Эмиль. Мне тебя не вернуть (СИ)

Мне остается только фыркнуть в ответ, выйти из подъезда и сесть в машину Эмиля. Дочь уже расположилась на заднем сиденье.
Обещаю малышке забрать ее вместе с Бестужевым. Более того, мой «хороший» босс дает слово, что мы втроем обязательно проведем вечер вместе.
В компанию едем в полной тишине. Я смотрю из окна, даже не поворачиваюсь к Эмилю. Точнее, иногда бросаю на него короткий взгляд и сразу же отворачиваюсь. Не понимаю, почему он так сияет от радости.
— Что тебя так забавляет? — спрашиваю уже на парковке.
— Может быть, то, что у меня есть прекрасная дочь?!
— Жалеешь, что вовремя не стал разбираться?
— Жалею. Расправлюсь с каждым, кто обвел нас вокруг пальца. В том числе и с твоим отцом. Надеюсь, не будешь обижаться.
— Обижаться? — вскидываю брови, резко оборачиваясь к Эмилю. — Ради бога. Делай все, что хочешь. У меня давно нет родителей. Какой с него отец, если чужой сын ему гораздо важнее и нужнее, Эмиль? Он наплевал на меня! Я лежала в больнице! Я подыхала! Я умоляла, чтобы с моим вторым малышом ничего плохого не случилось! И тогда за моей спиной не было никого, на кого я могла бы положиться. Только бедная Дилара. То на работу бегала, то в больницу. Потом, после того как меня выписали, в своей квартире за мной ухаживала, — всхлипываю. — Я только ради дочери упорно держалась на ногах. Не будь ее, я бы давно свалила как можно дальше. А раньше не могла! Было страшно! Потому что деньги Глеба могли лишить меня моей малышки. Понимаешь? Нет, ты ни черта не понимаешь! Знаешь, как я мечтала, чтобы ты появился в моей жизни вновь? Знаешь, как я искала тебя глазами везде? Знаешь, как ты мне был нужен, Эмиль?! Нет, ты ни черта не знаешь!
Эмиль притягивает меня к себе, обнимает. Целует в шею, зарывается в мои волосы пальцами.
— Чшшш... Прости, Волчонок. Прости меня, — горячо шепчет в губы. — Прости, родная. Обещаю, больше никогда не позволю кому-либо лезть к нам. Обещаю, что не дам в обиду ни тебя, ни дочь. Обещаю...
— Не надо давать пустых обещаний, Эмиль, — голос срывается. Перехожу на хриплый шепот. — Я так устала... Настолько сильно устала, что сил нет уже сражаться. Оставь меня в покое. Не делай больно. Я ведь больше не смогу собрать себя в кучу, если ты снова меня сломаешь.
— Не отпущу. Даже не мечтай. Больше никогда не отпущу. Ты только моя, Волчонок. Только моя. Любимая. Желанная.
  
Глава 23
 
Вчерашний день был замечательным, однако с Эмилем мы разошлись обиженно. У меня просто не было настроения. Молчала все то время, что мы сидели в ресторане, и наблюдала за дочерью и любимым мужчиной. Иногда переписывалась с Диларой и получала от Эмиля убийственные взгляды исподлобья. Мол, убери телефон от глаз моих подальше. Но я не слушалась. Потому что именно в тот момент мне не хотелось подчиняться.
Тайком смотрела на Бестужева и ругалась. Почему все случилось именно так? Почему мы разошлись восемь лет назад, толком не выяснив, что случилось на самом деле.
Но больше всего меня волнует другое. Неужели я не была нужна Эмилю, раз он за все то время ни разу не интересовался мной? Ведь я говорила... Сообщила о своей беременности. Хотя бы ради этого следовало!
Но все это уже не важно. Главное, что сейчас немного остыла. Совсем чуточку.
Я обещала Эмилю рассказать дочери о том, что Бестужев ее отец. Хотя мне кажется, что моя малышка и так догадывается, пусть и молчит.
Дверной звонок начинает орать, а мне на минуту глухой стать хочется. Голова раскалывается. Потому что я не спала целую ночь! Все думала о нем, о том, что обида внутри меня никак не утихает. Наоборот. Хочется орать на Эмиля. Хочется сказать, что все произошло из-за него, но в глубине души я же знаю... Виноваты мы оба.
— Мам, мне открыть? — внимательно смотрит в мои глаза дочь. — Ты снова болеешь, мам?
— Все в порядке, — поцеловав дочку в лоб, я иду к двери. Эмиль приехал, как и обещал дочери.
— Доброе утро, — здоровается он, проходя в квартиру.
Я лишь киваю и иду в спальню. Знаю, что выгляжу так себе. Без макияжа, вялая, усталая и немного больная.
 
— Что с мамой? — доносится из гостиной.
— Не знаю. Целый час такая. Может, болеет? И не разговаривает со мной.
— Так, разберемся. Ты завтракала?
— Нет, мама накрыла на стол. Я пойду...
Через минуту Эмиль заходит в комнату, присаживается на край кровати, где я лежу. Гладит меня по волосам.
— Дуешься?
— Нет. Отвези Эмилию, будь добр. Я хочу немного полежать.
— Арин, у нас на сегодня планы. Ты мне нужна. Не притворяйся больной, а?
— Притворяюсь? Слушай, я не хочу опять спорить с тобой. Пожалуйста, оставь меня в покое.
Эмиль молча выходит из спальни. А через пару минут заходит дочь, целует меня в щеку и спрашивает, не буду ли я против, если она поедет с дядей Эмилем. Я отвечаю, что, конечно же, не против. Слышу, как захлопывается дверь, вздыхаю.
Почему мне так больно? Почему та сильная Арина снова стала игрушкой? Почему я не могу качать свои права, как это делает Эмиль? Почему я снова вынуждена играть по правилам мужчины? Раньше должна была слушаться Глеба, сейчас же — Эмиля. Да, второй гораздо мягче, и с ним приятнее иметь дело, нежели с Салтыковым, который буквально заставлял сидеть в одном кабинете с ним и работать. Потому что к Эмилю я испытываю сильную тягу, а Глеба видеть не хотела. Возможно, вчерашний разговор так затронул меня... Я впервые за долгое время заплакала, прижав голову к плечу Эмиля.
Снова все повторяется. Снова мужчина... Снова я должна быть послушной куклой.
Но есть разница: Глеба я ненавидела и могла орать в его адрес что угодно. А с Бестужевым... Я не могу. Да, высказываюсь, обзываю. Но никак обида не проходит, не уменьшается. Все больнее становится. Тем более когда Эмилия рядом. А ведь у нее был брат или сестра. Я, наверное, родила бы сразу двоих, будь Бестужев тогда рядом.
Отец моей дочери появляется через пару часов. Я снова открываю дверь. Да, сейчас выгляжу более свежей. Приняла душ, переоделась, даже легкий макияж нанесла. Все-таки торчать весь день в квартире в четырех стенах вовсе не вариант.
Мой телефон начинает звонить. Я иду в кухню, чувствуя за спиной тяжелые шаги. Но взять мобильный не успеваю — меня опережает Эмиль.
— Что происходит?
— Хочу узнать, с кем ты весь вечер переписывалась. Кхм... Кто это у нас звонит? Номер знаешь? — поворачивает экран в мою сторону.
— Ты решил быть сегодня занудой? Отдай мой телефон!
Но он не слушает. Принимает звонок и ставит на громкую связь.
— Алло... Алло... Арина... — доносится мужской голос. Эмиль вырубает звонок и бросает «яблоко» в сторону.
— Да что ты творишь? — кричу я. — Ты вообще, что ли, охренел, Эмиль?!
— С ним весь день переписывалась? Вчера то и дело про других мужиков заговаривала. Арина, я хотел, чтобы вчерашний вечер... Я хотел приятно провести его, но ты...
— Что я сделала не так, Эмиль? У меня просто не было настроения. И я молча сидела в сторонке. Вчерашний разговор меня буквально вымотал.
Я хочу опуститься на корточки и понять, куда полетел мой телефон. Однако Бестужев цепляется за мой локоть, не позволяет.
— Почему ты мне не веришь? Почему ты так резко изменила свое отношение ко мне? Ведь явно неспроста...
— Откуда такие выводы? Эмиль, явно сегодня не наш день. По всем фронтам. Лучше уйди, а? Оставь меня в покое. Обещаю, соберусь и...
Теперь звонит телефон Бестужева. Едва он достает его из кармана, как я забираю его и моментально принимаю вызов. Мне звонил Гордей — брат Дилары. Интересно, кому нужен мой босс.
— Эмиль, милый, — доносится из трубки скрипучий голос. — Милый, ты меня слышишь?
Будто землю из-под ног выбивают. Дрожащей рукой протягиваю мобильный Бестужеву, не желая его видеть или же слышать. Лучше бы я этого не делала. Лучше бы я не отвечала на звонок.
Но босс только смотрит на экран. Вырубает мобильник окончательно и прячет его в карман брюк.