Легенда о Саске 3 (СИ)

По слухам, гулявшим в народе, Царь ещё ни разу не покидал дворца и Внутренних стен, любил редких животных, которых ему собирали по всему миру, и держал при себе ручного медведя. Про медведя я ещё несколько раз уточнял, так как в этом мутировавшем мире встречались рогатые медведи, медведи-утконосы, броненосцы-медведи, белые медведи, похожие на пум, но чтобы просто медведи… Как оказалось, слухи не врали, мы с Тори нашли свитки с картинками, изображающих Царя Куэя, возле которого был нарисован обычный медведь, правда, одетый в рэйфуку. На картинках Куэй не был ни толстым, ни особо страшным — узкое длинное лицо, крошечные очёчки на носу, чуть торчащие уши. Ничего особенного.
Здание Совета Пяти, кстати, удобно располагалось за Внутренней стеной, но почти к ней примыкая. Видимо, чтобы Царь, прогуливаясь со своим медведем во Внутреннем периметре, не наткнулся на военный совет в своей стране, где как бы не было войны. А сегодня в полдень должно было состояться плановое заседание генералов, на которое мы с Тори не были приглашены, но очень хотели поприсутствовать.
Одновременно с этим мы наконец смогли немного продвинуться в поисках Аппы. Нет, самого бизона мы не нашли, но нам сказали, что в Ба Синг Се недавно появилась некая наёмница Джун, которая может отыскать кого угодно или что угодно благодаря своему ручному ширшу — какому-то зверю, чуявшему следы за многие сотни километров. Типа наёмница промышляет вообще по всему континенту и берёт заказы, не глядя на пол, возраст и нацию, а в Ба Синг Се она недавно привезла какого-то беглого преступника. Ожидая оплаты или нового заказа, Джун бывала в нескольких тавернах, и по вечерам её можно было найти где-нибудь там.
* * *
К счастью, здание Совета Пяти обслуживал целый штат слуг, часть которых была приходящей, так что с проникновением в штаб-квартиру местной военной элиты проблем не возникло. Тори уже вполне сносно управлял чакрой и мог прилипать к стенам, так что для наблюдения мы выбрали любимые всеми шиноби балки перекрытий. Как и в моё время, там тоже было достаточно просторно, чтобы разместиться, а тонкий потолок, состоящий из квадратов бумажных рам, которые легко снимались и вставлялись обратно, не заглушал звуки голосов.
Интересно, при строительстве здания вообще задумывались, зачем тут столько места, между крышей и потолком, что можно встать в полный рост? Потому что у нас был расчёт на то, что тут дежурят шиноби — тайная охрана важных шишек. У даймё Минорухи точно была такая. Их называли «шугонины» и обычно набиралось двенадцать ниндзя-защитников из всех крупных кланов Страны Огня или представителей Столицы и одиннадцати провинций. Я плохо это помню, но, кажется, наш с Итачи двоюродный брат Шисуи когда-то тоже был шугонином — в детстве я как будто видел у него отличительную белую повязку на поясе.
Как только мы с Тори прикрыли за собой раму потолка, в зал заседаний вошли люди, возможно, слуги, чтобы прибраться или просто подготовить места генералам. Я показал Тори, что идём к середине.
Зал заседания занимал практически весь третий этаж, так что в наличии имелись ряд больших оконных проёмов, выходящих на север, запад и восток. Без, собственно, окон. Шиноби на них нет, вот честно. Впрочем, возможно, маги земли для конфиденциальности эти дыры прикрывают кусками породы, но всё равно — зачем? Против окон ничего не имею, но не для заседаний в военное время. У отца в аналогичном помещении только две двери, одна из которых скрытая, и охраны больше. Да и генералов не пять штук, которые в военном совете участие принимают. Впятером можно и в комнате шесть на восемь вполне уместиться и всё обсудить. А так мы и без ползания по стенам могли бы просто присесть на подоконник и послушать, что скажут, — нас бы и не заметили, такие тут площади.
В центре располагалась гигантская карта известного местным мира, раза в четыре больше, чем во дворце Лорда Огня, ещё и в объёме. В Царстве вообще страдают гигантоманией: двери — так чтобы восьмиметровый великан не пригибаясь проходил, окна — так чтобы Аппа не глядя пролетал. Неудивительно, что с таким-то размахом, даже когда они обладают самыми большими землями в мире, им всё равно мало! Это привычка — жить на широкую ногу. Всего для Пяти Генералов отгрохали целое трёхэтажное здание. И ладно бы на первых двух этажах какие-то казармы располагались или ещё что, так нет — там всего несколько апартаментов, видимо, для тех генералов, кто в совет не входит, но временами наезжает, типа генерала Фонга. Ещё на первом этаже была огромная терма — так местные называют баню.
 
Страна Огня, которая как бы сто лет воюет, позволить себе отдельное здание для заседаний военных не может, так что генералы совещаются во дворце.
Вот вроде не собирался поддаваться эмоциям, а такая злость берёт на эту зажравшуюся нацию. И ладно бы у них все так жили. Но я гулял по трущобам Ба Синг Се, где люди ютятся друг на друге и сражаются за кусок хлеба. Работают на полях, которыми хвастал Лонг Фенг, не разгибаясь, но при этом сами живут впроголодь. Ел я в нашем дворце… и не сказал бы, что стол отличался сильным разнообразием и богатством, какое мы успели подсмотреть на местной кухне — у генералов во время заседания был запланирован обед.
Ладно, не время об этом думать.
Я подковырнул кунаем квадрат рамы ровно над этой картой и втащил его к нам под потолок. Тори смотрел на мои манипуляции, открыв рот, но ничего не сказал.
— Спокойно, я сделаю иллюзию того, что эта рама там есть, никто не заметит, — прошептал я. — А нам будет не только слышно, но и всё видно.
— Ясно, — кивнул Тори.
В полдень Совет начался. Генералы расселись с северной стороны за полукруглым столом. Все докладчики заходили в зал с юга, так что между ними и генералами как раз простиралась карта. Они выслушивали всякие донесения от офицеров, в основном о движениях наших сил, поставке припасов через бухту Полнолуния и ситуации на фронтах.
За прошедшую неделю мы с Тори немного выяснили о личностях пяти генералов. Генерал Ванхэй заведовал конницей на страусовых лошадях, ещё в его юрисдикции были военная почта, а также сбор налогов. Генерал По отвечал за инженерные решения, военную архитектуру стен, которая, как мы выяснили, часто меняется. Генерал Пин возглавлял защиту Дворца и Внутреннего периметра — всё же случались и в Ба Синг Се восстания. Генерал Санг — главный в гарнизоне столицы, руководил обороной Внутренних Стен. Как я понял, Санг получил эту должность относительно недавно, после того, как его предшественник, к слову, выдержавший шестисотдневную осаду дяди Айро, утонул вследствие несчастного случая. Как шептались в казармах, тот генерал что-то не поделил с Советником Лонг Фенгом и ушёл в отставку на дно озера Лаогай. Так что Санг совершенно точно был ставленником Советника.
А вот с генералом Хау, главой Совета, который отвечал за снабжение армии и внешнюю разведку, было интересней всего. Ходили разные слухи, но мы смогли и сами увидеть, что у Хау с Лонг Фенгом весьма натянутые отношения. Лонг Фенг тоже выступил на Совете, сообщил, что корабли Южного племени воды сорвались с места и покинули Залив Хамелеона. На вопрос «куда?» ответил, что поехали грабить земли, открытые нашими. Получалось, что Советник дублировал Генерала Разведки и постоянно щёлкал его по носу тем, что знает о внешнем мире и что в нём творится, куда больше Хау.
Оставался вопрос, с чего Глава Совета это терпит и подчиняется Советнику, практически узурпировавшему власть при живом Царе. Тем более, что с Хау особо этой властью не делятся.
Кстати, зашла речь и о женитьбе Царя. Послушать, так получалось, что Куэй совсем не в курсе о существовании Тоф. Хороший такой подарочек на день рождения — двенадцатилетняя невеста. И Хау, услышав про Тоф, с чего-то сильно скрипел зубами, словно у него самого дочь на выданье и он планировал скрестить её с Царём. В общем, мне стало настолько интересно, что мы с Тори после проследили за Главой Совета до его дома. Не знаю, правда ли я такой умный, но у генерала Хау действительно имелась дочь. По всем приметам не замужем, хотя по прикидкам, ей уже было лет двадцать. Из того, что мы слышали, характерец у девушки был не сахар. Она куда-то собиралась вечером, вроде в клуб стихосложения, и допекала служанку, которая укладывала ей волосы в хитрую причёску по моде местной знати. Кстати, эту дочь Хау звали Хоу*, и похоже, что она весьма ждала приглашения на празднования дня рождения его царейшества. Отец не стал портить ей сюрприз, рассказывая про юную невесту, а возможно, что смалодушничал и не захотел выслушивать женскую истерику.