Как и пела Ронни...(СИ)

– У них романтический вечер: ресторан, театр и фиг знает что еще. Вернутся они нескоро. Мама, кстати, наготовила еды на десятерых.
– Отлично, – кивнул Джаред и потащил Дженсена на кухню.
И как только перед Дженсеном появились все изыски домашней кухни семьи Падалеки, он понял, насколько голоден.
– Братец, а что ты с ним делаешь, что он так ест? – прошептал Джефф.
Братья сидели за столом напротив Дженсена и с легким изумлением наблюдали, как тот буквально лопает все, что только можно. Разве что солонку с перцем оставил в покое.
– Хм… Вообще, думается мне, он совсем с ума сошел со своей подготовкой к тестам. Полдня проспал у меня в машине, пока я был на тренировке…
– Чудной какой-то.
– Ну, все-таки ботаник, – закатил глаза Джаред.
Дженсен их даже не слушал, занятый ужином.
– И ты на это променял такую девушку, – продолжал сокрушаться Джефф.
– Так ты, мне казалось, очень даже рад, что я ее променял, ведь теперь ты можешь за ней увиваться, – наставив на брата вилку, заметил Джаред.
– Не спорю, Данниль – милашка. Но уровень снобизма и самолюбия отбивает все желание подходить к ней.
– И именно поэтому я даже видел ее в кедах рядом с тобой, угу, – фыркнул Джаред.
У Дженсена запищал телефон и он, не отрываясь от тарелки, принялся читать смс. Потом хмыкнул, набил ответ и продолжил трапезу.
– Кто там был? – поинтересовался Джефф.
– Харрис. Она идет сюда, – прочавкал Эклз с совершенно невозмутимым видом.
– Ну, блин, отлично, – вздохнул Джаред.
– А что тебе не нравится? – спросил брат.
– У меня завтра игра.
– И?
– Мне нужно отдохнуть, – с нажимом произнес Джаред. – Я собирался завалиться на диван и посмотреть кино, а потом пойти спать.
– Так уж и спать? – усмехнулся Джефф.
– Представь себе, – съязвил Джаред.
Дженсен, наконец, очнулся и виновато посмотрел на Джареда.
– Черт, я… не подумал, – повинился тот.
Джефф отправил в рот кусочек мяса и изрек:
– В таком случае, я развлеку вашу даму. А вы, – он глянул на обоих парней, – доедаете и валите отсюда. Родителям я скажу, что вы ушли к Дженсену заниматься перед тестами.
– Но она хотела о чем-то поговорить, – возразил Эклз.
– Завтра и поговорите.
Дженсен глянул на уставшего Джареда и кивнул.
– Пожалуй, хорошая мысль. Но спать будем в разных комнатах, – нахмурился он. И снова принялся жевать.
Джаред на это фыркнул, но промолчал.
Оказавшись дома у Дженсена, они устроились в гостиной вместе со свинками и принялись смотреть “Теорию Большого взрыва”. Вначале они действительно просто смотрели, но потом… Джаред не мог отказать себе в удовольствии полапать Дженсена. Тот отбивался, напоминал его же собственные слова об отдыхе перед матчем. Джаред оставался глух к его словам. Вместо этого он сполз на пол и слегка попрактиковался в минете. Дженсен снова сопротивлялся, но лишь до тех пор, пока его не коснулись теплые пальцы. После этого у него не осталось сил спорить.
Спали они вместе, причем Дженсен не помнил, как оказался в постели. Зато помнил теплое тело и сильные руки, которые его обнимали…
Проснулся он в одиночестве. Джареда не было. На прикроватном столике он увидел сложенный вдвое листок бумаги, на котором было написано его имя. Почерк Джареда он узнал.
“Прости. Должен уйти.”
И ниже:
“Кажется, ты больше, чем просто нравишься мне.”
И подпись – буква Джей, как первая буква в имени Джареда.
– Чего? – растерянно уставился на листок Дженсен.
Потом еще раз перечитал написанное. И еще два раза. А потом сидел и улыбался совершенно тупой улыбкой даже по собственным меркам.
Упав на подушку, Дженсен положил записку обратно, глянул на часы, которые показывали полшестого утра и вздохнул. После такого очень хотелось, чтобы Джаред был рядом, просто чтобы можно было его поцеловать. Но он ушел. Интересно, куда…
Звонить Дженсен не стал. Поворочавшись еще немного, он наконец-то заснул, рассчитывая уже в школе выдать Падалеки подзатыльник за исчезновение. А потом поцелуй украдкой, если выйдет.
Но к его удивлению, и не сказать, чтобы приятному, Джареда в школе он не видел. До обеда. Тогда и выяснилось, что Падалеки был поле. Заметив своего парня на поле вместе с несколькими игроками, Дженсен прищурился и с выражением, не предвещавшим ничего хорошего, на лице, направился к ним.
 
Джаред заметил его не сразу, и оттого лицо Дженсена было отлично видно. Он понял, что сейчас, возможно, будут бить.
Отдохнуть ночью у него не получилось. Лежа в кровати рядом с Дженсеном, он ловил себя на мысли, что испытывает к парню совсем иные эмоции. Более глубокие. Более тонкие. Более сильные. “Наверное, это и есть любовь”, думал он. Даже к Данниль он чувствовал что-то другое, не такое. Унижение ради секса, как и сказал тогда Дженсен. Теперь же все было иначе. Его это… не напугало, но озадачило. Он понял, что не заснет рядом с объектом этих эмоций. Малодушно. Да. Он и не отрицал. Он надеялся, что сможет хоть немного поспать дома. Но и дома поспать не удалось. Он ворочался, забывался ненадолго беспокойным сном. В итоге встал, попросил маму сварить себе кофе и выпил его чуть ли не залпом.
– Что-то случилось, дорогой? – обеспокоенно спросила она, наблюдая за усталым сыном, хотя тот должен быть бодр и свеж.
– Нет, – ответил он.
– И давно ты стал обманывать меня? – мягко спросила она.
– Я не… – он вздохнул. – Кажется, я влюбился.
– Это же хорошо, – улыбнулась мама.
– Надеюсь, – покивал он.
Тренер Морган без вопросов освободил его от занятий на сегодня ради матча и Джаред с чистой совестью спрятался на поле.
Подойдя к краю поля, Дженсен скрестил руки на груди и уставился на Джареда.
– Капитан, у меня такое чувство, что тебе сейчас ввалят, – усмехнулся стоявший рядом Чад.
– У меня такое же… – пробормотал Джаред. Вздохнув, он подошел к Эклзу. – Привет.
– Угу. Ты пропал. Я думал, в школу мы вместе ходим, – надулся тот.
Выглядел Дженсен опять неважно. Впрочем, неудивительно, у него сегодня было пять тестов и три из них по дополнительным дисциплинам.
– Прости. Я…
– Придурок ты, Джаред, – покачал головой Дженсен. – У меня сейчас тест, я пошел.
– Стой! – Джаред схватил его за руку.
– Что?
– Я… Черт, Дженс, у меня сейчас нет на это времени, – Джаред выглядел виноватым. – Ты…
– Что я? Что-то не так говорю? Или делаю? Или что?
– Ну… да.
– Ясно. Я ошибся. Ты – не придурок. Ты – козел, Падалеки, – сообщил Дженсен. Дернув рукой, освободил рукав.
– Я же правду написал!
– И трусливо сбежал, ага, – покивал тот.
– Ну да, сбежал… Потому, что мне, правда, страшно!
– А мне, значит, нет? Или ты думал, раз я трахаюсь с мужиками, то и влюбляться для меня – обычное дело? Да мне доверять людям сложно, не то что кого-то любить, – Дженсен застегнул толстовку под горло и засунул руки в карманы. – Ладно. Черт. У тебя тренировка и игра. А у меня тесты. Потом поговорим. Если захочешь, конечно, – после чего развернулся и пошел к школе.
– Дженс!
Тот не отреагировал и скрылся в дверях.
– Напортачил? – спросил вставший рядом Уэллинг.
– Судя по всему, да.
Тот хмыкнул:
– Сам недавно понял, что все это… очень сложно.
– Да уж…
Дженсен же, пройдя через коридор, вернулся в класс, где у них проходили уроки химии, и тихо позвал:
– Мистер Доррит, можно?
– Дженсен? Да, проходи, – мистер Доритт оторвался от бумаг.
– Я хотел узнать, как Джаред сдал тест.
Учитель улыбнулся:
– Все хорошо. Средний бал.
– Не проходной?
– Нет. Выше на пять пунктов. Ты смог его подготовить. Так что тебе я тест засчитал автоматом, в школьной ведомости оценка уже стоит.
– Спасибо, – Кивнув, парень попрощался с Дориттом и вышел в коридор. Где стояла Данниль Харрис с его рюкзаком.
– Забыл после теста.
– О. Спасибо, – парень забрал рюкзак и повесил на одно плечо.