Заклинатель боли (СИ)

Я послушался и тут же улыбнулся, ощутив, что красавица опять меня оседлала. А ее нежные, но сильные пальцы начали разминать мои окаменевшие мышцы, вливая в них немного магической энергии.
— Нравится? — мурлыкнула она, наклонившись к моему уху.
— Очень, — отозвался я, ни капли не лукавя. — Всю жизнь бы так лежал.
— Ну-у… Думаю, в дальнейшем мы с тобой найдем еще более интересные занятия.
В ответ я лишь стиснул зубы и кулаки, борясь с желанием перевернуться, схватить девушку и превратить это дальнейшее в прямо сейчас. Соблазн был велик, но… пока рано. Сперва я должен стать самим собой. Тем самым Пайном, который в одиночку уничтожил вражескую армию. И перед которым те ублюдки в пыточной продолжали трястись, даже понимая, что находятся в безопасности. Так что пока довольствуемся массажем. Тем более каждое прикосновение Кабо было наслаждением.
— Ну вот, — через некоторое время сказала она и стала подниматься. — Теперь все в порядке.
— Серьезно? — я приподнял голову. Отпускать девушку вовсе не хотелось. — А мне кажется, что нужно еще под лопатками помять. Что-то там у меня ноет.
— Поноет — и перестанет, — рассмеялась Кабо. — Но я рада, что ты оценил мои старания.
Вздохнув, я тоже встал.
— Сейчас нам надо прощаться, Пайн, — продолжила красавица. — Но я надеюсь, что скоро мы увидимся вновь. Тут все зависит только от тебя.
— Понимаю, — кивнул я. — Нужно найти очередного обладателя грешной, грязной и темной души и убить его.
— Да, Пайн, все так. У тебя уже есть кто-нибудь на примете?
— Нет, но не думаю, что с этим возникнут проблемы. Уж чего-чего, а человеческой грязи достаточно в любом мире.
На этом мы с Кабо и расстались. Она сделала пару шагов назад и исчезла, а я вышел из подвала, огляделся и понял, что в школу сегодня не пойду.
Во-первых, было уже позднее утро. Во-вторых, после болота я выглядел и пах так, словно совершил заплыв по городской канализации, причем по самым щедрым на дерьмо участкам. Ну а в-третьих, мне не терпелось заняться собой. Запас силы в источнике увеличился, так что сейчас можно действовать посмелее, а тело еще приводить и приводить в порядок.
Поэтому я покинул недостроенную пятиэтажку и отправился в свое тайное место у ручья. Там кое-как отмылся, отстирал одежду, залечил затылок, а затем до самого заката работал над самой проблемой частью собственного организма — нервной системой. Процесс был крайне болезненным, но после семи лет безнадеги даже боль приносила удовольствие. Я видел, что двигаюсь в верном направлении, и результат стоил любых усилий.
Остановился я лишь после того, как запаса силы в источнике оставалось едва-едва. Тратить энергию и дальше было опасно, так что я встал, оделся и двинул домой. А в подъезде нос к носу столкнулся с Максимом.
Пару секунд тот тупо пялился на меня, да так, словно увидел привидение, а затем принялся тараторить:
— Леха, блин! Ты куда опять подевался?! Второй раз уже! Ты как от этих рванул, так я подумал, что все, кабздец! Догонят и отмудохают до реанимации! А перед этим… Что это вообще было-то?! Тварина из подъезда вышла, Конь со своими быками обосрались, я тоже булки поджал! А потом она в тебя превратилась! Я же ж сначала глазам не поверил! Думал, все, кукуха съехала! Что это было-то вообще?! Фокус какой-то что ли?! Ты поэтому сказал у окна сидеть?! Охеренный фокус так-то! Как ты его провернул?!
— Тихо, тихо, — я поднял руки, призывая друга прекратить словесный поток.
Тот замолчал и несколько секунд внимательно меня разглядывал. Видимо, искал раны и синяки. Не найдя, удивился еще больше.
— Значит, все-таки свалил, — задумчиво изрек Максим. Судя по напряженной физиономии, он продолжал скрипеть мозгами. — Но, бляха муха, как?
— Объясню, не переживай, — ответил я и глянул другу за плечо. — Ты от меня что ли?
— Ну да. Раза четыре уже заходил.
— И как там? Матушка моя на ногах еще?
— Ну, — Макс смутился, — на ногах-то на ногах, но, судя по всему, ненадолго. Еще и злая как собака. Столько ласковых о тебе она еще ни разу не говорила.
 
— Понятно, — процедил я, сжимая кулаки. Затем посмотрел на Макса и спросил: — У тебя можно будет переночевать? Заодно и расскажу все.
— Да легко. Погнали.
Спустя пять минут мы уже сидели у Максима в комнате. Гемор, недовольный моим появлением, урчал под кроватью, а друг устроился в кресле и глядел на меня так, словно впервые видел. Затем задумчиво изрек:
— Блин, вот не знаю… Может у меня так стресс из-за экзаменов на спермотоксикоз наложился, но такое чувство, будто ты — это не ты. Другой человек какой-то.
— Что ты имеешь в виду? — спросил я, хотя прекрасно понимал, о чем Максим ведет речь.
— Да все, блин! — воскликнул тот. — Взгляд, голос, походка… Да даже выражение лица. Раньше ты всегда кислый и мрачный ходил, а теперь… Теперь задумчивый какой-то, загадочный даже. А еще ты выше стал и… И здоровее как будто. И двигаешься иначе. Более правильно что ли.
— Ну так, может, я качаться начал, — усмехнулся я. — Или боевые искусства изучать.
— Может и так, — не стал спорить Макс. — Хотя мог бы и рассказать, а не выеживаться. Исчезновения еще эти твои… А про Коня вообще молчу. До сих пор охреневаю, как ты ему втащил. Прям как в кино. Сначала по ляжке, потом в глаз.
— Ну вот, — я с самым невинным видом пожал плечами. — Говорю же, боевые искусства.
— Ага. А тот прикол, когда ты и меня, и Коня с его братвой чуть обосраться не заставил?! — друг начал заводиться, что выглядело очень забавно. — Как тебе это удалось?! Я уже всю бошку себе сломал, пытаясь этот твой фокус понять!
— Да не было никакого фокуса. Так, отвлекающий маневр.
— Угораешь, да? — друг с обидой посмотрел на меня. Помолчал некоторое время, затем продолжил уже тише: — В общем, у меня для происходящего только одно объяснение. Хотя оно пиздец какое невероятное.
— И что же это за объяснение?
Максим выдержал эффектную паузу. А затем произнес торжественным тоном:
— Ты маг, Леха. Такой же, как Ева.
Услышав это, я помрачнел. Затем сосредоточился на источнике и проверил запас сил. Пока я возвращался домой и слушал умозаключения Макса, кое-что успело восстановиться. И я искренне надеялся, что этого хватит.
— Я всегда знал, что ты отлично соображаешь, когда надо, — процедил я, сжимая кулаки и шагая вперед. — Хоть и прикидываешься кретином.
Макс ойкнул и чуть не вывалился из кресла. Возможно, из-за того, что у меня так резко поменялось настроение. Или потому, что мои глаза вдруг налились жуткой чернотой. Гемор, почуявший всплеск магии, взвыл с новой силой.
— Но сейчас, — продолжал я, сделав голос дребезжащим, — не тот случай.
— Ты чего, Лех? — Максим ничего не понимал и потихоньку начинал паниковать. Смотрел на меня неотрывно и хлопал глазами. — Я ж не хотел тебя обидеть. Просто пытался понять.
— И понял. На свою беду, — я поднял левую руку и заставил ее превратиться в уродливую черную лапу с огромными когтями. Макс, увидев это, всхлипнул от страха. — Теперь у меня не остается выбора. То, что я обрел дар, должно было оставаться в секрете.
— Так я никому и не скажу. Ты ж знаешь.
— Я должен быть на сто процентов уверен. А для этого тебя придется убить. Прости, Макс, ничего личного.
С этими словами я оскалился и занес лапу над рыжей кудрявой головой.
  
Глава 9
 
Пару секунд я изучал искаженное ужасом лицо друга. Затем развеял иллюзию, отошел на пару шагов и рассмеялся. Максим смотрел на меня, растерянно хлопал глазами, а когда понял, что к чему, выдохнул:
— Ну ты, блин, даешь… Пранкер сраный. У меня же ж чуть инфаркт мочевого пузыря не случился.
— Извини, — отсмеявшись, ответил я. — Не мог удержаться. Видел бы ты свое лицо…
— Да каждый день в зеркале наблюдаю, — ворчливо перебил Макс. — Душераздирающее зрелище.
Некоторое время он молчал, продолжая хмуриться. Затем его физиономия просветлела, он повернулся ко мне и произнес: