Школа Хизер Блоссом. Часть 3 (СИ)

Магистр медленно выдохнул. Первый импульс поехать во Францию и встретиться с трикветром оказался самым разумным. Потом можно будет связаться с родителями и успокоить их, а через несколько дней вернуться в Ирландию и разобраться с подчиненными. Но сначала увидеть сестер, если кто-то и готов рассказать ему правду, то только они.
Ренар еще раз проверил карманы, найдя телефон и портмоне. Он слегка усмехнулся, обнаружив, что зарядка на айфоне кончилась. Ренар огляделся в поисках кафе, где, скорее всего, можно было это исправить. А потом уже отправляться в аэропорт Бристоля.
Марсель встретил магистра, как старого друга, не разочаровав ни на миг. После привычной серовато-бежевой Франции южный портовый город всегда казался Ренару более близким к Италии — шумный и пестрый, сливший в себе энергии и культуры многих народов и даже рас, наполненный ароматом моря, специй и сырой рыбы. Доехав от аэропорта до улицы Сен-Лоран, магистр, неоднозначно усмехаясь, решил пройтись до нужного дома пешком, в том числе и для того, чтобы потянуть время до психологически сложной встречи.
Светлый дом на исторической узкой улице он нашел сразу — бывал тут много раз, но всегда с хозяйкой квартиры. К счастью, консъерж оставался прежним и узнал его. Ренар поприветствовал вулгара кивком — отчего-то тот не вызывал раздражения, как прочие из его племени — и взбежал на этаж, уже не в силах тянуть время.
Одетт открыла быстро, не спрашивая, кто пришел — доверяла охране у входа — и безмолвно привалилась к косяку, смотря на магистра снизу вверх. Ренар тоже молчал, секунды тянулись, и даже стук сердца больше не ощущался.
— Кого там… принесло? — весело спросила из комнаты Женевьева и выглянула в коридор. Вскрикнув, она в тот же миг бросилась Ренару на шею. Магистр обнял Вьев, свободной рукой подхватил Одетт, и они вместе вошли в небольшую светлую гостиную. Магистр опустился на низкий диван, усаживая женщин рядом с собой.
— Как?! Это невозможно!.. — плачуще восклицала Женевьева, сжимая руки Ренара в своих, точно опасаясь, что он сейчас растворится в воздухе.
Молчание Одетт волновало магистра куда больше, она так и не произнесла ни звука с момента как увидела его, только смотрела широко раскрытыми глазами и тяжело дышала. Ренар наклонился к ней, обнимая за плечи, и с силой поцеловал, слегка укусив за нижнюю губу. Одетт слабо всхлипнула, потирая рот, и прижалась лицом к широкой груди магистра, наконец-то расколдовываясь.
— Немедленно скажи, чем ты заплатил за это чудо, — невнятно пробормотала она.
Ренар крепко прижал ее к себе, ощущая под одеждой выпирающие косточки — его хрупкая О будто стала за прошедший год еще субтильней.
— Самое страшное, что не знаю, — ответил он. — Фейри вывела меня, но, похоже, теперь я стал одним из них.
Магистр взглянул на сестер.
— Честно говоря, я голодный. Последнее, что я ел… — он усмехнулся, — был глоток крови. И, хотя мне, несомненно понравилось, это не особо насытило.
Одетт кивнула, Ренар с юности был большим ценителем ее кулинарных способностей. Приготовление еды немного успокоило и отвлекло ее, в то время как Вьев, которая была категорически неприспособленна к домашнему хозяйству, предпочла оставаться в объятиях магистра.
— Так что там с кровью? — вернулась О к разговору, когда магистр опустошил добрую половину исходящих паром тарелок.
Ренар слегка сдвинул брови.
— Допускаю, что вам не понравится, но своим возвращением я обязан моей предшественнице и ее внучке. Похоже, они весь год это планировали.
Обе женщины слабо вскрикнули и переглянулись.
— Я тебе говорила! — воскликнула Женевьева.
Одетт слегка оскалила зубы.
— Никогда я бы не стала одалживаться у старухи! И кто бы мог подумать, что она будет на нашей стороне?
Она посмотрела на брата.
— Директора Бретани и Шотландии ничего не сделали, только ирландец слегка трепыхался. В Магистериумах явных предательств не выявлено, но все пустили на самотек. Да и что мы могли сделать, нам пришлось довериться Баркли, только у него получается общаться с темными.
 
Ренар отодвинул пустую тарелку и удовлетворенно вздохнул.
— Думаю, вы все сделали правильно, ведь в конечном итоге я с вами. А чем кровь темной фейри обернется для меня я скоро узнаю.
На несколько мгновений его кровь будто нагрелась. Элинор была так близко и разговаривала непривычно смело. Взбудоражила и снова исчезла. Магистр встал.
— Нужно позвонить моим родителям, — он обеспокоенно покачал головой. — Надеюсь, они перенесут это известие. И вот еще что!
Он достал из внутреннего кармана пергамент, полученный у Энии.
— Я верю в судьбу. Мне нужно было попасть в тот мир и получить этот документ. Он ждал именно меня!
Одетт и Женевьева, обнявшись, почти вцепившись друг в друга, сидели на кухне, прислушиваясь к тому как Ренар выбирает слова, разговаривая то с отцом, то с матерью, будто те вырывали друг у друга трубку.
— Милые мои, идите сюда! — наконец услышали женщины из коридора и, держась за руки, вышли.
Ренар стоял у входа в спальню Одетт. Услышав сестер, он обернулся через плечо.
— Ужасно… просто неимоверно устал. Хочу отдохнуть.
✧☽◯☾✧Начало июля✧☽◯☾✧Убежище✧☽◯☾✧
— Значит, вы вернули магистра? — подытожила Агни, выслушав рассказ подруг о последних событиях.
Элли услышала в ее голосе слабую обиду.
«За то, что не рассказали сразу? И не взяли с собой? — подумала она. — Бабушка не велела, а я сама… даже не догадалась».
Уезжали они второпях, вдобавок приходилось выслушивать эмоциональные возгласы Бри, а бабушка только подгоняла.
— Ну хорошо, раз так, — Агни умиротворенно улыбнулась, и Элли перевела дыхание.
— Только… проверками теперь замучает, — Агнесс потянулась к пакету с печеньем, в который они трое время от времени запускали руки.
— Почему? — встрепенулась Брианна.
Агни флегматично пожала плечами.
— Раньше он мог только летом приезжать. Если я правильно поняла, после всего магистр Ренар вроде Драммонда или Робина. И через Вуаль пройдет.
Бри поперхнулась крошками, а Элли распахнула из без того огромные глаза.
«Да что я! Совершенно об этом не подумала!»
— Мистрис Катриона… — Агнесс задумчиво покрутила головой, — не обрадуется.
Сердце Элли будто сжала невидимая рука.
— У него, наверно, времени не будет, — пробормотала она неуверенно и отложила еще не надкушенное печенье — аппетит внезапно испарился. — Магистра год не было!
— Что ему тот год, — абсолютно спокойно ответила Агни. — Ты ему бессмертие подарила, магистр Ренар теперь у Ордена навсегда.
Бри отчаянно пискнула.
— А как же я! И моя связь с камнем?
— Да какое из тебя начальство! — отмахнулась рациональная Агни и взглянула на Элинор. — Ты попроси его о защите перед Королем. Ренар может ему приказать.
Элли задумчиво оперлась подбородком на ладони.
— Я думала об этом, — призналась она, — но… я боюсь. Магистра боюсь! Как я у него просить буду?
«И что он захочет взамен?» — закончила она про себя, понимая, что Агни рассудительна, а Бри слишком впечатлительна для полной правды.
Агнес действительно не поняла.
— Чего его бояться? Это его работа — фейри приказывать. А тебя — на минуту — собираются убить.
«Агни всегда права, — подумала Элли. — Но как ей объяснить…»
Элли и сама не могла понять, отчего даже при мимолетной мысли о магистре ее кидает из жара в холод, желудок содрогается спазмами, а сердце пропускает удар. И что это, если не панический страх?
— А я не смогла тебе помочь, — загадочно переменила тему Агни и, в ответ не непонимающий взгляд, пояснила. — Фейри не знают, как можно использовать истинные имена. Как мне Брин сказал, и еще другие, это касается только сидов — аристократов и королей. У простых фейри, просто имя, и все. Да многие себя обычными человеческими кличут. Вон, Томас, Розамунда, Мартин… Ничего волшебного.
Она помолчала.