбургской фирме «Ганза». Возможно, Домбаи уже раскопал что-нибудь в картотеке министерства. Далее нужно установить, с кем встречался Меннель в последние дни, о чем говорил, как себя вел. В-третьих, надо обязательно найти того человека, с которым он виделся и гулял по пляжу вечером накануне своей внезапной гибели. Описание внешности незнакомца довольно неопределенно, известно только, что он говорил по-французски. Это, разумеется, еще не значит, что неизвестный был действительно французом…
Полковник подробно обсудил с Балинтом все, что предстояло тому сделать, после чего вместе с Фельмери вернулся на виллу Шалго. По дороге Кара снова пробежал глазами заключение судебно-медицинского эксперта. «Итак, непосредственная причина смерти — удушье, — думал он. — Судебный медик считает, что смерти предшествовала драка, борьба. Меннеля сначала задушили, а затем бросили в воду…»
Шалго не оказалось дома. Кара отправился на поиски и нашел его в особняке Табори. Войдя, Кара отрекомендовался, пожал руку профессору и его племяннику, затем представил им лейтенанта Фельмери. Профессор предложил гостям коньяк и кофе.
— Спасибо, не станем отказываться, — ответил Кара. Помешивая ложечкой кофе, он поглядывал на Табори, рассказывавшего о своем знакомстве с Меннелем.
Собственно говоря, ничего нового Кара в его рассказе не услышал. Но все же он решил задать несколько вопросов.
— Фирма «Ганза» была вам известна еще до приезда сюда Меннеля? — спросил он.
— Нет, — покачал головой Табори, — я и понятия не имел, что она существует на свете.
От Фельмери, сидевшего поодаль, не ускользнули ни настороженный взгляд инженера Казмера Табори, ни его ироническая усмешка.
— А скажите, профессор, вы не удивились, что Виктор Меннель предложил вам купить именно те предметы лабораторного оборудования, которые были перечислены в ваших собственных списках? — Кара внимательно посмотрел на профессора.
— Н-нет. Хотя сейчас, когда вы об этом меня спросили… Действительно странно… Минуточку… — Профессор вышел из гостиной. По всему было видно, что вопрос полковника поверг его в замешательство.
— А ведь приятно, когда человека убивают на берегу Балатона, — вдруг сказал Казмер.
— Приятно? — не веря своим ушам, переспросил Кара. — Кому?
— Простите, я, может быть, неточно выразился, — поспешно добавил инженер. — Я хотел сказать, насколько вам и вашим товарищам приятнее и легче работать в таких цивилизованных местах, как наше, чем, скажем, в какой-нибудь деревушке у черта на куличках. Тут можно между допросами сходить на озеро искупаться, даже поудить рыбку. Да и убийце тоже, наверное, было проще спрятаться в камышах и даже… умыть руки. В буквальном смысле.
— Вы знаете, об этом я как-то не подумал, — признался Кара. — В одном, однако, вы ошибаетесь. Меннеля убили не на берегу озера, а в лодке.
— Могли убить и на берегу.
— То есть как это?
— Очень просто: сбили с ног, задушили, а потом, погрузив в лодку, отплыли от берега подальше и…
— Вы считаете, что убийца был не один?
— Могло их быть и несколько, — совершенно спокойно подтвердил Казмер. — Но предположим даже, что преступление совершил один человек. На берегу. Убив Меннеля, преступник погрузил его тело в лодку, отгреб от берега и в подходящем месте сбросил труп в озеро.
— А как же, по-вашему, произошло само убийство? — Полковник сделал несколько глотков из чашечки. А Фельмери, как загипнотизированный, не мог оторвать глаз от сильной, мускулистой руки Казмера.
— Над этим я еще не задумывался, — признался Казмер. — По правде сказать, этот тип мало меня интересовал.
— Он вам не нравился?
— Он был мне просто противен! Заносчивый, наглый мерзавец.
— Казмер не терпит конкуренции, — спокойно заметил Шалго.
— Папаша, вы считаете, что и я тоже заносчивый?
— Не всегда. Но в данном случае — да.
Между тем возвратился профессор Табори. Он был заметно взволнован.
— Вы правы, полковник. Я должен был обратить на это внимание. Вот посмотрите. — Профессор разложил на столе документы. — Здесь перечень необходимого институту оборудования, составленный для конкурса на поставку, вот предложения французской, английской и шведской фирм, а в самом конце — предложения фирмы Меннеля. Нетрудно установить, что предложения «Ганзы» буквально по всем пунктам повторяют перечень нашего списка. А это для меня как раз и непонятно.
— Между тем все очень просто и ясно, — возразил Шалго. — Фирма «Ганза» имеет специальных сотрудников-телепатов, которые могут на большом расстоянии угадывать, какое лабораторное оборудование требуется, например, профессору Матэ Табори.
— Более того, — вмешался в разговор молчавший до сих пор Фельмери, — им доподлинно известно, за какую цену готовы поставить ему это оборудование французы, англичане и шведы.
— Уж не думаешь ли ты, Оскар, что я вступил в сговор с Меннелем?
— Ну что ты, дядя Матэ! — засмеявшись, сказал Казмер. — Ты все еще не привык к приемам папаши Шалго? Старик только закинул удочку. Наживка — на крючке, и теперь он ждет, какая же рыбка на нее клюнет.
— Верно! — подтвердил Шалго. — В этом и состоит мой секрет сыска. Хорошая приманка и великое терпение!
— А у вас она есть, хорошая приманка-то? — полюбопытствовал Казмер.
— Есть, Казмерчик. И терпение мое тоже беспредельно.
— Одно совершенно очевидно, — заметил Кара, продолжая просматривать документы, принесенные профессором, — что в «Ганзе» довольно точно знали план расширения и финансирования вашего НИИ. Знали также, какие предложения на поставки в суммарном выражении сделали ее конкуренты. Следовательно, люди Меннеля были связаны с кем-то из сотрудников НИИ. По-моему, это логично.
Казмер встал, потянулся, налил себе в рюмку немного коньяку и выпил.
— Логично. Но только при одном условии, — сказал он, обращаясь к полковнику. — Если бы конкурсные требования не были известны еще где-нибудь. А их знали, по-моему, сотни людей. Например, работники министерства внешней торговли. Наши торгпредства в Лондоне, Стокгольме и Париже. Хотя могло быть и так, что Меннель добыл их у своих конкурентов. Известно ведь, что все мировые фирмы пристально следят друг за другом.
— Откуда вам это известно? — спросил Кара.
— От вас.
— От меня?
— Да. Я прослушал специальный цикл лекций в МИДе.
— Казмер назначен в Москву секретарем смешанной советско-венгерской комиссии по научно-техническому сотрудничеству, — пояснила Лиза. — Через три недели он уезжает.
— Так вот, одну из этих лекций — о подрывной деятельности некоторых иностранных разведок — прочитали нам вы, товарищ полковник. Вас я и процитировал сейчас.