Ставка на невинность (СИ)

У меня натурально отвисает челюсть.
– Ты идиот? – вырывается у меня раньше, чем я успеваю себя тормознуть.
Я даже не говорю про то, что все уже организовано, денег вбухано, и в Наташкином состоянии такие стрессы чреваты. Даже молчу про то, что я, блин, приперлась к черту на рога на эту свадьбу, а он собирается ее отменить!
Все это мелочи.
Я не пойму, какого рожна Дима считает, что он мне нужен после всего, да еще и с беременной от него брошенкой в анамнезе? Потенциальный алиментщик возомнил себя роковым мужчиной?
– И чего делать будем? – ядовито спрашиваю я. – Возьмемся за руки и убежим в закат? Ты больной?
– Будем жить как раньше.
– Как раньше, это когда ты мне лапшу на уши вешал, а сам натягивал мою сестру? Так у меня осталась только одна, но тебя за нее посадят. Как раньше мне, что-то совсем не хочется.
– Ян, мы поженимся…
– Да ладно? – рявкает другой голос и опять из-за моей спины.
Я снова дергаюсь и снова заваливаюсь. Бергман не мелочится, он не только меня подхватывает под локоть, он запихивает меня себе подмышку. Из-под другой виднеется букет белых роз.
– Какие прекрасные перспективы, – тон Геры сочится ядом. – Я против. Может, вам передумать? Не в первый раз уже.
Лосев сверлит Бергмана тяжелым взглядом. Молчаливая война заканчивается победой в пользу Германа. Лосев уходит, отзываясь на вопли, что машина невесты подъехала.
– Тебя на пять минут оставить нельзя, Левина! Меня не было пять минут! Что за хрень? – шипит на меня Гера, наматывая мне обратно шарф, который я ослабила, потому что он промок от моего дыхания.
Бергман так тщательно наворачивает его, что это похоже на попытку задушить.
– Да я чего?
– Задницей вертишь перед черт знает кем! – закончив свое богоугодное дело, Герман подцепляет меня за шкирятник и тащит в сторону ЗАГСа, в двери которого начинают просачиваться гости в надежде согреться. – Я для чего стараюсь?
– Гер, я же не…
– Так. Я понял. Тебе нельзя заниматься сексом. Ты после этого не в себе и вытворяешь всякую поебень. Больше я тебе не дам.
– В смысле не дашь? – волнуюсь я.
Не то чтобы мне прямо сейчас было надо, но… а чем мы вообще тогда заниматься будем?
– В прямом. Говорила мне мама, что бабам только одно и нужно, – рявкает Гера, и на нас оглядываются родственники.
Я покрываюсь красными пятнами от стыда.
– Тихо ты! – я пытаюсь его угомонить на крыльце, чтобы он не продолжил свою тираду внутри. – Мне кажется, ты погорячился с выводами…
– А вот мы и посмотрим! Так что до свадьбы никакого секса!
  
Эпилог
 
– Я так и не поняла, как это произошло, хотя я там была, – удивляется Медведева, разглядывая в телефоне фотки с моей свадьбы. – Сколько всего упускаешь, стоит застрять на даче зимой.
– Я сама до сих пор в шоке, – признаюсь я.
У меня в голове не укладывается стремительное изменение моего статуса.
Два дня назад, четырнадцатого февраля, я бракосочеталась с Бергманом Германом Александровичем.
– Ты так и не рассказала, что тебя сподвигло согласиться, – поддакивает Анька. – И куда вы пропали после первого тоста?
Я не представляю, как такое рассказывать.
– Ну… началось с того, что после свадьбы он мне так больше и не дал, – вздыхаю я, вспоминая тяжкие времена. – Хотя я старалась пошатнуть его позицию изо всех сил, но Бергман уперся рогом. Это я сейчас уже знаю, что невыспавшийся он злющий, а тогда не ожидала. Думала, ну понаказывает вечерок, и все. А Гера оказался упрямым, как не знаю кто. И главное, я ведь ни в чем не виновата! И самому ему тоже секс нужен! И видимо, из мести он натравил на меня Розу Моисеевну…
– Это как? – давится Алка печенькой.
Я тяжело вздыхаю, заново переживая этот позор.
– Она спросила его, как дела с Яночкой, и он ответил, что я надругалась над ним, грязно использовала и не спешу брать на себя ответственность. В общем поддержал ее теории по полной программе. И Роза Моисеевна позвонила моей маме…
Это был пиздец.
Может, и хорошо, что с Алкой долго не виделись. Я была нервная, дерганая, злая и неудовлетворенная.
 
Мама честно сказала, что могла бы встать на мою сторону, но ей запахло внуками, и она переметнулась в стан врага. Прессинг шел со всех сторон. Я озверела и встала в позу. И Бергман применил запрещенный прием.
Столько раз руками доводить меня почти до оргазма и не давать кончить – это лютое злодейство. Лучше уж полный целибат. Я уже не говорю про марафон, который он зарядил мне на новогоднюю ночь.
И мне пришлось сказать: «Да», чтобы наконец получить член!
И это в двадцать первом веке!
Кому рассказать – не поверят.
И что обидно, поманил морковкой и потом опять оставил без ничего до позавчерашней ночи.
– Я думала, что после моего согласия Гера расслабится, но его накрутил Раевский, которому крутит мозг Эля, и это уже стало семейной шуткой, – вспоминаю я эпичный день. – Олег пошутил, что раньше Эльвира Давидовна согласится выйти замуж, чем я, а это явно произойдет не скоро. Бергман посмотрел на меня зло, взял в руки телефон и через пятнадцать минут я получила уведомление на госуслугах, что Герман Александрович желает заключить со мной брак. Я поржала, но оказалось, это официальная процедура.
– Ой, тоже мне жертва, – хихикает Анька. – Не хотела бы, запросто бы слилась.
– Так-то да… Но меня убедили, – бормочу я.
– Еще бы, – ржет Медведева. – Он же бизнесмен, у них соревновательный инстинкт в крови. К цели нужно прийти первым.
– Ты говорила, тебе обещали пять уроков, – полюбопытствовала Аня. – А пятый какой?
– Ой, да там ничего особенного… – сливаюсь я быстренько.
Я вот уже два дня его учу, этот пятый урок, в несколько заходов. И гласит он: «Повторенье – мать ученья».
Соскочить с темы мне помогает телефонный звонок.
– Левина! Тьфу, Бергман! Я тебя отпустил на два часа. Ты где?
Падишах уже буянит.
– С девочками я.
Я сегодня прямо сбежала.
После первого тоста, Бергман умыкнул меня со свадьбы в свой загородный дом и оторвался по полной за все время вынужденного воздержания. Сначала я радовалась, а на вторые сутки, уже протерев задницей, лопатками и коленками все поверхности в доме, я смылась к подругам. Я больше не могу…
И мне скорее всего не полезно.
Кто-то застолбил меня еще до ЗАГСа.
Перед свадьбой я, кое-что заподозрив, сдала анализы.
Беременность подтвердилась. Приблизительно пятая-шестая неделя. Но, учитывая обстоятелства, я знаю даже точный день зачатия. И что больше всего пугает, беременность, похоже, многоплодная. Герман однажды упоминал, что у его биологического отца был брат близнец. Тогда я не придала этому значения, и зря.
– У меня билет на выставку твоего любимого художника, – намекает Гера.
Чего я там не могла? Организм подсказывает, что надо пользоваться возможностями, пока они есть.
Надо все-таки рассказать мужу, что, вероятно, пока стоит полегче кувыркаться.
Да, определенно. Расскажу.
Но завтра. После выставки наверняка это будет лишняя информация.
Мои пирожочки!
История Геры и Яны закончилась, надеюсь, вам с ними понравилось))). 
А я, разболевшись перед новым годом, захотела немного праздника и решила чуть-чуть встряхнуть себя короткой предновогодней историей.
Как обычно выкладка быстрая, за несколько дней. Точное число не скажу, но затягивать не буду.
Встречайте "Рыжее наказание в подарок"
https:// /ru/reader/ryzhee-nakazanie-v-podarok-b463124?c=5390271