Заклинатель боли (СИ)

Мордоворот с готовностью кивнул и вышел из кабинета. Однако на его месте почти тут же возник другой мой знакомец — Валерий Михайлович. И выглядел этот крысоподобный бедолага так, что становилось ясно: чтобы привести его в порядок, понадобится далеко не одна чашка волшебного чая, приготовленного Екатериной Викторовной. Его колотило, он потел и со свистом втягивал воздух.
— Привет, Валера, — кивнула вошедшему директриса. — Ты как?
Тот неуверенно дернул головой, что означало кивок, глянул сначала на Еву, затем на меня и помрачнел. Я же сохранял на лице каменное выражение и отхлебнул еще чаю.
— Екатерина Викторовна, — наконец выдавил Валерий Михайлович. — Какое счастье, что вы не пострадали.
Едва заметные нотки фальши, которые я уловил в голосе главы приемной комиссии, очень мне не понравились. Похоже, крысой этот тип был не только внешне.
— Да, все хорошо. Но попотеть пришлось. И если бы не кое-кто, — внимательный взгляд единственного, такого же зеленого, как и платье, глаза опять сфокусировался на мне, — то не исключено, что сейчас мы бы с тобой здесь не разговаривали.
— Что вы имеете в виду? — Валерий Михайлович тоже посмотрел на меня. Но с презрением.
— Ты, дружок, появился очень вовремя, — обратилась ко мне Елистратова. — И здорово помог мне. Я благодарю тебя за это и хотела бы узнать, как тебя зовут и какими судьбами ты вообще оказался здесь.
— Я Алексей Петров, — с легким поклоном представился я. — А в академию пришел узнать насчет поступления. В этом году я заканчиваю школу и хотел бы пойти учиться туда, где готовят магов, поскольку во мне есть дар. Но, к сожалению, — я перевел взгляд на Валерия Михайловича, — я не прошел проверку.
— То есть? — Екатерина Викторовна нахмурилась и тоже посмотрела на главу приемной комиссии. — Валерий Михайлович, объяснитесь.
— Все верно, — произнес тот, явно чувствуя себя не в своей тарелке, и ожег меня злым взглядом. — Мы с Петром Андреевичем провели процедуру проверки потенциала. У этого юноши он почти на нуле. Хорошего мага из него не получится, к моему глубочайшему сожалению.
Ага, сожалеет он. Ври больше, крысеныш.
— А эта ваша электрическая шарманка… — после недолгих раздумий вновь заговорила Екатерина Викторовна, похоже, начиная раздражаться, — точно была исправна? Знаете, как только вышел приказ Департамента магического образования и эта гудящая хреновина появилась у нас, ничего, кроме проблем, я не вижу. И вообще у меня складывается ощущение, что ее основная задача не измерять, а браковать. Причем браковать несправедливо.
— Тут я вынужден не согласиться, — вновь потея, сказал Валерий Михайлович. Ох и не нравился ему начавшийся разговор… А вот я сидел и наслаждался. — Департамент заботится о том, чтобы отбор юных магов для обучения проходил эффективно и объективно, поэтому…
— Ой, фу, Валерий Михайлович, — Елистратова брезгливо сморщилась. — Извольте не изъясняться со мной этим отвратительным протокольным языком Департамента. А их методы… В общем, у меня большие сомнения на их счет. И после появления этого боевитого товарища, — зеленый глаз снова уставился на меня, — сомнения только усилились.
— О чем вы, Екатерина Викторовна?
Директриса не ответила. Она все еще изучала меня, я сохранял невозмутимый вид и попивал чай, чувствуя, что сейчас что-то будет. И не ошибся.
— Я так понимаю, ни к какому роду ты не принадлежишь, — произнесла Елистратова. — Простолюдин. Иначе тебя не потащили бы к этой измерительной бандуре.
— Верно, госпожа, — кивнул я, чем вызвал у женщины легкую улыбку.
— Поступать, значит, к нам хочешь?
— Не отказался бы. Но…
— Что ж, — прервала меня Екатерина Викторовна, — будем считать, что ты зачислен. Без экзаменов и всяких измерений.
В кабинете повисла тишина. Опешили все, кроме директрисы, но главным образом — Валерий Михайлович. Несколько секунд он таращился на Елистратову, затем откашлялся и выдавил:
— Что, простите?
— Валера, — со смесью укора и насмешки сказала Екатерина Викторовна, — не делай вид, будто ты не слышал. Но из уважения к твоим заслугам повторю: этот молодой человек зачислен в мою академию на особых условиях.
 
— Но… каким образом? — бедный глава приемной комиссии выглядел настолько растерянным, что я еле сдерживал злорадную ухмылку. Куда же делось твое тщательно скрываемое торжество, придурок, когда ты объявлял, что мне здесь делать нечего? — Мы ведь провели проверку, и у Алексея крайне слабые показатели.
— Да в куриную сраку твои показатели! — не выдержала директриса, и я не мог не отметить, что в гневе она восхитительна. — Я никогда не доверяла этим никчемным циферкам! И если эта твоя электронная херобора уверяет, что Алексей не может стать магом, то я лично взвалю ее на твою спину и заставлю отнести на свалку!
— Но…
— Никаких «но»! Я стою и разговариваю сейчас с тобой благодаря этому мальчишке! — директриса кивнула на меня. — Уж не знаю, что у него за дар, но если бы Алексей не вмешался… В общем, он будет зачислен за особые заслуги перед академией и лично передо мной. Это решение директора, и оно не обсуждается.
Глава приемной комиссии от таких новостей явно не был в восторге. Тем не менее, он кивнул, промычал что-то нерешительно-согласное и покинул кабинет.
— Ну что, студент, — усмехнулась Екатерина Викторовна, глядя на меня. — Поздравляю с зачислением. А теперь расскажи-ка, откуда ты такой интересный взялся? Чтобы мальчишка справился с двумя неслабыми боевыми магами… Да еще так… гм… своеобразно…Такого мне видеть еще не доводилось.
— Честно говоря, — я изобразил крайнюю степень растерянности, — я и сам не знаю. Просто увидел, что вы в опасности, захотел помочь, а дальше… Дальше все как-то само собой получилось. Я захотел, чтобы они умерли, вот они и… умерли.
Директриса поджала губы. Моим ответом она осталась недовольна, да и вряд ли поверила таким нелепым отговоркам.
— Я другого не понимаю, — продолжил я, надеясь увести ее к другой теме. — Для чего вообще кому-то надо было нападать на академию? Кто это был? Террористы?
— Это я обязательно выясню, не беспокойся, — помрачнела Екатерина Викторовна. — И накажу всех, кто стоит за сегодняшним кошмаром.
Выглядела она в этот момент так, что у меня не было сомнений: виновным придется очень несладко. Эта зеленоглазая тигрица лично порвет всех и каждого.
— Вот что, ребятки, — Елистратова заставила себя отвлечься от мрачных мыслей и улыбнулась мне и Еве. — Давайте-ка прощаться. Сейчас сюда заявится куча суровых высокопоставленных дяденек, и если они увидят вас, то замаринуют вопросами. Поэтому будет лучше, если вы покинете академию до их прихода. Евушка, — женщина подошла к моей однокласснице, погладила по плечу и улыбнулась, — ты уж прости, что так вышло. Как себя чувствуешь?
— В порядке, Екатерина Викторовна, спасибо вам, — ответила та, отвечая на улыбку.
Директриса удовлетворенно кивнула и повернулась ко мне.
— Ну что, Алексей Петров, — сказала она и усмехнулась. — До сегодняшнего дня мне не приходилось зачислять студентов при таких обстоятельствах.
— Поверьте, я тоже не думал, что вступительные экзамены окажутся настолько необычными, — не остался я в долгу, и женщина рассмеялась.
— Хорошо. Ступайте. Дата подачи документов и их список появятся у нас на сайте примерно через два месяца. Пока, ребятки.
На этом разговор закончился, и мы с Евой покинули кабинет директора. До выхода из академии дошли молча, хотя девчонка то и дело косилась на меня. Затем так же молча разошлись в разные стороны, и я отправился на вокзал. Там купил билет на поезд и несколько часов провел в зале ожидания, раз за разом обдумывая все произошедшее. Попутно отметил, что Екатерина Елистратова оказалась очень умной и предусмотрительной женщиной: я почти не сомневался, что пару магов, шпионящих за мной почти от самой академии, отправила именно она.
Учитывая случившееся, на месте директрисы я бы поступил точно так же. Загадочный юный герой, который помог отразить нападение, — персона, однозначно заслуживающая внимания. Мало ли, вдруг я тоже враг, просто действую иными методами: втираюсь в доверие, чтобы ударить исподтишка?