Покрась все это в красный цвет (ЛП)

Она спасла мне жизнь.
Я отбросил ее в сторону.
Мне требуется минута, чтобы осознать, что меня не было больше часа, хотя кажется, что прошло всего несколько минут. Я дал ей слишком много времени, чтобы исчезнуть.
Я хватаю телефон и набираю номер Леонарда, выходя на улицу.
”Мне нужно знать, какие связи с этим городом у них все еще есть".
На заднем плане дребезжит набор текста. Меня так и подмывает спросить Хэдли, но после того, что я ей только что сказал, я сомневаюсь, что она сможет помочь.
“Кристоферу Денверу принадлежит один из тех охотничьих домиков в лесу. Я отправлю тебе сообщение о месте.”
Я вешаю трубку и сразу же переодеваюсь и обуваюсь. Ты не можешь слишком хорошо бегать по лесу в костюме.
Я выскакиваю из дома секундой позже, читая текст с указанием местоположения. Еще больше воспоминаний проносится в моей голове, пока я бегу.
Лиза, блядь, издевалась над ней, практически пыталась спровоцировать Лану. Лана могла бы уничтожить ее.
Или, скорее, Виктория.
Она оставила спор с Джонсоном и шерифом раньше, потому что они выводили ее из себя, и она боялась того, что она сделает, а не того, что она скажет.
Встреча с шерифом должна была быть для нее тяжелой, и она попросила два гребаных часа, как будто я был ей нужен. И я вернулся, трахнул ее, а затем разрядил хаос, как будто я бросал ей вызов, чтобы показать ее истинное лицо.
Я вышел, когда она просто заплакала. Бессердечная убийца, которая пытала и убивала монстров из своего прошлого… Я довел ее до слез. Она даже ни разу не рассердилась.
В ней так много непредсказуемых перемен, и я понятия не имею, что делать.
Как только я добираюсь до хижины, я вытаскиваю пистолет из кобуры на лодыжке, держа его сбоку. После двух быстрых вдохов я пинаю дверь, но останавливаюсь, мой пистолет все еще на боку и ни во что не направлен.
Джейкоб Денвер сидит на диване, как будто ждал меня.
Я наклоняю голову, мои глаза сужаются, и он сидит удобно, полностью расслабленный.
Мои глаза бегают по сторонам, видя пустую каюту и голые стены. Он говорит, когда я сжимаю пистолет обеими руками, готовый прицелиться в него, если он даст мне повод.
” Я знал, что ты придешь", — протягивает он, наклоняясь. “Так что убери свой пистолет. Если бы я представлял угрозу, ты бы уже был мертв. К счастью для тебя, мне нравится дышать, и я не уверен, что Лана будет в порядке, если я сохраню кислород, если я прикоснусь к тебе.”
Я перевела взгляд на него, одной рукой отпуская пистолет, а другой придерживая его.
“Где она?” — спросил я.
Он насмешливо фыркает. “Ты пришел один, а это значит, что ты еще не сказал своей команде. Ну, кроме парня Леонарда, в чью каюту ты ворвался, а потом выбежал немного позже.”
“Ты наблюдаешь за нами. Большой сюрприз. Я уже знал это. Где isВиктория?”
Его глаза слегка расширяются. “О, так ты теперь понял правду, вместо того, чтобы обрушить на нее обвинения и заставить замолчать. Немного поздновато, тебе не кажется?”
В его тоне слышится резкая горечь, как будто он ненавидит меня и ждал, пока я докажу свою правоту.
“Ее зовут Лана. Виктория Эванс была убита этим городом. Она не может быть Викторией Эванс. Ей пришлось заново изобрести себя, чтобы просто найти в себе волю продолжать. Ты назвал ее больной, но ты понятия не имеешь, с чем ты столкнулся. Ты, блядь, понятия не имеешь, что она пережила.”
Его слова становятся все более злыми с каждой новой фразой, и он медленно встает.
Я крепче сжимаю пистолет одной рукой, настороженно наблюдая за ним.
“Похоже, твои ноги работают просто отлично”, - язвительно замечаю я, глядя на человека, который играл в мир.
Он постукивает себя по ногам. “Они работают лучше, чем твой разум”.
“Я думал, что она была Кеннеди Карлайл, и у нее развилась нездоровая одержимость семьей Эванс из-за двух совпадений, когда их пути пересеклись со смертью. И… ”
“Кеннеди Карлайл был эгоцентричным наркоманом, который, откровенно говоря, был гребаной угрозой обществу. Это был только вопрос времени, когда она накурится так, как ее родители напьются и убьют кого-нибудь. По воле судьбы, она убила дерево только в ту ночь, когда покончила с собой. Казалось пустой тратой совершенно хорошей личности и средств для кого-то, кому нужно было выжить”.
 
“Я предполагал, что это ты", — говорю я спокойно. “Та, которая изменила свой мир".
“Подделать больничные записи на самом деле легко, если вы знаете, с чего начать”, - говорит он, снова постукивая по бокам ног, которые он обманул, заставив мир поверить, что они бесполезны. “Ей нужна была законная личность; ей нужны были деньги; ей нужен был шанс. Если бы они узнали, что она выжила, они бы пришли. А тогда? Они убили бы ее почти без усилий.”
Он выдыхает, пытаясь успокоить свой гнев. Я продолжаю смотреть, позволяя ему говорить, пытаясь понять все это так же, как и он.
“Когда она сказала мне, что связалась с агентом ФБР, у меня чуть не случилась гребаная аневризма мозга”, - говорит он, отводя взгляд и невесело смеясь. “Я убил себя, пытаясь убедиться, что никто никогда не узнает, кто она такая”.
Его глаза снова встречаются с моими.
“Потом мы поговорили с глазу на глаз, и она, блядь, улыбнулась, когда произнесла твое имя. Она улыбнулась так, словно в ней была надежда.” Он сглатывает комок. “Я заставил ее разделить убийства на месяц, сказав ей, что это было более осторожно, когда на самом деле… ”
”Ты беспокоился, что когда все это закончится, у нее больше не будет цели оставаться в живых".
Его глаза блестят, и он прочищает горло, стоически кивая.
“Я тянул время", — тихо говорит он. “Но после того, как она встретила тебя? Я видел так много гребаной надежды. С сегодняшнего дня я видел пустую оболочку. Я хотел ошибиться в тебе, ССА Беннетт. Я согласился со всеми ее изменениями в наших планах. Ты знаешь, почему она отказалась рассказать тебе эту историю от Линди?”
Я наклоняю голову, прежде чем засунуть пистолет за пояс брюк.
“Она хотела, чтобы мы услышали эту историю, когда приедем сюда. Она хотела, чтобы это произвело максимальное впечатление”.
Он пристально смотрит мне в глаза. “Она хотела, чтобы это оказало на тебя максимальное влияние. К черту всех остальных. Возможно, она все еще хочет отомстить, но все остальное было сосредоточено вокруг тебя. Она практически молилась, чтобы Бугимен пришел за ней, просто чтобы она могла убить его и покончить с угрозой, которую он представлял для твоей жизни. И ты обращаешься с ней как с монстром. Почему? Потому что она убивает? Вы относитесь к своим военным как к монстрам? Неужели ты смотришь на свое отражение с таким презрением? Потому что я видел ваше досье. Вы застрелили и убили тринадцать серийных убийц с начала своей карьеры. Это были настоящие монстры, как и все те люди, которых убила Лана.”
Я шатаюсь на ногах, борясь с этой тонкой гранью между безумием и здравомыслием.
“Но она должна что? Просто двигаться дальше и забыть, что это случилось?” он продолжает. “Потому что закон гласит, что неправильно мстить монстрам, если у тебя нет значка или правительственного указа?” Он делает шаг ко мне, указывая пальцем в мою сторону. “Это девушка, которая потратила годы на тренировки, учась контролировать свой разум, чтобы оставаться в здравом уме. То, что нашим военным или правоохранительным органам даже не требуется. Эти люди? Они уничтожили всю ее семью. Они уничтожили ее. Двое гребаных детей!” Его голос срывается, и он поворачивается, поворачиваясь ко мне спиной, когда его эмоции берут верх над ним.
Я даже не знаю, что сказать. Все, что угодно, кроме согласия, привело бы к возможной вспышке ярости с его стороны, и по какой-то причине я тоже не могу заставить себя полностью согласиться вслух.
Я всегда был по одну сторону закона, неустанно работая во имя справедливости по всем надлежащим каналам.
Но Лана попыталась. Джейк попытался. Им было отказано.