Угроза мирового масштаба (СИ)
— Видимо, смерть что-то такое во мне пробудила. — Я выдавил из себя кривую ухмылку. — Жаль только, с памятью так не работает.
— Так ничего и не вспомнили? — вздохнул Громов. — Ну, вы телефон у себя оставьте, и если вдруг что…
— Обязательно, — пообещал я. — У меня тоже взамен будет просьба. Передайте этот букет Джулин. Медсестре, которая за мной ухаживала поначалу.
— Само собой, — кивнул Громов. — Передадим в лучшем виде!
— И спасибо, — чистосердечно поблагодарил я. — Пусть даже ничего не получилось, все равно спасибо за попытки.
— Отчего же «ничего» не получилось? — хитро улыбнулся доктор. — Пусть получилось не все, но что-то — тоже результат!
Я кинул быстрый взгляд на экран его компьютера, где колонки текста перемежались графиками и диаграммами, и тоже улыбнулся:
— Ну тогда мы в расчете. Увидимся!
— Оч-чень на это надеюсь! — воодушевленно ответил доктор и поправил очки. — Удачи в Академии!
Я вернулся в палату, взял все свои вещи и отправился на причал.
Глава 10
Забавный факт — несмотря на то, что до Академии можно было за полчаса добраться по земле, на каком-нибудь автобусе, или машине, поступивших первокурсников доставляли на место водным путем, растянув это на целых шесть часов.
Корабль, целиком сделанный из стали, чего я раньше никогда не видел, был размером с самый большой линкор, что я встречал на морских гладях моего мира, но при этом считался даже не средним, а скорее средне-малым.
Кое-что в Сети я успел прочитать на этот счет, и вроде как подобный способ доставки молодого пополнения в место их обучения даже нес какой-то там символизм.
Правда я так и не понял, какой.
Вроде как, это означало новое рождение, уже не просто человеком, а магом, но хоть убей — я не видел никакой связи между тем и этим.
Тем не менее, на борт корабля я поднимался с охотой — интересно же посмотреть на то, чего раньше никогда не видел, и прокатиться на том, на чем раньше никогда не катался.
У корабля насчитывалось три палубы, где предполагалось веселье и кутеж, и еще несколько тех, на которых не предполагалось даже появляться — по крайней мере, абитуриентам.
На первой палубе располагались длинные столы, застеленные белыми скатертями и заставленные едой и напитками в свободном доступе. Здесь были и целиком запеченные поросята с яблоками в пасти, и мелкие птички, похожие на перепелок, с бумажными колпачками на ногах, зажаренные прямо целиком, куча разнообразных салатов, закусок, нарезок, фруктов, и поди разбери чего еще.
Часть блюд была мне знакома, часть я видел в первый раз, напитки же вообще все как один были яркими и цветастыми, так что непонятно было, наливаешь ли ты себе в стакан то, что можно пить, или это краска какая-то.
На второй палубе, находящейся над первой, устраивали развлечения практически на любой вкус. На любой аристократический вкус, само собой. Здесь стояло несколько столов для бильярда, имелся небольшой танцпол с громко играющей современной музыкой, имелись огороженные сетками поля для мини-гольфа и столы для настольного тенниса.
Третья палуба целиком представляла собой бассейн, что лично мне показалось странным. Не наличие бассейна именно там, а наличие бассейна в принципе. Вокруг и так воды — хоть закупайся до потери сознания, но нет, мы воду отдельно на корабле повезем.
Тем не менее, именно в бассейн и ломанулась почти что четверть взошедших на борт молодых парней и девушек. Всего нас было около пятидесяти, точнее я не считал, поскольку был занят поисками в толпе Ванессы Тюудор, лицо которой запомнил в мелочах, пусть и по фотографиям.
Тем не менее, беглый осмотр не помог в ее идентификации, поскольку очень многие по случаю солнечного дня были или в солнцезащитных очках на пол лица, или в широкополых шляпах или кепках, а то и в том и в другом сразу. Сказать, что эти аксессуары меняли лицо — ничего не сказать, поэтому я решил подождать, когда абитуриенты поднимутся на борт корабля и всё это снимут.
В конце концов, торопиться мне особо некуда — как только я поднимусь на борт, пути обратно не будет. Придется как минимум доплыть до Академии, потому что с корабля деться некуда — не в воду же прыгать в надежде доплыть до берега. Как максимум — придется задержаться еще и в Академии, если я по той или иной причине не смогу поговорить с Ванессой по пути.
Поэтому я и не торопился.
Поднялся вместе со всеми по сходням, неоднократно ловя на себе недовольные взгляды холеных аристократов (у некоторых представителей даже в полированных ногтях отражалось больше, чем в ином зеркале). Затем прошел к фуршетным столам, бросив свою сумку на одну из лавочек, что окружали их по периметру, соорудил себе бутерброд из куска хлеба, ветчины и сыра, налил стакан чего-то минимально яркого, предварительно понюхав (это оказался апельсиновый сок), и, потихоньку жуя, принялся оглядывать абитуриентов.
Создавалось ощущение, что, прежде чем собраться здесь, на корабле, они сначала собрались в чате и договорились, кто в какое цветовое сочетание будет одет.
Чаще всего сочетание двух цветов делилось на верх и низ, например — белая рубашка, красная юбка, или черные брюки — синяя футболка, — но находились уникумы, которые делили свою одежду на два цвета по вертикали, а два особенных отличились просто по максимуму — у одного цвета делились на уровне колен и локтей, а второй был раскрашен в такую вырвиглазную клетку из ярко-желтого и черного, что долго смотреть на него было просто невозможно — глаза болеть начинали.
Я уже немного понимал в здешней магически-клановой системе, поэтому знал, что подобная раскраска это по сути знак принадлежности к определенной семье.
У каждого клана, как у рода с древней историей, начавшегося с военных свершений, был свой герб, и этот герб, как водится, имел определенные родовые цвета. Вот именно эти цвета юные маги и носили, демонстрируя принадлежность к семье.
Это не было обязательным для них, это не было даже какой-то традицией или неписанным правилом. Взрослые представители магических родов, которые уже переросли юношеский максимализм и желание выпятить себя вперед остальных. Они практически никогда не одевались в родовые цвета, отдавая предпочтение более простой и неброской одежде. Им уже не нужно было ничего доказывать, они предпочитали представлять что-то из себя самостоятельно, а не прятаться за славой семьи.
Но то взрослые.
Сборище же молодёжи напоминало, скорее, сборную солянку из птенцов экзотических видов. Десятков разных видов.
Я насчитал минимум пятнадцать разных цветовых сочетаний, и это только те, кто остался в одежде, а ведь были еще и те, кто ее скинул, чтобы занырнуть в бассейн.
Впрочем, использовать его непосредственно как бассейн юные маги, похоже, не собирались. Пару раз проплыв туда и обратно, они устраивались на ступеньках по периметру, закинув руки на бортики и находясь в воде по грудь. Вместо того, чтобы плавать, они тянули коктейли через соломинки, болтали друг с другом и без конца делали фотографии на свои телефоны.
Я понаблюдал за ними некоторое время, но, даже несмотря на то, что многие даже в бассейне не сняли темные очки, вынужден был констатировать, что Ванессы среди них нет.
Тогда я спустился на вторую палубу, чтобы поискать ее среди играющих или танцующих, но и там меня постигла неудача. Я некоторое время погонял полосатые шары на одном из столов, явно не пользующихся популярностью у аристократов (получилось, кстати, на удивление неплохо, особенно, когда я понял, что главное в этой игре — геометрия). В перерывах между ударами сделал вид, что обдумываю следующий, но на самом деле — высматривал Ванессу, но здесь ее не было тоже.
Я снова спустился на палубу с едой и сделал себе еще один бутерброд, осматривая скучковавшихся абитуриентов второй раз.
За то время, что я гулял между другими палубами, они перемешались между собой, поэтому пришлось «знакомиться» с ними заново. Тем не менее, по второму кругу осмотрев всех, я пришел к выводу, что Ванессы нет и здесь.